Возвращение в Прованс - Фиона Макинтош

– О господи, – удивилась Лизетта. – Да у тебя вполне профессиональный подход!

Гарри деловито защелкал объективом, и Лизетте даже понравилось, что не надо изображать улыбочку для фотографии. Сын уверенно расхаживал по пляжу и примеривался, выбирая лучший ракурс для снимка. Он подошел к Дженни, сфотографировал ее отдельно от всех.

– Послушай, сестренка, камера тебя любит! Ты вообще очень хорошенькая, хотя и вредная.

Дженни шутливо толкнула брата в бок.

– Ладно тебе!.. Дашь мне попробовать?

– Конечно. Там четыре кадра осталось, не испорти, – предупредил Гарри и передал фотоаппарат сестре. – Сделай три снимка, а напоследок пусть нас Нелл сфотографирует, для папы.

– А мне нравится, когда все смотрят прямо в объектив и улыбаются, – заявила Дженни.

Лизетта и Гарри со вздохом повиновались. Мать обняла сына за плечи, и оба расплылись в улыбке. Тут подошла Нелл и сделала последний снимок.

– А теперь всем на серфинг! – воскликнул Гарри.

– Вы идите купаться, а я пока обед приготовлю, – сказала Нелл.

– Ладно, мы с ребятами быстренько окунемся и придем. А потом с тобой обсудим, чем вечером мужчин кормить, – пообещала Лизетта.

– Они наверняка рыбу привезут, – откликнулась Нелл, забрала у Гарри фотоаппарат и направилась к бунгало.

– Эй, догоняйте! – крикнула Лизетта детям и помчалась к пляжу.

Дженни с визгом бросилась за матерью, Гарри метнулся следом, схватил доску для серфинга и вбежал в волны.

– Гарри, не заплывай далеко! – окликнула Лизетта.

Дженни остановилась у воды, подобрала с песка красивую ракушку. Лизетта вошла в пенящиеся волны у берега. Гарри помахал матери и резкими гребками направил доску в сияющую синюю воду. Два серфингиста вышли из набегающих волн прибоя, стряхивая соленые капли с выжженных солнцем соломенных прядей.

– Похолодало, – заметила Лизетта, обращаясь к одному из парней.

– Вечерний бриз, – пояснил он. – Это ваш сын там резвится?

Она кивнула, внезапно встревожившись.

– Мы здесь раньше никогда не были.

– Ага, об этом месте мало кто знает. Оно с виду тихое, но на самом деле… с подвохом.

– Обманчивое?

Паренек задумчиво посмотрел на Лизетту.

– Можно и так сказать. Коварное. К вечеру волны поднимаются, футов до четырех высотой, и прибой приходит с обеих сторон, не угадаешь, откуда. Здесь тягуны, да еще ветер… Каждые шестьсот футов накатывает отбойная волна.

Лизетта с беспокойством слушала юношу, не понимая смысла его слов.

– Тягуны? – переспросила она, вспомнив, что Нелл предупреждала об опасности серфинга в заливе. Гарри по-прежнему удалялся от берега. Лизетта хотела окликнуть его, но сдержалась и снова перевела взгляд на собеседника. Его приятели уже ушли в сторону дюн. – Что это значит?

– Ну, это разрывное течение, быстрина, которая уходит обратно в море с очень большой скоростью. Опытным серфингистам здесь нравится, потому что волны интересные. Мы сюда ближе к вечеру вернемся.

– Может, еще увидимся. Моему сыну полезно будет с вами поговорить. Его Гарри зовут, ему пятнадцать лет.

– Ага, не волнуйтесь, – с улыбкой кивнул парень. – А пока весь пляж в вашем распоряжении.

– А как там Гарри? Что, если вдруг этот тягун…

– Говорят, если в отбойную волну попадешь, надо уходить параллельно берегу, направо или налево.

– Где он, этот тягун? – Лизетта сощурилась, отыскивая Гарри взглядом.

– Да где угодно, – ответил юноша. – Их заметить невозможно. Если уж попадешь в тягун, нет смысла сопротивляться или плыть против течения. Главное – держаться на поверхности, волна оттащит в море, недалеко, а потом снова к берегу принесет. – Он улыбнулся. – Я пару раз так влипал… Ничего, выкрутился.

– Я пожалуй, Гарри на берег позову, – напряженно заметила Лизетта.

– Все будет в порядке, – сказал парень. – Меня Филипп зовут.

– Спасибо за совет, Филипп. А я – Лизетта Рэйвенс.

Юноша широко улыбнулся и пошел к дюнам.

– С кем это ты разговаривала? – спросила Дженни, подойдя к матери.

– Серфингист, его зовут Филипп. Я пожалуй, окунусь. Заодно и Гарри на берег вытащу.

– Мам, я тоже хочу искупаться!

– Дженни, жди нас на берегу.

– Мне жарко. Я с тобой пойду, – упрямо заявила Дженни, не поддаваясь на уговоры.

– Ладно, только осторожно, – предупредила Лизетта.

– А что такое?

– Здесь есть волны под названием тягун.

– Это как?

– Понятия не имею. Филипп сказал, что особой опасности нет, но лучше бы Гарри вернулся к берегу.

Лизетта и Дженни вошли в неожиданно холодную воду, Дженни вскрикнула и подпрыгнула, когда прохладная волна окатила разгоряченное тело. Лизетта рассмеялась.

Волны накатывали на берег, с грохотом разбивались о зазубренные утесы, но посреди залива, на мелководье, тихое море переливалось бирюзой. Лизетта, забыв о недавних тревогах, небрежно окликнула Гарри. Сын не отозвался.

– Дженни, дальше не заходи, глубоко, – сказала Лизетта.

– А ты куда?

– Хочу поближе к Гарри подобраться, он меня не слышит.

Лизетта с дочерью дружно выкрикивали имя Гарри. Лизетта отплыла чуть дальше в море.

– Он же обещал далеко не заходить! – нервно воскликнула она.

– Мам, не злись!

– Я не злюсь, мне не нравится, что он на глубину заплыл.

– Да ну, он совсем близко, – возразила Дженни. – Хочешь, я до него доплыву?

– Не смей! – предупредила Лизетта. – Кстати, я плаваю гораздо хуже вас.

Они снова позвали Гарри, но ветер с моря относил их крики к пляжу. Лизетта отплыла чуть дальше: прохладная вода освежала, лучи солнца уже не казались такими беспощадными.

– Ох, наконец-то он поворачивает к берегу, – с облегчением вздохнула Лизетта.

– Эй, Гарри! – Дженни весело помахала брату.

Он улыбнулся и махнул им в ответ.

– Все, накупались, пора обедать, – сказала Лизетта, чувствуя, что проголодалась.

– Ой, мам, здесь глубоко, я дна не достаю, – заявила Дженни.

Лизетта недоуменно заморгала. Она тоже не ощущала песчаного дна под ногами, и ее снова охватило гнетущее чувство тревоги. Как они умудрились так далеко заплыть?

– Дженни, плыви к берегу, – начала она небрежным тоном, – а я подожду, пока Гарри волну поймает, и вернусь. Вон, смотри, как он старается.

Гарри яростно греб на доске, стараясь догнать волну.