Шалунья - Сюзанна Энок

А сейчас она вдруг явственно поняла, что этот выход есть — нужно просто отвлечь Алекса. Не сказать, чтобы этот выход уж очень пришелся ей по душе, но он определенно лучше, чем убийство.

— Кит, — послышался голос Алекса, и она, погруженная в свои мысли, даже вздрогнула от неожиданности. Он сидел, облокотившись локтями о стол, и с интересом за ней наблюдал.

— Да? — ответила она, возвращаясь к действительности.

— О чем это ты так задумалась?

— Я… я просто подумала, что если бы отец узнал о твоей реакции на мой мужской костюм, он был бы поражен, — нашлась Кит.

— Вот как? — пробормотал Алекс. — Признаться, я ожидал от тебя более приятного ответа.

— Не понимаю, какого именно, — сдержанно ответила Кит.

— По крайней мере честного, — сказал Эвертон, не двигаясь.

— Если я правильно тебя поняла, ты хочешь, чтобы я сказала, какие чувства я к тебе испытываю? Но зачем? Разве это что-нибудь изменит?

— Даже если и нет, я все равно хочу знать, — поспешно ответил Алекс.

Не глядя на него, Кит выпалила:

— Раздражение — вот что я к тебе испытываю! — и вскочила.

Тоже вскочив, причем с таким проворством, какого трудно было ожидать от человека его роста и веса, Алекс бросился к двери и, добежав до нее первым, загородил Кит дорогу. Рука его скользнула в карман, и Кит проводила ее взглядом. Алекс медленно вытащил руку и поднял ее. Перед глазами Кит заплясал ключ.

— Об этом ты, надеюсь, не забыла?

— Ты шутишь! — воскликнула она, испытывая одновременно и волнение, и злость, и странное возбуждение.

— Нисколько.

— Негодяй! Осел! Тупица! — выкрикнула Кит по-французски.

— По-моему, по крайней мере одним из этих ругательств ты меня уже награждала, — ласково проговорил Алекс, хотя взгляд, которым он сверлил Кит, не предвещал ничего хорошего. — Советую тебе запомнить: у меня довольно хорошая память.

— У меня тоже.

— Вот и отлично. Значит, мне нет нужды повторять вопрос: где ты была прошлой ночью?

— Я тебя ненавижу!

— Не тот ответ, которого я ждал, но по крайней мере честный.

Кит не была в этом так уверена. Однако пока они с Алексом обменивались любезностями, у нее было время придумать, где она провела вечер, поскольку Алекс знал, что в «Уайте» ее не было.

— Я ходила в Ковент-Гарден, потом наняла экипаж до Дувра. Решила купить билет на корабль до Кале, но потом передумала. Побродила немного по Дувру и снова наняла экипаж, на сей раз до Лондона, — раздраженно бросила Кит и сложила руки на груди, моля Бога, чтобы Алекс ей поверил.

Он опустил ключ и с нежностью взглянул на Кит.

— А почему ты передумала?

— Не знаю. Сейчас я уже жалею, что это сделала.

Эвертон долго смотрел на нее и наконец сказал:

— Что ж, похоже, передо мной стоит проблема выбора.

— Это еще какая?

— Ты рассказала мне все, о чем я тебя просил, но я не могу допустить, чтобы ты сбежала в Париж, где бушует война, на неделю раньше оговоренного срока. Твой отец будет чрезвычайно недоволен, а я не выполню долга чести.

Вот черт! Неужели он собрался запереть ее на неделю?

— Надеюсь, ты не собираешься из-за этого посадить меня под замок?

— Поговорим об этом позже, — бросил Алекс, убирая ключ в карман. — А теперь доедай, и мы поедем к Джеральду и Айви.

— Я не хочу ехать к…

— Не заставляй меня повторять, Кит, — мрачно проговорил Алекс, и Кит догадалась, что задела его за живое. — Мне нужно туда поехать — значит, ты поедешь со мной. Если бы ты была женщиной, которая болталась где-то всю ночь, твоя репутация погибла бы безвозвратно.

Сказав это, Алекс вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь.

— Я и есть женщина, — пробормотала Кит ему вслед.