Приручить "Демона" - Рада Мэй

- Извините, не получится. Мне уже пора. Всего доброго.

- А как же Глеб? Он скоро приедет, - напомнила старушка, недовольно поджав губы. Наверное, причислила меня к особам, которым мешают чужие дети.

- К сожалению, у меня совсем не осталось времени, завтра на работе с ним увидимся. До свидания!

Я поспешила вниз по лестнице, мысленно ругая себя за неуместное любопытство. Зачем мне понадобилось расспрашивать соседку, ведь она теперь точно всё расскажет Демону. Надеюсь, у неё плохое зрение и бабуля не сможет достоверно меня описать.

На этом мои злоключения, увы, не закончились. Уже подходя к выходу, услышала голос Демьянова и едва успела спрятаться в тёмный угол под лестницей. Историк вошёл, держа за руку маленькую светловолосую девочку лет пяти. Она прижимала к себе большую нарядную куклу и что-то тоненько, радостно щебетала.

Они обсуждали завтрашний поход в цирк, но в разговор я не вслушивалась, завороженная выражением лица Демьянова. Таким умиротворённым я его ещё никогда не видела, а в глазах читались совершенно нереальные, непривычные теплота и нежность. Даже не представляла, что он может так на кого-то смотреть. Получается, я практически ничего о нём не знала, как, впрочем, и он обо мне. Это ж надо было причислить меня к заговору Мининой и Зайцевой!

Снова вспыхнувшая искра возмущения не спасла от раздражающего ощущения неловкости. Я провожала этих двоих взглядом и чувствовала себя пойманной за подглядыванием у чужой замочной скважины. Хорошо, что мы успели разминуться. Представляю, чтобы Демьянов обо мне подумал, если бы увидел сейчас возле своей квартиры. Решил бы, наверное, что я пришла о снисхождении умолять. Позорище! Пора завязывать с необдуманными порывами и учиться сначала просчитывать последствия своих поступков, а потом уже делать.

Когда шаги мужчины и девочки стихли, я выбралась из своего укрытия и почти бегом направилась к машине. Страх перед возвращением в квартиру отступил под натиском жажды деятельности - до конца дня ещё так много нужно успеть! А бояться своего дома меня больше никто не заставит, пусть теперь боится тот, кто придёт туда с недобрыми намерениями!

Что касается Демьянова, топор войны придётся зарыть. Во-первых, после того, что учудила Минина, его методы для этого универа, пожалуй, не такие уж и жёсткие, во-вторых, с детьми я не воюю. Ну а экзамен как-нибудь сама сдам, если, конечно, доживу...

***

Бесконечный день, наконец, закончился, но из-за пережитых потрясений, сон не шёл.

Голова болела, и не только от удара. Разговор с мамой вымотал не меньше, чем всё остальное. Родительница даже приехать порывалась, еле отговорила. Не удовлетворившись моими убеждениями, она заявила, что лично позвонит в полицию и заставит там всех пошевеливаться.

Что ж, хоть один плюс во всей этой истории есть - теперь полиция больше не сможет списывать наши с Машей злоключения на глупый розыгрыш и начнёт действовать более активно. Надеюсь, урода, который мне шишку поставил, скоро найдут. Вот только не факт, что нападение и кража - продолжение розыгрыша.

Как-то сильно они выбиваются из предыдущей картины - нет никаких адресных обращений, да и кража довольно странная. Понятно, что времени у грабителя было очень мало - ровно столько, чтобы не вызвать подозрение у охраны на выходе, вот он и взял первое, что в глаза бросилось. С другой стороны, один из планшетов лежал рядом с маминой шкатулкой, в которой находились драгоценности. Незапертой, между прочим, шкатулкой. Но из неё ничего не пропало. Мои банковские карты почему-то тоже не взяли. Но я, предварительно сняв энную сумму, на всякий случай заблокировала их и на некоторое время, чтобы с украденных устройств к счетам подобраться было нельзя.

В списке подозреваемых первыми теперь были Машин Лёвчик и Минина. Они вполне могли заплатить обученному человеку, чтобы он подложил мне вот такую свинью, но зачем? Одним ударом по голове и подобием кражи меня не запугать, хотя ноутбук и айфон жалко, там все контакты. Или это, типа, предупреждение?

Так и не придя ни к какому определённому выводу, после бессонной ночи я отправилась в отделение полиции, благо выходной и в универ торопиться не нужно. Встретилась со следователем, который вчера приезжал, и всё же рассказала об эсэмэсках. На всякий случай пусть имеет в виду.

***

В понедельник Маша на занятия не пришла и на телефонные звонки не отвечала. В свете последних событий это настораживало. Пришлось ехать к ней домой. Заодно задам несколько наводящих вопросов о её парне. Я пока так и не решила, как к нему лучше подступиться.

Климова долго не открывала, я уже начала нервничать и прикидывать, где она может быть, когда дверь медленно и, словно неохотно, отворилась. Бледная Маша с опухшим лицом и красными, зарёванными глазами мне совсем не обрадовалась. Смерила далеко не самым дружелюбным взглядом и молча пошла куда-то вглубь квартиры, оставив дверь приоткрытой. Такое начало встречи ничего хорошего не предвещало.

Закрыла дверь с обратной стороны и направилась вслед за подругой, попутно отмечая плотно занавешенные шторы и беспорядочно разбросанные то тут, то там вещи и обувь. Это лишь усилило тревогу. Маша - та ещё чистюля, так с чего вдруг такой хаос вокруг? Да и в старой бесформенной футболке я эту модницу раньше даже представить не могла.

Климова безмолвно прошествовала в свою комнату, уселась на диван перед телевизором, транслирующим рекламу какого-то суперэффективного стирального порошка, и безучастно потянулась к раскрытой пачке с картофельными чипсами.

А вот это уже совсем плохо. Склонная к полноте Маша тщательно избегала подобных продуктов, поскольку драгоценный Лёвочка любил исключительно стройняшек, и изредка позволяла себе лишь ягодные пирожные из студенческого буфета.

Реклама сменилась видом целующейся парочки, Маша протяжно всхлипнула и выключила телевизор, но продолжала молчать и смотреть в одну точку. Так, кажется, я начинаю понимать, откуда ветер дует.

- Маша, не пугай меня, что случилось?

- Что случилось? Это тебя нужно спрашивать!