По закону любви - Райчел Мид

— Это было поразительно, — сказал Сет. — Ты занимаешься спортом или еще чем-то подобным?

— Время от времени, — ответила я загадочно.

— Вот, принимайте. — Покачав головой, распорядитель аттракциона вручил мне огромного плюшевого дракона. Я отдала его Сету, у которого в руках уже были единорог и медведь.

— Уверен, что дотащишь их? — поинтересовалась я, когда мы уходили.

— Я-то ведь ничего не выиграл, — ответил он, перехватывая животных поудобнее, — всю работу сделала ты. Должен же я по крайней мере помочь чем могу.

Я рассмеялась. Типичный для Сета ответ.

— Я не могу оставить зверюшек у себя, — сказала я. — Не хочешь ли их взять?

— Нет, — поспешно ответил он. — Будут проблемы.

Интересно, что он имеет в виду. Будет нелегко втиснуть их в багаж? Или объяснить подруге, каким образом к нему попали призы, выигранные другой девушкой в ярмарочном балагане?

Краем глаза я заметила пушистое бледно-розовое облако. Продавец сахарной ваты! Я купила большой моток, и мы с Сетом уселись на ближайшую скамейку, чтобы он мог освободиться от своей ноши и помочь мне съесть пушистое лакомство.

— Боже правый, — сказал он, отправляя в рот очередной кусок. — Прямо-таки чувствую, как у меня начинается диабет.

Я ответила не сразу — таким блаженством было ощущать, как сахарные нити тают на языке.

— Ты, кажется, в хорошей форме, — заявила я несколько минут спустя. — Думаю, особого вреда не будет.

— Сейчас, конечно, нет, но мне нельзя заводить вредные привычки. Я бегаю по утрам и плаваю, однако, учитывая, сколько времени мне приходится проводить сидя… хм, я должен следить за собой. Но не сейчас, разумеется. — Он оторвал следующий кусок.

Я тихо засмеялась:

— Понимаю. Мне приходится бегать в спортзал каждый день и… — Я замолчала. Какие виды фитнеса в моде сейчас у смертных? — И отдавать дань эллиптическому тренажеру. Шило в заднице — прошу прощения за нечаянный каламбур. Знаешь, я ненавижу женщин, которые могут есть что угодно, не набирая ни грамма лишнего веса.

Сет кивнул:

— Моя подруга именно такая… — Он осекся на полуслове и отвернулся.

— Да ладно тебе, — сказала я. — Можешь говорить о ней, если хочешь. Мы ведь просто друзья, не забыл? — Воцарилась неловкая пауза. Мы не пытались кокетничать или намекать на то, что все возможно, но ни один человек в здравом рассудке не стал бы отрицать, что в нашей прогулке есть романтический подтекст. — Итак, что там с ней? Она, правда, в хорошей форме?

— Да, — ответил он наконец. Опасная тема замкнула цепь, и он снова утратил разговорчивость. — Очень стройная.

— Круто, — сказала я. — И она ничего для этого не делает? У нее, должно быть, хорошие гены.

Сет чуть не подавился сахарной ватой.

— Точно. Просто великолепные гены.

— Сколько времени вы уже встречаетесь?

— Пару месяцев.

— И это серьезно? — Он не ответил, и я поспешно сказала: — Послушай, если не хочешь об этом говорить, то и не надо. Без проблем, правда.

— Нет-нет. — Сет вздохнул. — Просто… Извини. С моей стороны это как-то нечестно. Мы. Ты и я. — Он махнул рукой в сторону счастливых людей, толпящихся вокруг аттракционов. — Вот это. Не знаю… Не уверен… Не знаю.

— Чувствуешь себя виноватым? — спросила я. Он задумался.

— Да. Немного. Хочу сказать, что мы в городе по ее… делу. Сейчас она занята, а я не то чтобы пренебрегаю своими обязанностями, встречаясь сегодня с тобой, но… чувствую, что…

— Что это неправильно? — закончила я за него.

— Точно.

— Понимаю. Это нелегко… когда мужчина и женщина просто друзья. Не хочу, чтобы у тебя были из-за меня проблемы. Можешь идти, если хочешь. — Я сделала многозначительную паузу, готовясь нанести смертельный удар. — То есть особенно если у вас с ней и без того проблемы. Тогда, вероятно, лучше всего, чтобы мы не…

Сет смотрел вдаль, на серую полоску Тихого океана.

— Никаких проблем. Так, неурядицы время от времени.

Я ждала, что он скажет еще что-нибудь, но он молчал. Итак, Сет вовсе не думал, что наши отношения безоблачны. Впрочем, чему удивляться? Я была такого же мнения. Однако слышать, как он признается в этом едва знакомой женщине… Я ощутила болезненный укол где-то в груди.

Впрочем, он, кажется, не собирался вдаваться в подробности. Уже хорошо. С другой стороны, он не выражал намерения встать и уйти, тем самым отвергая мою — или Бет — попытку покончить с неприятной ситуацией. Я пыталась сообразить, что могла бы сказать сейчас женщина, демонстрируя готовность помочь, в то же время сгорая от вожделения. Видит Бог, в прошлом я тысячи раз играла эту роль. Участливая наперсница — самое то, чтобы толкнуть человека в объятия греха.

— Может, хочешь поговорить? — Я кротко улыбнулась. — Хочешь выслушать женскую точку зрения?

Сет улыбнулся:

— Более чем. Пробле… То есть наши неурядицы, они как трещинки там и сям на каком-нибудь предмете искусства. — Он замолчал, как обычно, подыскивая подходящие слова.

— Трещинки могут постепенно разрушить предмет искусства, — заметила я.

— Да, — тоскливо ответил Сет. — Но пока все прекрасно. — Снова молчание. Наконец он расправил поникшие плечи. — Знаешь, не пора ли нам идти? Извини, я не хотел…

Меня затопила радость. Сет решил уйти от ситуации.

— Нет-нет, все в порядке, — заверила я его, комкая бумагу из-под сахарной ваты. — Становится поздно.

Мы встали, и Сет снова подхватил выигранные мной игрушки. Взглянул на них хмуро, а затем стал внимательно рассматривать людей, гуляющих по аллее, развлекающихся аттракционами или просто наблюдающих. Я проследила направление его взгляда и сразу поняла, что привлекло его внимание.

Женщина — за тридцать, наверное, — с двумя детьми школьного возраста, девочкой и мальчиком, толкающая перед собой коляску, в которой восседал третий ребенок, совсем еще малыш. Мальчик показывал на один из аттракционов. Я не слышала, о чем они говорят, но мальчик, казалось, чем-то очень взволнован. Они прошли мимо нас, и я отчетливо расслышала ответ матери.

— Никто никогда не выигрывает эти призы, — выговаривала она ему. — Так что зря потратим деньги.

Они зашли в тень карусели, и женщина, присев на корточки, принялась возиться с бутылочкой для малыша.

— Я сейчас, — сказал мне Сет.

Улыбка сама собой заиграла на моем лице, когда я смотрела, как он идет, зажав в руках ворох плюшевых игрушек. Мать с детьми стояли далеко от меня, поэтому я просто наблюдала, как Сет говорит с ними и отдает подарки. Мое сердце затрепетало, и внутри я сделалась мягче и нежнее, чем сахарная вата. Сет был просто поразителен. Он один такой на свете. Такой добрый. Такой ласковый.