Умри со мной - Ана Фогель

Около двенадцати часов разнообразного ландшафта. Около двенадцати часов изнурительной тишины и тревожных ожиданий. Около двенадцати часов в пути.

Я не знала, куда мы едем и мне даже не хотелось спрашивать. Мы почти не разговаривали. Мы почти не останавливались. С каждой милей холодные серо-зелёные краски сменялись на тёплые оранжевые тона.

Я дремала в ленивом зное садившегося солнца, когда кто-то грубо потряс меня за плечо.

– Мы приехали, – сообщает Колдер.

Я резко открываю глаза, щурясь от яркого света. Постепенно перед моими глазами появляется небольшой одноэтажный домик, слегка покосившийся от времени и всем своим видом говорящий, что нас здесь не ждут.

– Сейчас ты познакомишься со своей бабушкой Мэдисон, – сообщает мама, как будто это самая обычная вещь на свете. Как будто я не жила всю жизни с мыслью, что они обе умерли, когда я была совсем маленькой.

Моя жизнь уже настолько кажется не моей, что у меня даже нет сил удивляться и задавать очевидные вопросы.

Мама встаёт впереди нас и стучит в дверь. Мы с Колдером скептически переглядываемся.

Спустя минуту дверь открывается (на что я, честно говоря, даже не рассчитывала), и за сеткой показывается невысокая, но в достаточно неплохой для своего возраста форме женщина. На ней накинута джинсовая рубашка, под которой выглядывает белая футболка, что производит впечатление лёгкой небрежности, но в то же время говорит о её опрятности и бодрости. Пепельно-седые волосы собраны в аккуратный пучок, из которого выбиваются короткие завитки.

Сначала её взгляд суров и неприветлив, но узнавание липкими щупальцами пробирается до её сознания. И в этот момент женщина захлопывает дверь прямо перед нашими носами.

– Мама! – кричит моя мама и открывает дверь, бесцеремонно заходя в дом. – Хоть раз ты можешь не проявлять свой характер. Сейчас всё очень серьёзно!

Мы с Колдером проходим в прихожую и закрываем за собой дверь, но пройти дальше в дом не решаемся.

– Вот именно! – доносится голос женщины откуда-то из глубины дома. – Если ты здесь, значит всё очень, очень плохо.

– Я не просила у тебя помощи восемнадцать лет. Неужели я не могу сделать это хотя бы сейчас?

Мэдисон возвращается из дальней комнаты с недовольным видом и молчаливым жестом провожает нас на кухню. Мы садимся за деревянный круглый стол на массивной ножке. Стулья под нами устало скрипят, но держаться молодцом.

– Почему с вами мальчишка из Ордена? – первое, что спрашивает Мэдисон, одаривая Колдера суровым взглядом.

У меня внутри всё переворачивается. Как она узнала? Что ещё она может узнать? Почему-то мне стало страшно и неловко от мысли, что она может узнать о наших с ним… отношениях.

Мама открывает рот, чтобы объясниться, но Колдер перебивает её. Он приподнимается со стула и лично обращается к Мэдисон.

– Я понимаю ваше недоумение, – начинает он. – Меня зовут Колдер Макалистер, и да, я из Ордена. Но я не хочу причинять вред вашей семье. Я не придерживаюсь взглядов Ордена, именно поэтому я здесь, и именно поэтому я скрываюсь, как и… Мэд и миссис Уоррен.

Я не ожидала такой смелости и… воспитанности от Колдера, но, похоже, бабушка произвела впечатление и на него тоже. Быть может, это и вовсе первая настоящая ведьма, с которой он столкнулся. Надеюсь, теперь он испытывает хотя бы немного страха.

Мэдисон щурит взгляд, прожигая Колдера насквозь. Кажется, ещё немного, и я тоже начну видеть его кости.

– Сдаётся мне дело не во взглядах Ордена, молодой человек, – она говорит это с игривой ухмылкой на губах. – Но я не вижу в твоих мыслях злых намерений. Садись.