Амазонка - Елена Золотарева

— Если ты забыл, это МОЙ дом! — она обошла его, делая вид, что ей плевать на всех нас, и налила себе воды.

— Ирэт, выйди! — забасил над ухом Дор, и даже мне неловко стало от этого приказного тона, а той хоть бы что.

— Вышла, я сказал! — рявкнул Дор, а моя спина покрылась мурашками.

— Не очень-то и хотелось! — тарелка, полная закусок, полетела на пол, — тем более, что здесь воняет ХОРОМ!

Она обожгла меня взглядом, затем сочувствующе взглянула на Шанго.

— Надеюсь, до вас дойдет это раньше, чем вы заикрите эту суку!

Я наблюдала за тем, как дернулся кадык Шанго, как надулись вены на его руках, но он не мог ничего ответить этой девчонке, она — дочь императора как-никак, и любой выпад с его стороны могут посчитать оскорблением. А вот Дор рванул за ней, да так быстро, что полы моего халата подлетели от ветра.

Брат с сестрой скрылись за дверью, оставляя нас двоих в гнетущей тишине.

— От меня, что, и правда воняет? — я принюхалась, надеясь, что это неправда.

— Эсми, не обращай внимания, она не тебя задеть хотела.

Шан подошел к балюстраде, и опираясь о перила, выдохнул.

— Ты должна знать кое-что, Эсми.

Я догадывалась, о чем он хочет мне рассказать, ведь, пока я была без сознания, я видела все, что происходило вокруг меня. И любовь, и ревность Ирэт не разглядеть было невозможно.

— Я знаю, Шан, видела…

Я подошла к нему сзади и обняла за талию, уткнувшись носом в спину.

— Я даже решила, что, если все же превращусь в хора, она будет первой, кого я покусаю! — я залезла ему под руку, и выглянула спереди, а он взлохматил мои волосы, улыбнулся.

— Ревновала?

— Еще как! Так что, бойся меня!

Шан легко подхватил меня, усаживая на перила, и устроился между моих ног.

— Боюсь… — легкий, невинный поцелуй в нос, от которого закружилась голова, — боюсь, что потеряю, маленькая моя…

— Де-е-е-ти! — на этот раз нашу идиллию нарушил голос снизу, — Эсми, дочка, спускайся вниз, я покажу тебе свои фиалки! Готова поспорить, на Земле таких ты не видела!

Одновременно из нас вырвалось разочарованное «ммм», и мы засмеялись, столкнувшись лбами.

— Пока мы здесь, нам не будет покоя…

— Я хочу уехать, Шан!

— Мы не можем. Пока. Ты должна быть под наблюдением. А после, мы обязательно уедем, малыш.

— Куда это, интересно, ты собрался увезти нашу дэю? — Дор, хоть и улыбнулся, но я чувствовала, что после разговора с сестрой ему не до смеха. Но расспрашивать его об этом сейчас, наверное, не стоит, хотя любопытство распирает.

— А правда, куда?

— Есть у нас одно местечко!

Мужчины переглянулись, и их глаза засияли.

— Эй! Что за тайны?

— Узнаешь! Обязательно узнаешь!

41. Это еще кто такая?

Две пары рук так уютно обнимали, что хотелось замурлыкать от удовольствия, свернувшись клубком под теплой подмышкой одного, и непременно сжать в своей ладони пальцы второго. Ласки моих мужчин были нежны, но настойчивы, легкие, едва ощутимые прикосновения сменялись пошлыми шлепками и наглыми проникновениями в интимные зоны, заставляя меня крутить бедрами, ловя ускользающие пальцы. Где-то внутри меня все еще пыталась поднять голову вредная моралистка, чтобы погрозить пальцем, ведь двое мужчин и одна женщина — это разврат, бесстыдство и гореть мне за это в аду! Но я смогла вовремя заткнуть ее, вспоминая, как мне было хорошо с этими двумя в тогда в пещере, сегодня ночью, и как прекрасно находиться в их объятьях сейчас. И пусть меня осуждает эта вредина, живущая внутри меня, подготавливая лучший котел в аду, но это будет потом. А сейчас, пока я жива и рядом мои мужчины, я поживу в раю!

Ткань усиливала жар от дыхания, и мое тело мелко подрагивало от переизбытка ощущений. Влажные поцелуи становились все глубже, настойчивее, доводя до головокружения. Чтобы перевести дух, я запрокинула голову, и расплылась в улыбке. Небо с пушистыми облаками закрутилось, окончательно выбивая почву из-под ног, но глаза зацепились за яркую точку, что так разительно отличалась от безмятежной голубовато-белой картины.

Большой круглый диск терракотового цвета, окруженный радужными кольцами, сиял над горизонтом. Его свет не слепил, наоборот, был настолько мягким, что позволял любоваться этим творением бесконечно.

— Сатурн? Это Сатурн, да? — я запрыгала от восторга, но в ответ услышала лишь недовольное мычание.

Возвращая ясность, уму Дор оторвал глаза от сосков, выпирающих сквозь дырочки в кружеве, и перевел его в небо, а Шан наоборот зажмурился.

— Это Гитон — спутник нашей планеты, — терпеливо ответил Дор, хотя по интонации можно было со стопроцентной точностью утверждать, что ему не до уроков астрономии. Но он старался быть спокойном.

— А кольца?

— Кольца — это прах солдат, погибших, защищая Каялу.

Совсем не это я надеялась услышать…Наверное, я ждала какой-нибудь романтической истории, душещипательной сказки о несчастной любви со счастливым концом, но…

— Так много?

Колец было много. Тронутые дымкой, они сияли всеми цветами радуги, и ни за что на свете я не сказала бы, что на самом деле это место, связанное со смертью.

— Все герои там…

Вдруг я представила, что когда-то и Дор, и Шанго не будут рядом со мной, а мне лишь останется печально смотреть в небо, довольствуясь воспоминаниями о прожитых днях.

— Мы отправимся туда только тогда, когда сами захотим.

Я испуганно посмотрела на Шанго, не понимая, каким образом он почувствовал мою грусть, но сразу же вспомнила о том, что иногда мы можем чувствовать мысли друг друга.

— И я, и Дор обладаем самой высокой степенью регенерации. Нас невозможно убить. Если я оторву себе руку, завтра вырастит новая. У Дора так же.

— Вот почему ты сказал, что не нужно было тебя спасать…

Дор смущенно кивнул, и снова с тоской взглянул на спутник. Он словно благодарил каждого, кто теперь живет на этой радуге, служа напоминанием о том, насколько хрупка наша жизнь.

Их жизнь на Каяле закончилась. Но они не последние, чей прах отправят в небо. Из-за меня может развязаться война, в которой погибнут чьи-то любимые, отцы, дети…Стою ли я таких жертв? Не будут ли женщины, потерявшие своих мужей, проклинать меня, каждый раз, глядя на спутник?

— Кто-то загрустил?

— Нет, — я натянула улыбку, но чувствовала, что вышло не правдоподобно.

— Эсми, не заставляй нас влезать в твои мысли. Скажи сама.

— Скольких уже отправили туда из-за меня? И скольких еще отправят?

Шан взял пальцами подбородок и поднял мою голову.

— Маленькая, глупенькая девочка…Ты здесь не при чем.

— Ты не можешь