Асы Тартарии - Анастасия Медведева

- У них ничего не выйдет, - произносит Дмитрий, и его спокойствие вселяет в меня толику уверенности.

- Ты силен, но справишься ли ты со всеми? - глава школы переводит на него усталый взгляд. - Я здесь лишь для отвода глаз, чтобы вы успокоили себя моим сегодняшним отступлением...

- Госпожа Софи, ваша реакция на произошедшее слишком странная, - замечаю, внимательно глядя на неё. - Пролейте свет на эту тайну - вы бы не стали выдвигать обвинений, узнай вы раньше о том, что Адам жив, пусть и стал человеком?

- То, что он стал человеком - лучшее стечение обстоятельств для него. Но не для школы... если бы я могла, я бы забрала его сейчас и улетела куда подальше. Но мне не позволят этого сделать. Грядет война, Дмитрий, - совсем тихо произносит Софи, опустив подбородок, - им нужно перераспределение всех сфер влияния. И в этой борьбе вам не выстоять.

«Им»? Это кому именно?..

- Дядя всегда подозревал, что Адам был отправлен к нам не просто так. Не думай, что мы не готовы к грядущему, - звучит странный ответ.

Стараясь скрыть удивление, смотрю на своего спутника.

О чём они вообще говорят?!

- Я хочу увидеть его... - произносит Софи.

- Это невозможно. Ты увидишь сына, когда он вновь станет совершенствующимся, - отрезает Дмитрий.

- Вновь?! Ты сделаешь его таким снова?! - срывается глава школы, метнувшись в нашу сторону.

- Война никому не нужна, и мы не сделаем твоего сына поводом для её начала! - четко проговаривает Дмитрий, останавливая ту всем своим видом.

Воинствующая аура мгновенно окутывает его, - и даже мне хочется отнять свою руку и отлететь подальше, но я не могу: Дмитрий держит крепко.

- Оставь его человеком - и я... я попробую остановить всё это! Не втягивай его в этот ад опять!!! - положив ладонь на живот, восклицает Софи, и по её лицу становится заметно, как сильно вопрос человечности Адама волнует названную мать, однако...

- Я не могу верить слову беременной женщины, находящейся в заложниках старейшин своей собственной школы. Уверен, Алексея не отпустили с тобой по той же причине: вас пытаются держать на расстоянии, даже сейчас - когда ты понесла. - Прохлада в голосе Дмитрия вынуждает волоски на моём теле встать дыбом: я не ощущаю ничего знакомого в его бездушном аргументе. - Если действительно хочешь помочь Адаму и уберечь его от участи быть убитым во время столкновения всех академий и школ совершенствующихся, скажи - сколько у нас времени?

- Шесть дней. Старейшины уже отправили запрос в трибунал. Если вы не покажете им Адама через шесть дней - живым и полным сил, от академии не останется ничего.

Сердце делает скачок.

Против нас объединятся все остальные школы? То есть, вообще все?..

- Академия выстоит, даже если весь мир пойдёт против неё, - произносит Дмитрий, и что-то в его голосе вновь вынуждает меня застыть в ожидании следующих слов.

- Ты не всемогущ, Дмитрий! Это сила первого ранга Мученика кружит тебе голову, - предупреждает его Софи.

- Проявляешь заботу? Я это запомню, - кивает тот, странно исковеркав смысл сказанного. - Твой сын жив, и это самое главное. Если хочешь что-то передать ему - это твой шанс.

- Скажи ему... что человека нельзя лишить дома, пока он сам не откажется от него, - тихо произносит Софи, спустя некоторое время, после чего разворачивается и улетает, бросая на прощание весьма неоднозначное завершение фразы, - но стоит ли тот дом того, чтобы возвращаться в него?

Удивленная, слежу за её отлётом. Она вот так напрямую посоветовала Адаму отказаться от школы и всего, что с ней связано?

Или я чего-то не поняла?

- Всё прошло проще, чем я думал, - протягивает Дмитрий и притягивает меня к себе, чтобы оставить поцелуй на моей белой макушке.

- Почему ты так спокоен? Разве мы не попали в ловушку старейшин ШИП? У нас всего шесть дней! - ничего не понимаю.

- У нас целых шесть дней, - отвечает на это Дмитрий, - и, что важнее всего, завтра Белый Понедельник.

Белый Понедельник... ага...

Это тот самый, который я посетила только раз - вместе с Адамом - и не успела толком ничего запомнить?

- Уточни для тех, кто потерялся в событиях, чем так хорош Белый Понедельник? - спрашиваю у Дмитрия.

- Ты найдёшь отступников в толпе учеников, благодаря божественному зрению, мы их изолируем, отправимся на зачистку леса и, наконец, получим возможность провести время вместе за пределами академии, - отзывается тот.

- Провести время за пределами?.. - достаю из кармана амулет, которым так и не воспользовалась.

Но разве у нас есть на это время?

- Он нам не понадобится: мы не пойдём в город, - Дмитрий забирает у меня амулет, лишая возможности самостоятельно покинуть академию. - Мы сразу отправимся в секту за пилюлей!

- Вот так развлечение, - припоминаю наличие этого задания не без скепсиса, - и почему с тех пор, как я вышла из пещеры, у меня ни дня покоя? Так и свихнуться можно... Радость моя, напомни, почему именно я должна высматривать отступников, когда я не единственная обладательница подобных глаз в академии?

Взгляд Дмитрия меня озадачил.

- Что не так?

- Ты назвала меня «своей радостью»? - уточняет Дмитрий.

- Я допустила ошибку? Ты «моё горе» или «мой злой рок»? - уточняю в ответ.

- Я рассчитываю на «твоё всё» - не меньше, - звучит насмешливый ответ.

- Какой ты жадный, однако! - фыркаю.

- Таким был всегда. Терпи, - легко отзывается Дмитрий.

Смотрю на него. Доооолго смотрю.

- Заводит, - признаюсь и начинаю лететь в сторону Серого Пика.

- Что? - Дмитрий следует за мной.

- Эта черта в тебе.

- Какая именно?..

- А вот лети и думай! - фыркаю, возвращая ему ту неопределённость, с которой он сам меня оставил до полёта к Софи.

- Туше, - хмыкает Дмитрий за спиной и быстро меня догоняет, чтобы скрестить пальцы и полететь вместе.

Разумеется, ответа на свой вопрос я так и не получила...

Глава 14. «Дело мира правдою сильно»

Глава 14. «Дело мира правдою сильно»

Однако,