Касание молнии - Анастасия Малышева

– Это точно. Не стоило.

Придвинувшись к девушке, я негромко и осторожно, словно имел дело с дикой ланью, произнёс:

– Но твоя реакция… Она показалась слишком резкой. Джек сказала, что у тебя какие-то блоки в голове или как она выразилась… Я не совсем понял, что она имела в виду.

– Ох уж эта Джек, – пробормотала Дани.

Она попыталась отвернуться от меня, но я мягко вернул её обратно.

– Дани, поговори со мной. Пожалуйста, – попросил я.

Вскинув на меня свои зелёные глаза, она поинтересовалась:

– Вот зачем тебе это нужно? Какое тебе дело до моих тараканов?

– Я хочу понять тебя. Для меня это важно.

Дани прикусила губу, продолжая изучать меня глазами. Ох, зря она, конечно, это сделала. Этот простой жест послал волну тепла по моему телу, но я заставил себя не обращать на это внимание и сосредоточиться на другом. Нам надо было поговорить.

Словно решившись на что-то, Харрис кивнула:

– Ладно. Будь по-твоему. Это всё очень глупо, и я чувствую себя, как на приёме у психотерапевта. Но ты же всё равно не отвались, верно?

– Верно, – усмехнулся я.

– Что и требовалось доказать. В общем, три года назад я встречалась с парнем.

Я едва удержался от того, чтобы не закатить глаза. Ну, разумеется. Все беды женщин кроются в мужчинах. И все истории всегда начинаются с фразы «был у меня однажды один парень». Дани, как оказалось, в этом ничем не отличается от других.

– Начиналось всё очень хорошо. Он был милым, ласковым, заботливым. С ним было весело. Я влюбилась. Очень сильно. И не заметила, как постепенно он начал влиять на мою жизнь. Сперва в мелочах – ему не нравилось, что я разбрасываю свои вещи в квартире.

– Вы жили вместе? – вырвалось у меня против воли.

Дани послала мне один недовольный взгляд, но кивнула:

– Да. В какой-то момент я переехала отсюда к нему – он снимал квартиру в центре Виктории. Дерек – так его звали – вечно ворчал, что я неряха и пытался привить мне любовь к чистоте. Я же отшучивалась – говорила, что мне стерильности хватает в лабораториях и хотя бы вне работы хочу иметь возможность разбрасывать всё, что пожелаю. Потом ему начало не нравиться то, как я одеваюсь. По мнению Дерека, шорты – это слишком открыто. А раздельный купальник – это вообще верх неприличия. Потом его и совместный купальник начал раздражать – и плевать, что в августе в гидрокостюме можно свариться даже ночью.

Я слушал, уже примерно понимая, к чему вела Дани.

– Он был таким… знаешь, как породистый жеребец. Красивый, статный, высокий, невероятно уверенный в себе. Работал в университете Виктории – там мы, собственно, и познакомились. Студентка и профессор – какая банальная классика. Но отношения рискнули завязать, лишь когда я выпустилась.

– Видимо, не такой уверенный, раз так себя вёл. Это же банальная ревность.

Дани криво улыбнулась:

– Не забегай вперёд. Но, в целом, да, мы переходим к следующей части моего рассказа. Он начал требовать, чтобы я не работала с Биллом и Тревором, потом сказал, что Джек плохо на меня влияет и нам лучше не общаться. После он начал контролировать каждый мой шаг – где я, с кем я, проверять мой телефон, почту, соцсети. Он был везде. Спустя год отношений он превратился в параноика, который кричал на меня по каждому поводу. Я не могла и шагу ступить, не вызвав при этом его недовольства.

– Почему ты не уходила?

Дани покачала головой:

– Я пыталась. Но это…как зависимость, что ли. Ты смотришь на человека, вспоминаешь, как было раньше и до последнего надеешься, что тот человек, в которого ты когда-то влюбился, вернётся. А потом…надежда уходит, но приходит страх. Ты начинаешь бояться за себя. Что если уйдёшь – будет хуже.

Я сглотнул. Мне было знакомо такое поведение – как Дани, так и её бывшего. Не то, чтобы прямо по личному опыту, но, скажем так – такие слова я уже слышал. Оставалось узнать главное.

– Он… бил тебя?

Вздрогнув, Дани покачала головой:

– Нет. Но однажды он ударил стену, рядом с которой я стояла. Осталась вмятина. Я смотрела на неё и думала о том, что в следующий раз это может быть моё лицо. И в этот момент я поняла, что нужно уходить.

Моей руки коснулись прохладные пальцы. Я опустил глаза вниз и понял, что сжал руки в кулаки, даже не заметив этого. Во мне клокотала самая настоящая ярость. На этого неизвестного мне куска дерьма. За то, что он так поступил с Дани. За то, что когда-то ей пришлось испугаться. Из-за него.

– Где он сейчас? – мой голос был тихим от плохо сдерживаемых эмоций.

– Не знаю. Отец позаботился о том, чтобы Дерека уволили и больше никуда не взяли на острове. Папа прямо ему сказал: хочешь жить нормально – улетай. И Дерек послушался. А я вернулась к Джек.

Я отрывисто кивнул, не отводя взгляда от женской ладошки, что поглаживала мой кулак, словно вынуждая его разжаться. Но я не мог заставить себя это сделать. Не мог заставить себя расслабиться.

– И после этого ты не можешь выносить, если тобой командуют?

Дани качнула головой:

– Да. Когда я чувствую, что меня пытаются подчинить – во мне будто всё переворачивается и я уже не соображаю, что делаю и что несу. В голове пульсирует только одна мысль – «бежать».

– Прости, – негромко сказал я, – Я даже не подумал, что это может так на тебя повлиять. Я вообще тогда ни о чём не думал, кроме как о том, что не хочу, чтобы ты туда ходила. Чтобы на тебя смотрели. Или чтобы ты снова наткнулась на этого твоего Грега.

Дани невесело улыбнулась:

– В тебе есть это. Ты тоже властный. Привык, чтобы тебе подчинялись. Беда в том, что меня притягивают такие мужчины. Но они же меня и пугают.

– Я не хочу, чтобы ты меня боялась, – всё также не повышая голоса, сказал я, – Мне хочется, чтобы ты испытывала много разных эмоций рядом со мной, но страха в этом списке нет.

Девушка как будто расслабилась рядом со мной и улыбнулась чуть более искренне. А после, придвинувшись ко мне, положила голову на моё плечо.

– Я тоже не хочу тебя бояться.

Негромкое признание, сорвавшееся с её губ, заставило меня улыбнуться. Я не умел успокаивать. Совсем. Наверное, в мире было не так много вещей, в которых я не был хорош, и эта оказалась в списке. Но,