Дочь пирата - Гэлен Фоули

Какой же Дариус умелый лжец! Принцесса задыхалась от злости и приготовилась к бою! Она отлично понимала, почему он ничего не рассказал ей о своем титуле. Дариус прикрывался своим низким положением, чтобы она не догадалась о его вполне достойном статусе… о том, что на самом деле он мог просить ее руки.

— Где он?! — бормотала она. Серафина направилась в крыло, где располагались королевские покои.

Возможно, он лежит в постели с очередной любовницей? С кем-то, кому Дариусу не жаль будет отдаться до конца, кому он не откажет в завершении близости, как ей… хотя она почти молила его об этом.

Пересекая обширный мраморный холл при входе Серафина увидела князя Анатоля Туринова.

— Анатоль! — Серафина опустила глаза, сделав неглубокий реверанс. Сердце ее упало, потом часто забилось.

— Я рад, что вы еще помните меня, — проговорил он с вежливой укоризной и отвесил принцессе легкий чопорный поклон. Все еще учтиво склонясь, Анатоль поднял на девушку глаза и многозначительно улыбнулся. Она ощутила его врожденную жестокость.

Когда Анатоль, выставив вперед квадратный подбородок, оглядел комнату, словно свое владение, и начал медленно приближаться к Серафине, она прерывисто выдохнула, но отступать не стала. Напротив, собрала все силы и приняла царственную осанку, чему ее учили с раннего детства.

Широким жестом Серафина обвела рукой холл:

— Добро пожаловать в Асенсьон и в наш дом. Как прошло ваше путешествие, ваше сиятельство?

— Анатоль, — прошептал он. Внутренне содрогнувшись, она повторила:

— Как прошло ваше путешествие, Анатоль?

Он улыбнулся и ласково заправил ей за ушко выбившийся локон. Серафина едва сдержала дрожь, когда он коснулся ее.

— Была ли ты хорошей девочкой в мое отсутствие, невеста моя?

В это мгновение ей неудержимо захотелось отвесить ему пощечину. Но Серафина грациозно сделала несколько шагов от Анатоля, подошла к столу и картинно склонилась к вазе с душистыми цветами. Теперь она стояла спиной к Анатолю, однако физически ощущала на себе его взгляд.

Анатоль неспешно последовал за ней. Она чуть передвинулась, держась с другой стороны стола.

— Много ли времени вы провели на корабле? — с деланным интересом спросила Серафина.

— Слишком много, поскольку всей душой стремился к вам.

— Когда же вы прибыли?

— Два часа назад. Я уже выпил за мое прибытие с вашим замечательным отцом.

— Надеюсь, папа не очень расчувствовался по поводу моего отъезда. Он тяжко переживает его. Он так тревожится за меня…

— Да, я знаю, поэтому и нашел таким странным… — Анатоль помедлил, потирая подбородок.

— Странным? Что именно?

— Что король отослал вас в загородное поместье без соответствующего сопровождения, с мужчиной, от которого вы когда-то совершенно потеряли голову.

Серафина побледнела как смерть и, потрясенная, уставилась на него.

Анатоль растянул губы в своей жуткой жестокой улыбке.

— Вы думаете, дорогая, что лишь Сантьяго умеет узнавать чужие тайны?

Серафина открыла рот, чтобы заговорить, но не смогла произнести ни звука.

— Разумеется, ваш отец понятия не имеет о вашем увлечении этим человеком.

— Я была тогда совсем юной.

— Он касался вас?

— Нет.

— Касался? — настойчиво повторил князь.

— Нет!

— Ваш отец доверяет ему.

— У него нет оснований не доверять Сантьяго. А что до моего увлечения им… я этого и не отрицаю. Сантьяго принял пулю, предназначенную моему отцу.

— Что же произвело на вас такое впечатление? Это ведь обычное дело, когда мужчина на поле сражения отдает жизнь за друга.

— Мне было двенадцать лет, Анатоль. Я была сушим ребенком и стояла рядом. Его кровь была на мне.

От этих слов Серафина ощутила странный трепет.

— Вы хотите сказать, что всего лишь восхищались его героизмом?

— Ребенком? Да, конечно. Это было много лет назад. Сейчас Сантьяго и я — просто знакомые.

Обойдя стол, Анатоль решительно подошел к девушке.

— Надеюсь, вы не обманываете меня, чудная роза экзотического острова? — Он погладил Серафину по плечу. Она вздрогнула и вспыхнула. — Ведь я все равно узнаю правду в нашу брачную ночь. Не так ли? — с усмешкой добавил Анатоль.

Серафина на дрожащих ногах пошла прочь от него. Расхохотавшись, Анатоль последовал за ней.

— Серафина…

— Вы слишком фамильярны, князь, — не оборачиваясь, холодно бросила она.

— Ваше высочество, я всего лишь испытывал вас. Она тут же повернулась к нему:

— Проверяли? Меня?

— Разве вы не рады, что с честью выдержали проверку?

Потрясенная его дерзостью, Серафина молча смотрела на Анатоля и медленно пятилась к стене. Скрестив руки на груди, она инстинктивно пыталась защититься и яростно сверлила его взглядом. Но он неумолимо надвигался.

— Одна маленькая птичка шепнула мне, что три года назад на вашем первом балу, когда вы бросились бедному парню на шею, он сбежал от вас. Это свидетельствует о том, что он человек чести и знает свое место. Я это одобряю.

— Одобряете?

Князь поднял руку, призывая ее к молчанию.

— Ваш отец должен быть счастлив, имея такого подданного, — подобные люди редки. У меня остался лишь один вопрос: пытались ли вы снова соблазнить бедного полковника Сантьяго во время пребывания в этом… уютном деревенском убежище? Женщины вроде вас не терпят, когда мужчина не покоряется их чарам, а у всякого мужчины есть предел терпения.

— Женщины вроде меня? Вы явно ничего обо мне не знаете. Простите, князь. Я уже три раза ответила на ваш вопрос. — Принцесса сделала шаг в сторону.

Анатоль остановил девушку, жестким указательным пальцем пригвоздив к стене ее плечо.

— Не уходи. Молю, невеста моя, будь снисходительна, — сказал Анатоль, улыбаясь.

В этот момент входная дверь распахнулась, и в холл вошел Сантьяго.

О Боже! Сердце у Серафины упало, внутри все сжалось.

Прошла доля секунды, прежде чем он увидел их. Анатоль не обернулся. Понурившись, Дариус сделал два медленных усталых шага, потом поднял голову, увидел их и застыл на месте.

Его взгляд устремился к Серафине, затем переместился на Анатоля и полыхнул черным огнем.

Усталость как рукой сняло. Не колеблясь, Дариус быстро пересек комнату, отшвырнул Анатоля и нанес ему удар… сокрушительный удар в лицо.