Наследник для Сурового - Алиса Франц

Суровый

Если бы только девчонка знала, какие небезобидные мысли бродили в голове у Сурового!

Наверное, убежала бы прочь с визгом или покраснела, грохнувшись в обморок. Она же такая наивно-невинная, особенно на фоне своей старшей, прожжённой сестрицы.

Суровый встречал сотни таких, как Дарья, в своей жизни. Много раз в его постели оказывалась очередная охотница за богатым и успешным кошельком.

Некоторые играли в невинных овечек довольно успешно, но Суровый хорошо чувствовать фальшь и неискренность.

Другим хватало хитрости и дерзости попытаться привязать его к себе, забеременев. Такие попытки он жёстко пресекал на самом корню. Он был осторожен и знал, что не осекался. Никогда.

Исключением стал случай с Анастасией. Но так ситуация была исключительной, а девушка оказалась невиноватой. Любую другую шкуру Суровый бы погнал на аборт и лично проследил, чтобы та приняла таблетка или легла на операционный стол, а потом потребовал повторных анализов. Чтобы знать наверняка.

Но с Настей всё вышло спонтанно, к тому же она не хотела сохранять беременность и не пыталась найти его. Это подкупило Сурового.

Может быть, ещё невинные глаза сыграли свою роль? Определённо, сыграли. Суровый уже забыл, когда ему хотелось тонуть, а глядя в светлые глаза Насти, небесно-голубого цвета, ему хотелось именно тонуть, не отвлекаясь по пустякам.

Это всё глупости! Недостойные мысли и совершенно лишние…

Но в тот вечер, когда к их ужину неожиданно присоединилась Дарья, Суровый вдруг испытал злость, какую давно не испытывал. Он был зол на гулящую чайку-Дарью, на её пренебрежительное отношение к сестре, на голый расчёт и полное отсутствие моральных принципов.

Дарья ведь по-настоящему собиралась ублажать его ртом в туалете. Настя ещё подумала, что Суровый приложил руку и ударил Дарью. Но он бы не стал пачкаться об эту гниль.

Суровый принял решение, что Настя не будет общаться с Дарьей. Незаметно для Насти он уже дал распоряжение своим людям, чтобы те поговорили с наглой, беспринципной девицей и дали ей понять, что Настю лучше обходить стороной и не пытаться завязать с ней отношения.

Как же сильно занесло Сурового мыслями за тем ужином. Он смотрел только на Настю, чтобы дать понять прилипале-Дарье, что она ему неинтересна. Любая другая бы поняла намёк, но Дарья была из стаи падальщиц, которым было плевать на приличия, и она на протяжении целого ужина пыталась заинтересовать Сурового.

Он же смотрел только на Настю и получал редкой силы удовольствия от того, что он видел. Как удачно Настя надела это платье, длиной чуть выше колена. Приличная длина. По сравнению с той же Дарьей, одетой, как проститутка, Настя была одета более, чем скромно. Но ей невероятно шло.

К тому же Суровый всегда считал, что предвкушение волнует куда больше голой и похабной откровенности.

В Насте сочеталась красота и неиспорченность. Редкое сочетание.

Суровый любовался ею.

Юбка платья была чуть расклешённой и позволяла нарисовать в воображении плавные изгибы бёдер. Суровый помнил мягкость и нежность кожи, сливочного оттенка. Верх платья облегал и призывно приподнимал грудь.

У Сурового не было цели соблазнить девчонку. Но за ужином он позволил себе сыграть в игру «Смутить девчонку».

Ему нравилось обводить взглядом каждую чёрточку её тела и особенно лица. Он позволил себе смотреть на неё, как на ту, которую он желает и… провалился в эти мысли с головой.

Суровый взглядом обвёл контуры её груди и скользнул выше, мысленно проводя большим пальцем по нежным линиям ключицы и шеи, заметил, как учащенно начала биться жилка у подбородка.

Настя не смогла оставаться равнодушной и смущалась, отводя взгляд в сторону, укрываясь от пристального рассматривания. Но скрыться от взгляда мужчины, сидящего напротив, не получалось.

Суровый с удовольствием наблюдал, как от сильного волнения Настят облизнула пересохшие губы и провела языком по нижней губе.

По телу мгновенно разлился знакомый, сильный жар, скользнувший вниз. В паху мгновенно запекло и брюки начали казаться тесными.