Тайны Палм-Бич - Роксана Пулитцер

– Я больше не намерена выслушивать все это.

Он пожал плечами и сделал шаг в сторону, пропуская ее.

– Помните, Мег. Я пытался вас предупредить.

Мег прошла мимо него и вернулась в зал. Она не хотела слушать ничего дурного о Спенсере. Тем более то, что говорил о нем Алессандро. Это все равно как если бы закопченный горшок называл чайник черным. И кроме того, она все знала. Она знала о его пристрастии к алкоголю, к наркотикам и женщинам. Но сегодня он не выпил ничего, кроме бокала вина, и Мег чувствовала и понимала по его поведению, что она была для него не просто очередной женщиной. А что касается игры на деньги, то это полный абсурд. Из того, что она вычитала, услышала и увидела, это был, похоже, единственный порок, которому Спенсер не подвержен.

Спенсер смотрел, как Мег танцевала с Алессандро, и чувствовал, что у него сжимаются кулаки. Пальцы Алессандро скользнули вниз по обнаженной талии и задержались в ложбинке. Кулаки Спенсера стали дрожать. Кажется, за всю свою жизнь он не встречал человека, которого ненавидел бы с такой силой.

Он сделал шаг по направлению к танцующим, но неожиданно рядом с ним возник Меррит и снова заговорил о Саут-Бич. По крайней мере Спенсер считал, что разговор шел о Саут-Бич, поскольку гнев мешал ему воспринимать слова. А затем он увидел, что Мег и Алессандро удалились на террасу.

– Господи! – напустился Спенсер на Меррита. – Да она просто пошутила, сказав, что видела тебя там! Неужели ты не в состоянии понимать шутки?

Должно быть, последние слова он уже выкрикивал, потому что увидел, как несколько человек повернулись в его сторону. Ну и черт с ними, пусть пялятся, ему наплевать! Сейчас его беспокоило лишь то, что Мег находится на террасе с Алессандро. Расталкивая танцующих, натыкаясь на официантов, Спенсер стал протискиваться к террасе. Но едва он приблизился к двери, как в зал вошла Мег. Она увидела Спенсера, и на губах ее заиграла улыбка, глаза засветились. Ни один из них ничего не сказал, просто Спенсер взял Мег за руку и повел через зал к выходу в фойе, откуда они вышли на улицу, в напоенную ароматами звездную ночь.

Алессандро стоял на террасе, слушал долетающую из зала музыку и пытался успокоить дыхание. Он не даст гневу взять над ним верх. Стоит ли обращать внимание на эту маленькую сучку? И плевать он хотел на десять тысяч долларов! Эштон сможет раскошелиться на эту сумму.

Он подошел к окну и посмотрел в зал. Стул Эштон все так же пустовал. Эштон заслуживала того, чтобы потерять деньги.

Алессандро окинул взглядом зал. Люди смеялись, разговаривали, пили и приятно проводили время. Он снова огляделся вокруг, на сей раз концентрируя внимание на женщинах. Тиффани болтала с этим ослом Томми Фиском, который, судя по взгляду, уже нанюхался порошка. Но Тиффани продолжала смотреть на него и строить глазки, ее огромный бюст, кажется, был способен разорвать платье. Внезапно Алессандро засмеялся. Пришедшая в голову мысль развеселила его. Более того, она его возбудила. Он изобразил на лице небрежную улыбку и направился через зал к Тиффани.

Они оба молчали по пути к дому Спенсера. Мег не спрашивала, куда они едут, Спенс не говорил. Они оба знали.

Спенс ехал медленно, что было весьма необычно для него. Просто не было никакой необходимости в спешке. И они оба это знали. В их распоряжении была целая вечность. Однажды он оторвал руку от рукоятки переключения передач и дотронулся до ее щеки. Второй раз он поднял ее руку и приложил к своему рту. Всякий раз, когда Мег бросала на него взгляд, она видела, что он смотрит на нее.

Спенс свернул на подъездную аллею и заглушил мотор. Слышался шум их шагов по шуршащей гальке, стрекотание миллиона цикад да доносившийся издали плеск волн, разбивающихся о волнорез. Все так же молча, держась за руки, они вошли в дом.

Мег услышала, как Спенс захлопнул за собой входную дверь, отрезав их от внешнего мира, закрыв их в мире, принадлежащем только им. Они двинулись навстречу друг другу. Его руки мягко коснулись ее лица, но она ощутила в них желание. Они стояли и целовались. Оба не знали, сколько прошло времени – миг или целый час. Мег потеряла ощущение реальности. Не было ничего, кроме Спенса и ее.

Они поднялись наверх. На пороге огромной спальни они снова повернулись друг к другу и снова поцеловались.

– Мег, – пробормотал Спенс, – я…

Она знала, что он хочет сказать. Сейчас все было совершенно иначе, чем раньше. Он действительно любил ее. Мег замкнула его рот губами.

Они вошли в комнату. Спенс включил лампу на столике возле кровати и обернулся к ней. Мег подняла руки и расстегнула единственную застежку, которая поддерживала лиф платья. Платье скользнуло по ее телу и мягко упало к ногам. Мег услышала, как прервалось дыхание Спенса. Она улыбнулась и протянула навстречу ему руки. Он подошел к ней.

Затем они стали вдвоем быстро и нетерпеливо срывать одежду со Спенса. Когда на нем ничего не осталось, Мег обвила руки вокруг его шеи и прижалась к нему обнаженным телом. Они оказались на кровати – два переплетенных, жаждущих тела. Их прикосновения друг к другу были настолько горячими, что способны были обжечь. Затем оба одновременно отстранились и стали смотреть друг на друга при бледном свете лампы. Наконец снова слились в объятиях.

Руки и рот Спенса сводили с ума. Мег ощущала его язык во впадинке на шее, он дразнил соски, скользил по бедрам, к животу и наконец достиг пушистых завитков внизу Живота. Казалось, ее тело состоит из обнаженных нервов. Мег извивалась, стонала и трепетала в приближении экстаза, пока ее сознание не взорвалось миллионом ярких звезд. Однако Спенс продолжал ласку, она просила его о продолжении, и испытала новый взрыв. Затем Спенс вошел в нее и стал двигаться медленно и деликатно-любовно, и она отвечала ему в том же ритме. Но постепенно их движения участились, и вскоре новый ошеломляющий оргазм охватил Мег, а вслед за этим содрогнулось тело Спенса, после чего они прильнули друг к другу и замерли, потрясенные и опустошенные.

На сей раз, когда Мег открыла глаза и при свете зари увидела спящего безмятежным сном обнаженного Спенса, она не испытала ничего похожего на ужас. Она протянула руку и дотронулась до него. С одной стороны, ей не хотелось его будить, но с другой – соблазн был велик. Спенс открыл глаза. Когда он увидел в нескольких дюймах от себя ее лицо, на его лице появилась медленная улыбка.

– Я люблю тебя. – Он произнес эти слова прямо у ее рта. Мег вернула ему поцелуй, и любовная игра началась снова, только в более медленном темпе, потому что у них и в самом деле была в запасе вечность.

Позже, когда солнечные лучи осветили спальню, они встали и отправились к бассейну, держась за руки, оба нагие и невинные, словно дети. Бирюзовая вода плескалась вокруг их красивых тел. Затем, не сговариваясь, они подплыли друг к другу, их тела слились в одно целое прямо в воде, которая бурлила и плескалась вокруг них. И Мег подумала, что отныне они никогда не разлучатся.

Он провел пальцем по ее губам.