Касание молнии - Анастасия Малышева

– Э нет, подруга, так не пойдёт, – хмыкнула Джек, – Я не стала бы страдать из-за того, что твой мужик не может держать свои губы и зубы при себе. Даже не надейся.

– Вот они – прелести женской дружбы… И он не мой мужик! Мы просто…

Не найдя подходящего определения, я просто махнула рукой и под смешки Джек приступила к макияжу. Ничего кричащего – не любила большое количество краски на лице. Особенно летом. Мне казалось это настоящим издевательством над кожей. За свои годы я ни разу не оказывалась в кабинете косметолога и хотела оттянуть поход к нему на как можно больший срок.

Через пару часов мы с Джек, в чёрном и красном, уже стояли в конференц-зале на первом этаже отеля, окружённые коллегами и с бокалом шампанского в руке. Я невольно отмечала, что организация не подкачала – зал был дорого и со вкусом обставлен, напитки и закуски тоже оказались превосходного качества. Нелу Далка не шутил, когда говорил, что точно знал, чего хотят люди. Недовольных я точно пока не заметила.

Обернувшись, я поискала глазами виновника моих размышлений. Румын стоял неподалёку вместе с Алином и моим отцом. Все трое о чём-то разговаривали, при этом papа́ добродушно улыбался, а Ал так вообще то и дело срывался на смех. Что касается Нелу – тот, как и всегда, был собран и почти холоден. Лишь по глазам можно было понять – он доволен.

Словно почувствовав, что на него смотрели, Далка повернул голову. Наши взгляды встретились и уголок его губы дрогнул, выдавая зародившуюся улыбку. Мы соблюдали нашу договорённость и на людях держались вежливо, но прохладно, не выдавая природу наших взаимоотношений. Хотя, возможно, всё дело было в том, что мы и сами не знали, как назвать происходящее. Парой мы не были, друзьями нас тоже назвать было нельзя, поэтому вариант «секс по дружбе» тоже отпадал. Секс по работе? Такое себе. Этот пункт в своё резюме точно не стоит вписывать. Любовники? Наверное, это самый подходящий вариант, но мне не нравилось, как это звучало. Поэтому, я предпочитала вовсе не давать этому названия.

Ближе к началу официальной части приёма мы с Джек заняли свои места за столиком возле сцены. Там через некоторое время должен был с речью выступить Нелу. А после – запустить ту самую презентацию. Потом вопросы из зала, аплодисменты, ещё больше шампанского, горячее, десерт – всё по стандартной схеме.

Сев, я негромко чертыхнулась – ткань платья была слишком скользкой, так что она плавно «стекла» с моих ног, оставляя их открытыми. Не то, чтобы я стеснялась своих ног, но, когда сидишь в первом ряду, такая обнажёнка невольно притягивает внимание. Я попыталась натянуть материал обратно, но он всё равно соскользнул обратно. Да чтоб меня!

Мысленно ругнувшись, я подняла голову – и поймала взгляд Нелу, стоявшего чуть в стороне, у края сцены. Казалось, будто он давно уже наблюдал за мной и ждал, когда я это замечу. Поймав мой взгляд, он одними глазами указал в сторону выхода и едва заметно кивнул. Я недоумённо нахмурилась. Подняв брови и словно едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза, Нелу указал в стороны выхода и одними губами произнёс:

– Ты. Туда. Сейчас.

После чего развернулся – и вышел. Эм… и вот какого чёрта происходило? Это что за повелительный тон? Даже не тон – взгляд! Он что, серьёзно думал, что я встану – и побегу за ним? Ну уж нет!

Скрестив руки на груди, я повернулась к сцене. Нет, нет, и ещё раз нет. Размечтался. Если этому румынскому засранцу нужно было что-то мне сказать – ему предстояло дождаться окончания мероприятия. Верно? Верно.

Прошла минута, две. Я сидела и не заметила, как начала кусать губы. Руки, уже не скрещенные, покоились на коленях, теребя зажатую в пальцах ткань платья. Я что, нервничала? Из-за чего, чёрт возьми? Или из-за кого? Из-за него, что ли? Фу. Какой кошмар.

– Хей, – Джек наклонилась ко мне, – Ты чего?

– Эм… ничего, всё в порядке, – покачала я головой.

– Точно? – тихо уточнила подруга, – Ты выглядишь…дёрганной. У тебя щёки красные.

Я и сама чувствовала, как лицо начало пылать. В помещении как будто резко стало не хватать воздуха. Мне казалось, что я задыхаюсь. Бросила взгляд на часы. Три минуты. Чёрт. Чёрт!

– Мне нужно на воздух. Я сейчас, – шёпотом сказала я Джек, поднимаясь на ноги.

– Ты точно в порядке? – подруга выглядела действительно обеспокоенной.

Резко кивнув, я, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания, поспешила в сторону выхода. Мысленно матеря себя так, что у приличных людей от таких выражений уши бы в трубочку свернулись.

Стоило двери в конференц-зал закрыться за моей спиной, как меня тут же схватили за локоть, а после утянули в сторону какой-то неприметной ниши. Тянули не сильно, но настойчиво.

– Какого… – начала было я, но меня резко заставили заткнуться чужие губы.

Румын целовал жёстко, с напором, сразу раздвигая языком мои губы, в попытке подчинить. Словно стремился доказать свою власть. Надо мной. Хах. Не на ту напал.

Обхватив его рукой за затылок, я запустила пальцы в волосы, от чего с его губ сорвался приглушённый рык. Он прошёлся вибрацией по всему моему телу, заставляя его вспыхнуть. Так, разум, кажется, начал отказывать. Погодите…

Через силу оторвавшись от его губ и переводя дыхание, я упёрлась ладошкой в его грудь и поинтересовалась:

– Что это сейчас было?

Светло-голубые глаза потемнели, радужку почти съел расширившийся значок. Он выглядел…безумно. Безумно притягательно.

– Ты такая красивая. Я не смог удержаться, – шепнул он мне, тонко улыбнувшись.

Я почти задохнулась от этого признания. Но, справившись и с дыханием, и с внезапно заколотившимся сердцем, всё же нашла в себе силы отодвинуть мужчину и усмехнуться:

– И что? Это не даёт тебе права вот так выдёргивать меня с такого важного и ответственного мероприятия. Вне зависимости от того, что я к тебе испытываю, работа должна быть на первом месте.

Моя проповедь, кажется, вообще на Нелу не подействовала. Что-то мне подсказывало, что он половину слов вообще пропустил мимо ушей.

– Да ну? – поддразнил он и, наклонившись, поцеловал меня в плечо, – А что ты ко мне испытываешь?

Я закатила глаза, но все же позволила ему сгрести себя в охапку и прижать к своей груди. Рука румына легла на мою талию, скользнула вниз к бедру и, вновь порхнув вверх и огладив ребра,