Кровь Моего Монстра - Рина Кент

— Но разве он не был назван наследником в завещании своего отца? — в день смерти Романа Морозова сюда привели адвоката, и он зачитал семье завещание.

Кирилл должен унаследовать девяносто процентов имущества отца — бесчисленные объекты недвижимости, автомобили, самолет и многомиллиардное состояние акций. Карина получает десять процентов при условии, что она передаст свои голоса Кириллу и назначит его своим доверенным лицом. В действительности, учитывая ее «непростое» состояние, Кирилл назначен ее опекуном, что дает ему право не только распоряжаться ее деньгами, но и по своему усмотрению поместить ее в любую психиатрическую клинику.

Константин и Юлия получили только одно — разрешение жить в доме с Кириллом, и только если, что неудивительно, они не будут оспаривать его власть.

Стоит ли говорить, что брат впал в ярость и пригрозил подать в суд. Однако Юля, которая ничуть не выглядела удивленной, просто схватила его, и они ушли вместе.

Максим задумчиво хмыкает.

— На бумаге — да.

— Что это значит?

— Завещание ничего не значит, если он не сможет проявить себя в реальном мире. Другими словами, он должен вернуть себе власть, которую Константин и Юля строили все годы в его отсутствия. Да, Босс пользовался поддержкой отца, но не каждый будет слепо следовать его воле. Это психологическая игра, которая намного сложнее, чем кажется.

Я придвигаюсь ближе к своему другу.

— Чья поддержка ему нужна?

— Главных игроков, конечно. Прежде всего, Пахан. — Он указывает на пожилого мужчину с белесыми волосами и спокойной, мудрой манерой поведения. — Сергей Соколов, глава Братвы с тех пор, как умер его брат. Он вроде бы спокойный, но строгий и со старыми устоями. Во-вторых, его такие же старомодные друзья — двое рядом с ним. Игорь. — Максим вздергивает подбородок в сторону крепко сложенного пожилого мужчины. Он похож на борца, но у него белая борода, волосы и несколько морщин вокруг глаз. — Это первый из четырех царей. Его хозяйство самодостаточно и окутано тайной, но он был близок к нынешнему и предыдущим паханам. Фактически, он знает их с самого детства, поэтому все, что он скажет или посоветует, будет иметь большое влияние на процесс принятия решений Сергеем.

Мой взгляд переходит на третьего в круге. Он выглядит таким же старым, как и остальные, но он более худощавый, у него несколько захудалый вид бизнесмена и прямая осанка, которая выглядит непроницаемой.

— Это, друг мой, Михаил, второй из четырех царей. Он застрял в восьмидесятых, у него самый скверный характер из всех троих, и он склонен быть дикой картой, в зависимости от настроения. Я искренне думаю, что единственная причина, по которой он все еще у власти - это его близость к Пахану и несколько достойных отпрысков, которые знают, как вести дела. Большую часть времени он, конечно, этого не делает.

— Короче говоря, если Кирилл получит одобрение Игоря и Михаила, он займет место своего отца?

— Не совсем. Видишь тех, с кем он стоит? — он переключает мое внимание на Кирилла, и меня охватывает дрожь, как и каждый раз, когда я смотрю на него.

На самом деле, Кирилл был с этими двумя мужчинами больше, чем с кем-либо из других гостей. Один из них выглядит так же устрашающе, как и Виктор. Только у него борода, массивное мускулистое тело и татуировки, извивающиеся по шее, как змеи.

Другой мужчина более или менее похож на Кирилла, хотя он не так классически красив. У него высокие скулы и загадочный взгляд серых глаз.

— Да, — говорю я Максиму. — Полагаю, они тоже важны в великой схеме вещей?

— Как ты это понял?

— Капитан не стал бы уделять им столько времени, если бы это было не так.

— Это верно. Эти двое имеют даже большее значение, чем четыре короля. — Максим усмехается. — Бородатый — это Владимир, он на несколько лет старше Капитана. Он авторитарный человек, абсолютный кошмар, если вы нарушаете какие-либо правила рядом с ним, и его можно принять за камень в теле человека. Он также правая рука Пахана. Тот, кто идет на войну и следит за тем, чтобы Братва оставалась сильной.

— Понятно. А как насчет другого?

— Теперь, он... он — настоящая дикая карта. Его зовут Адриан. Он стратег Братвы и знает все обо всех, включая Пахана. И когда я говорю «все», я имею в виду каждую чертову вещь. Невозможно перечить ему и еще более бесполезно идти против него.

— Значит, лучшее, что можно сделать, это привлечь его на свою сторону.

— Теоретически, да. Однако в реальности он ни на чьей стороне, кроме своей собственной, и хранит верность только Братве. Он достаточно силен, чтобы подчиняться только Пахану и считаться стратегом. Однако он немного затворник и не появляется так часто, как все остальные.

Мой взгляд снова падает на мужчин. Пока Владимир и Кирилл разговаривают, этот Адриан, который, как я начинаю думать, может стать ключом к инаугурации Кирилла, остается молчаливым, собранным и отстраненным. Он почти не пьет из своего фужера, лишь изредка кивает головой и, кажется, его не беспокоит присутствующие рядом с ним.

Это опасный человек.

Возможно, на том же уровне, что и Кирилл.

Я снова сосредотачиваюсь на Максиме, мне нужно больше информации, чтобы понять текущее положение.

— Я полагаю, Роман Морозов был одним из этих лидеров, а теперь один из его сыновей займет его место?

— Ты правильно предположил. Роман был третьим из четырех королей. Босс уже проиграл внутрисемейное голосование. У Константина есть голос Юлии и поддержка ее семьи.

— Ее семья?

— Банкиры. Эти сосунки богаче Бога и обладают аморальностью дьявола. — Максим щелкнул языком. — Она была одной из причин, по которой ее муж в свое время так сильно поднялся во власти. Она использует тот же метод, чтобы поддержать Константина.

— Но разве Кирилл тоже не член их семьи?

— Не тот, кто приносит прибыль, как его брат. Им все равно, как его зовут, лишь бы он приносил прибыль и был достаточно терпим для Юлии, чтобы рекомендовать его своей семье, но... — он делает паузу. — И это большое НО. Босс все еще может править без внутренней поддержки. Он просто не сможет спокойно спать по ночам из-за враждебной обстановки в доме. Каждый день будет битвой за его жизнь.

— Как насчет... Карины? У нее есть право голоса?

— Да, есть, но она могла перейти в команду Константина. Раньше она была близка с Боссом, но это было до того, как он уехал в Россию. Теперь она присоединилась к клубу антифанатов своего брата и матери.

Я могу