Все ведьмы - рыжие - Елена Звездная

– Рита, что случилось?!

Молча вырвалась, развернула свой стул и вернулась к учебнику. Князь поднялся, затем присел на стол рядом со мной и совершенно иным, практически угрожающим тоном произнес:

– Хорошо, изменим вопрос. Кто?

И я не сдержалась. Резко закрыв книгу, вскинула голову и честно сказала:

– Ты!

– Я?! – с искренним удивлением переспросил Стужев.

– Ты, – мрачно подтвердила я. – А теперь уйди, пожалуйста.

Но князевские очи смотрели с недоверчивым прищуром, после чего он с усмешкой произнес:

– Да брось, Маргош, из-за меня ты бы не плакала.

Резонное замечание. Я вновь вернулась к бездумному листанию страниц многострадального учебника.

– Маргош, – мою руку накрыла ладонь Князя, – кофе, пироженка, шоколадка… и ты мне все рассказываешь.

– Хорошая идея. – Я отдернула руку. – Непременно воспользуюсь советом и заскочу в буфет на перерыве.

– Плохая идея, – парировал Стужев, – в буфете тебя ждут гастрит, изжога и солитеры в креме.

Я, кстати, была голодная с утра… Теперь есть уже не хотелось.

– Поехали, Маргош, развеешься, – продолжал гнуть свою линию Князь, в очередной раз наплевав на присутствие кого бы то ни было рядом.

Тормозов у него точно не имелось.

Дверь открылась, и мы услышали:

– По местам, господа. Так, а это что? Стужев, вам не кажется, что вы группой ошиблись?

– Я никогда не ошибаюсь, Рустам Владимирович, – весело ответил Князь.

– Мм-м, вы будете у нас учиться? – полноватый мужчина прошел к кафедре.

Стужев явно хотел что-то ответить, но наткнулся на мой пристальный взгляд, усмехнулся и произнес:

– Прошу прощения, не буду мешать процессу обучения.

И покинул аудиторию.

Устало вздохнув, я открыла конспект и приготовилась к лекции, игноря повышенное внимание одногруппников.

Лекция прошла замечательно, в смысле все всё замечали, и мою нервозность, и несколько недоуменное поглядывание препода на меня. Продолжаю игнорить окружающее пространство.

Когда начался перерыв, я снова открыла книгу, просто чтобы тупо провести десять минут за попыткой чтения, но тут случилось нечто:

– Привет, Марго, – передо мной на стол был водружен сок в упаковке и две булочки, – как настроение с утра?

– Привет, Игнат, – с тяжелым вздохом отозвалась я, закрывая книгу.

– Понял, – весело произнес Демон, и рядом с булочками появился шоколад.

Мой любимый! Белый с кокосовой стружкой и миндалем! Настроение подскочило градусов на пять разом, и, вскинув голову, я улыбнулась Игнату. Сделала это зря – сидящая неподалеку Ксюша смотрела на нас, приоткрыв рот от удивления. Света и Катя ртов не открывали, но глаза округлились у обеих.

– А чего вчера трубку не брала? – Демон сел рядом, развернув стул спинкой вперед и оседлав его.

В очередной раз помянула Стужева недобрым словом.

– Да так, – открывая шоколад, хмуро ответила, – не до телефона было. Кстати, спасибо.

– Мелочи. – Игнат белозубо улыбнулся.

Выглядел он сегодня потрясающе – черная майка, обтянувшая внушительную мускулатуру, темно-синие джинсы, кроссы на толстой подошве и да – шевелюра была при нем.

– У тебя пары когда заканчиваются? – все так же улыбаясь, спросил Демон.

– К четырем, – припомнив расписание, ответила я.

– Потом домой?

– Угу, – пробормотала, жуя шоколад.

Игнат подождал, пока прожую, и задал очередной вопрос:

– Не против, если я к тебе заскочу к шести?

– Заваливай, – милостиво согласилась разом подобревшая после шоколада я.

– Супер. – Игнат просиял очередной лучезарной улыбкой. – Кроме учебников, с собой что-нибудь взять?

– Например? – Меня напрягло слово «учебники».

– Тортик, – начал предлагать Демон и, не найдя в моем лице отклика, продолжил, – фрукты, мясо…

– Мясо сама возьму, а ты пожаришь, – не подумав, предложила я, а вот подумав, вспомнила его завтрак, добавила: – Ты вообще хорошо готовишь.

– Идет. – Игнат плавно поднялся, потянулся, разминая шею и плечи. – Тебя домой подвезти, кстати?

– Не-а. – Я открыла сок. – Пройдусь.

– Лады, – не стал возражать Демон, – до встречи.

– Пока, – весело попрощалась и даже ручкой помахала.

В этот момент в кабинет вернулся Рустам Владимирович. Препод молча перевел взгляд с Игната на меня.

– Здравствуйте, уже ухожу, – и, весело насвистывая, цвет отечественной фэнтезятины покинул аудиторию.

В следующий миг Ксюша, совершив рывок, достойный олимпийской медали, метнулась ко мне, села на стул, только что занимаемый Демоном, подалась вперед и трагическим шепотом вопросила:

– Марго, это твой парень?!

Тишина стояла оглушающая, только препод по правоведению, делая вид, что происходящее его не волнует и вообще ниже его адвокатского достоинства, неторопливо шел к кафедре.

– Марго! – требовала ответа Ксения.

– Нет, – ответила я, убирая в сторону сок и булочки, а шоколадку пряча в рюкзак.

– Нет?! – Визг девушки заставил вздрогнуть даже Рустама Владимировича.

– Нет, – спокойно подтвердила я и открыла конспект.

Ксюша ретировалась, ее подруги продолжали потрясенно смотреть на меня. Я снова включила игнор всех и вся.

Лекция прошла стандартно, а после нее я решила размяться. С Рустамом Владимировичем у нас сегодня по расписанию было четыре пары, так что оставались мы в том же кабинете, но пройтись однозначно требовалось. И едва препод вышел, я встала, подняв руки вверх, потянулась и замерла, едва чужие пальцы скользнули на мою талию.

– Марго, балдею от твоих рыжих кудряшек.

Там стоял не Князь, и не Демон, и даже не Колдун, от него бы я такой подлянки как раз и ожидала. Там стоял Снег! Белые волосы колючим ежиком, льдистые глаза, ну мускулатурос присутствует, чай, не зря в молочной речке качепутки вымачивал, но все равно наглость!

– Слушай, ты, – хмуро начала я, скрестив руки на груди, – няшка наглая…

– Семен, – представился очередной загиб фэнтезятины, вновь умещая ладони на моей талии.

– Сема, не наглейте! – возопила я.

Семен Семеныч изволили впасть в обиду и даже руки убрали.

– Марго, ты чего такая нервная? – хмуро поинтересовался он.

Где-то там, на задних партах кто-то из девчонок взвыл, и, кажется, от зависти. Выглянув из-за широкого плеча Снега, удивленно посмотрела на Танюшу, вспомнила, что она по этому бледному сохнет, и поняла, что кипец мне. Танюха – девочка скромная и тихая, она скандалов устраивать не будет, она меня тихо и скромно прикопает под деревцем, и все, делов-то.