Диагностика любви - Кейт Харди

Она откашлялась:

– Ты первый мужчина, которому я позволила к себе приблизиться после истории с Майклом. Неужели это ни о чем тебе не говорит?

– Я предпочел бы услышать ответ из твоих уст. Вдруг я ошибаюсь?

– Ты особенный. – Шарлотта выдержала долгую паузу и подождала, пока Джеймс начнет нервничать, потом улыбнулась. – Я тоже тебя люблю.

Наклонившись, он ее поцеловал:

– Хорошо. Значит, я прав, и теперь мне спокойнее.

Следующая неделя прошла как в тумане. Шарлотта и Джеймс были невероятно заняты на работе. В пятницу родители Милли Фаулер снова привезли дочь в больницу, так как у нее участились одышечно-цианотические приступы. Джеймс вместе с Шарлоттой сделали девочке эхотомографию, а потом отправились переговорить с Фаулерами.

– Она еще слишком мала для радикальной операции, – Джеймс покачал головой, – поэтому я установлю шунт Блэлока—Тауссига, который будет расположен между ее аортой и легочной артерией.

Шарлотта быстро нарисовала для родителей схему.

– Вот так это выглядит, – пояснила она.

– Это означает, что она будет получать достаточное количество крови в легкие, и число одышечно-цианотических приступов сократится, – объяснил Джеймс. – Когда она будет готова к операции, я удалю шунт.

– Я буду регулярно наблюдать Милли, – добавила Шарлотта. – Мы с Джеймсом тесно сотрудничаем, поэтому он всегда будет знать, что происходит.

– Похоже, вы слаженная команда, – произнесла миссис Фаулер.

Джеймс сжал плечо Шарлотты:

– Вы правы. Я проверю график операций и позвоню вам во второй половине дня, чтобы назначить время шунтирования.

– А она… она выживет? – Мистер Фаулер явно не решался об этом спросить.

– Она будет в порядке, – успокоила его Шарлотта. – Джеймс делал много подобных операций. Ей станет намного лучше после шунтирования. Я побуду с вами. – Она улыбнулась Фаулерам. – Не волнуйтесь.

Во второй половине дня субботы Джеймс обнаружил, что как раз на полпути между Сейнт-Пиран и Пенгалли находится парк и ярмарка.

– Мы должны туда поехать, – сказал он. – Я люблю ярмарки.

Увидев, как блестят его глаза, Шарлотта не решилась сопротивляться. Они здорово повеселились, кружась на аттракционах, а затем поедая сахарную вату и пончики. Джеймс останавливался у каждого ларька, а за победу в игре, где приходилось набрасывать кольца на разыгрываемые предметы, получил пластиковое яйцо. Открыв его, он посмотрел на Шарлотту и усмехнулся.

– Что там? – спросила она.

– Я покажу тебе позже. – Джеймс переплел пальцы с ее пальцами. – Ты боишься высоты?

– Нет.

– Хорошо. Тогда идем на большое колесо обозрения.

Было уже достаточно поздно, и огоньки выставочных площадок сверкали в сумерках, когда Шарлотта и Джеймс оказались в верхней точке колеса обозрения.

– Шарлотта, мне нужно поговорить с тобой. – Джеймс произнес эти слова слишком серьезно, поэтому ей пришлось приложить усилия, чтобы казаться беспечной.

– Конечно.

– Я помню, как сказал, что не желаю тебя торопить, но я очень нетерпеливый.

Шарлотта не могла понять, к чему он ведет.

Джеймс достал бутылку минеральной воды из одного кармана и пластиковое яйцо из другого.

– Традиционно в этот момент следует открывать шампанское и дарить кольцо с бриллиантом, но ты научила меня, что показуха ни к чему. Самое главное, что лежит в основе поступка. Я люблю тебя, Шарлотта. С тобой мой мир полон солнечного света, а не гламурных блесток, которыми я хотел заменить главные ценности. – Он открыл яйцо и показал ей полупрозрачное голубое пластиковое кольцо, украшенное тремя каплями из того же материала. – Ты выйдешь за меня замуж?

Джеймс предлагал ей брак и дарил пластиковое кольцо. Он отказался от показного блеска, потому что она научила его видеть суть вещей.

– Выйти за тебя замуж? – повторила Шарлотта, по-прежнему не веря своим ушам.

– Я жду положительного ответа, – тихо произнес он. – Не имеет значения, что перед нами: минеральная вода и пластиковая побрякушка или марочное шампанское и роскошное кольцо с бриллиантом. Я хочу настоящей жизни и настоящих чувств. Я хочу быть с тобой. Я мечтаю, чтобы у нас была семья.

Именно об этом когда-то мечтала Шарлотта, но потом решила, что такое с ней никогда не произойдет.

Она обняла и поцеловала Джеймса.

– Да, – сказала она. – Да, я выйду за тебя замуж. Потому что я тоже тебя люблю.

Он надел кольцо ей на палец:

– Это временное кольцо.

Следующим утром Джеймс повел Шарлотту в магазин, чтобы купить ей настоящее кольцо. А потом он вдруг начал скрытничать и заявил, что должен отвезти ее домой во второй половине дня. Шарлотта не сопротивлялась, потому что ей нужно было заняться кое-какими делами.

Вечером Джеймс за ней заехал и пригласил к себе.

– Сударыня, ужин подан! – воскликнул он.

Шарлотта обратила внимание, сколько усилий ему пришлось приложить. Комната была заполнена цветами, повсюду стояли зажженные свечи. Джеймс перенес стол на балкон: там они могли любоваться ночным небом и морем.

Как только они съели десерт – самый роскошный шоколадный мусс, который когда-либо пробовала Шарлотта, Джеймс преподнес ей кольцо. Обыкновенное золотое кольцо с танзанитом, который гармонировал с цветом глаз Шарлотты.

– За нас! – сказал он, поднимая бокал шампанского. – За то, чтобы мы были вместе до конца жизни!

Она поддержала его тост, а затем вручила ему конверт.

– Что это? – спросил он.

– Подарок на помолвку. – Она улыбнулась.

Он открыл конверт и увидел фотографию черного щенка ретривера с розовой лентой на шее.

– Его зовут Дилан, – сообщила ему Шарлотта. – Он будет жить с нами с конца октября.

Джеймс пристально на нее посмотрел:

– С нами?

– Ладно, мой дом не такой шикарный, как твой особняк с видом на море, но если ты не возражаешь, всегда можешь переехать ко мне, – объяснила она.

– Шарлотта, с тобой я готов жить в хижине на пляже, – совершенно искренне произнес Джеймс. – Я хотел бы к тебе переехать. – Он посмотрел на фотографию: – Каждый день рождения, каждое Рождество, каждое лето я просил купить мне собаку.

– Я знаю, – тихо сказала она. – И я думаю, что сейчас ты готов его принять.

– Я готов остепениться и обзавестись семьей. – Он помолчал, потом спросил: – А что с Пандорой?

– Мелинда говорит, что намного проще приучать щенка к дому, где есть кошка, чем котенка – к дому с собаками, – упокоила его Шарлотта. – Бирманские кошки очень общительны, и Пандора на самом деле к тебе привязалась. Она поладит с Диланом и наверняка будет колотить его лапой по носу, а потом станет с ним обниматься.