Возвращение в Прованс - Фиона Макинтош

– Я тоже, – кивнул он. – Поэтому страдать будем вместе. Впрочем, я буду милостив и разрешу вам остаться на берегу, а мы с Томом выйдем в море на денек, порыбачим в заливе Фредерик-Хенри-Бэй, а потом будем ловить рыбу с берега, на Клифтон-бич.

– Но Том…

– Том все прекрасно понимает и возражать не собирается. В это время года рыбалка у Клифтона отличная, плоскоголов клюет. Вдобавок, я хочу побыть с семьей, – заявил Люк, обнимая сына за плечи. – Дженни, ты как? Позагораешь на песочке?

– Ура! Мы едем в Хобарт! – восторженно закивала девочка, обрадованная возможностью съездить в столицу штата. – Только рыбачить меня не заставляйте.

– Мы с Томом и его приятелями поедем к заливу, вернемся с богатым уловом, – сказал Люк. – А вы с Нелл и детьми позагораете на пляже, там есть где остановиться, я уже ночлег вам организовал. Уезжаем в пятницу. Договорились, миссис Рэйвенс?

– Oui, monsieur[14], – ответила Лизетта, делая книксен. – Я рада, что мы поедем все вместе.

– Я так и знал, – заметил Люк и поцеловал жену. – Я ни за что не хочу с вами расставаться.

– Все зависит от тебя, – усмехнулась она. – Ты хлеб принес?

Люк хлопнул себя по лбу.

– Ох, совсем забыл, растяпа! Кстати, там мистер Барнс во дворе дожидается. Он зачем приехал?

Лизетта с улыбкой посмотрела на мужа.

– Гарри, возьми у меня из кошелька шиллинг. Сдачу оставь себе.

– А мне? – обиженно спросила Дженни.

– А кому две недели назад оформили подписку на журнал мод? – напомнила Лизетта.

– Тогда ладно, пусть Гарри себе все оставит, – согласилась девочка.

– Поехали со мной, если хочешь, – предложил брат. – Мы с Билли и Мэттом договорились встретиться.

– Нет, я лучше на роликах покатаюсь, хочу на осенние соревнования попасть. А еще мне собраться надо, подумать, что на пляж надеть.

Гарри взял у матери шиллинг и выбежал во двор. Через минуту они с Барнсом катили по грунтовой дороге к холмам в направлении Лилидейла. Гарри довольно улыбался, представляя, как расскажет друзьям о поездке на юг. На прошлой неделе приятели совершили вылазку в буш, неподалеку от фермы Билли, разбили там палатку и собирались наловить кроликов в силки и пострелять из духового ружья. Как выяснилось, развести костер на открытой местности не так-то просто. Впрочем, после долгих трудов мальчикам удалось даже поджарить себе яичницу с сосисками. Откуда-то из кустов выползла коричневая змея, но Мэтт отогнал ее выстрелами из духового ружья.

Приятели ходили в местную школу в Лилидейле; Гарри, по настоянию отца, учился в городе, в частном интернате. Занятия естественными науками мальчику нравились, а вот общежитие и кусачую школьную форму он не любил. Он скучал по любимой овчарке-колли, по крику петуха на ферме, по знакомой девочке Салли, но больше всего – по отцу. Сейчас, когда Гарри подрос, ему стало интересно работать на ферме. Он строил всевозможные планы по расширению фермы и мечтал о том, чтобы начать производство парфюмерных изделий. Гарри прекрасно понимал, что для этого необходимо отличное знание химии, и смирился со школой-интернатом, сознавая, что полученные навыки помогут ему производить великолепные духи и одеколоны.

Барнс безостановочно и громогласно обсуждал все подряд, от цен на свинину до местной футбольной команды. Гарри погрузился в размышления. В сизой дымке на обочине виднелись камедные деревья с серыми стволами, покрытыми лентами облезшей коры. Где-то вдали кричали кукабарры. Наконец с вершины холма открылся вид на долину, где раскинулся Лилидейл. На окраине деревушки Билли и Мэтт лениво перебрасывались мячом. Гарри улыбнулся. Жалко, что на следующей неделе надо расстаться с друзьями и возвращаться в город, но до этого еще далеко, целых семь дней.

Из кузницы пахнуло раскаленным металлом: кузнец прилаживал подковы лошадям. Грузовик Барнса остановился у обочины. Из пекарни доносился аромат свежего хлеба. Гарри сглотнул слюну: по дороге домой будет велик соблазн отломить горбушку. Он спрыгнул с грузовика, обдав приятелей дорожной пылью.

– Вот наденешь свою школьную форму, так пылинки с нее сдувать заставят, – заметил Билли и швырнул мяч приятелю.

Гарри поймал пас и улыбнулся.

– Ничего, отчищу. Эй, вы лакрицы хотите?

Ребята вошли в бакалейную лавку и направились к кондитерскому прилавку. Гарри подошел в хлебный отдел.

– Привет, Гарри! – воскликнула продавщица. – Я только что у твоей мамы заказ приняла.

– Ага, папа забыл хлеба купить, – пояснил мальчик и выложил на прилавок шиллинг. – Мне мама разрешила сдачу себе оставить.

– Гарри, возвращаемся! – окликнул Барнс с порога лавки.

– Можно Билли с Мэттом с нами прокатятся? – попросил Гарри.

– Поехали, – кивнул водитель.

Мальчишки забрались в кузов грузовика и отправились домой: от Лилидейла до фермы было восемнадцать миль.

– В выходные мы уезжаем на юг, на пляж, – похвастался Гарри, жуя черную как смоль палочку лакрицы.

– Везет же некоторым! – отозвался Мэтт.

– На волнах покатаешься? – завистливо спросил Билли.

– Ну да, – кивнул Гарри. – Слушай, можно у твоего брата попросить доску для серфинга?

– Конечно. Ты заходи к нам попозже.

Гарри радостно вздохнул. Его переполняло счастье. Вот если бы отец не стал отправлять его в школу, а разрешил бы поехать в Лондон…