Золотая красота - Лилит Винсент

Пока Блэйз работает внутри неё, а Дексер — снаружи, Ру достигает пика с приглушенным криком, и Блэйз следует за ней через мгновение. Мой брат со стоном склоняется над ней, целует её в шею, а затем выходит из неё, и они с Дексером снова меняются местами.

— Ты полна семени Блэйза, Красавица, — шепчет Дексер, устраиваясь между её бедер и разводя её руками. Он любуется её лоном, блестящим от её соков и спермы нашего брата. Он берет свой член в руку, приставляет его к самому входу и плавно погружается в неё.

Дексер стонет, а Ру вскрикивает от удовольствия, не выпуская меня изо рта; она сосет меня сильнее, а её рука ритмично двигается по моему стволу. Я чувствую, как сильно ей это нравится. Её желание настолько мощное, что я окончательно теряю рассудок.

Я запускаю руку в её волосы, стоная:

— Моя прекрасная златовласая девочка, ты сейчас заставишь меня кончить.

Я толкаюсь глубже ей в горло, и Ру отвечает стоном. Я больше не могу сдерживаться и чувствую, как оргазм прошибает меня насквозь, когда я изливаюсь ей в рот.

— Да, блять, глотай его, Красавица, — хрипло говорит Дексер, ускоряя темп и прерывисто дыша, вбиваясь в неё всё жестче. Я не могу отвести глаз. Наконец его голова откидывается назад, а мышцы пресса напрягаются, когда он кончает.

Через мгновение он выходит из неё, нежно придерживая её за бедра. Ру облизывает губы и роскошно потягивается, закинув руки за голову. Блэйз лежит рядом с ней, а Дексер всё еще завороженно смотрит на то, как его и Блэйза семя блестит на нежной коже Ру.

Она обнимает меня за талию и восторженно сжимает.

— Это было чудесно. — она приоткрывает один глаз и смотрит на меня снизу вверх. — Тебе тоже понравилось?

— Мне? Кажется, я умер и попал в рай. — я наклоняюсь и целую её, а затем шепчу: — Но в следующий раз я тоже хочу тебя трахнуть.

Ру прикусывает губу и обвивает мою шею руками.

— О да, пожалуйста.

Я перевожу взгляд на Блэйза и Дексера, и улыбка трогает уголки моих губ.

— Думаю, мы сделали её счастливой. Разве она не прекрасна?

Глава 15

БЛЭЙЗ

Я поворачиваю голову в сторону и смотрю на своего старшего брата, который не выглядел таким счастливым с тех самых пор как… да никогда. Я правда не могу вспомнить случая, когда бы у него было такое блаженное выражение лица. Даже его улыбки до конца света никогда не казались такими естественными.

Дексер зарылся лицом в шею Ру, прикрыв глаза. И это тоже невероятно. Дексер терпеть не может сидеть или лежать без дела, пока солнце еще стоит и есть работа, которую нужно выполнять.

— Я был уверен, что ты струсишь, — с ухмылкой говорю я Кинану. Он протягивает руку и касается щеки Ру.

— Я? А я думал, что для Дексера это будет чересчур.

Дексер прижимает Ру к своей груди и целует её в затылок.

— Если Ру этого хочет, я не собираюсь кривить нос от ваших членов. — улыбка трогает уголок его рта, и он шепчет: — К тому же, ты выглядела чертовски сексуально, принимая нас всех, Красавица.

— Еще бы. — владеть ей в одиночку было высшим наслаждением в моей жизни… до этой самой минуты.

Мы все смотрим на Ру, прильнувшую к груди Дексера; она улыбается, прикрыв глаза. Она нащупывает мои руки и руки Кинана и крепко сжимает их.

— Я просто так счастлива, что мы все вместе.

— Я скучал по вам, придурки, — говорю я, переводя взгляд с Дексера на Кинана. — Не помню времени, когда бы я по вам не тосковал.

Несмотря на теплоту моих слов, в них всё же проскальзывает горечь упрека.

Дексер проводит пальцами по руке Ру, в его глазах мелькает тень вины.

— Всё, чего я хотел, — это чтобы мы втроем перестали грызться.

— Мы вовсе не собирались тебя бросать, — вполголоса произносит Кинан. — Я бы вытащил тебя из того дома к нам в мгновение ока, если бы ты только попросил.

Подмывает огрызнуться и сказать, что это чушь собачья, и я им никогда не был нужен, но я устал по любому поводу кипеть от злости. Вместо этого я сжимаю руку Ру и стараюсь дышать ровно. Ру открывает глаза и пристально смотрит на меня.

— Да, ты предлагал. Но я игнорировал тебя, потому что уйти с вами означало бы… — голос мой хрипнет, и я замолкаю. Это означало бы признать, что отец убил нашу любимую маму, а я просто не мог этого вынести. Это было слишком масштабно. Слишком страшно. Сверх всяких сил.

Кинан печально кивает. Он понимает.

— Ты правда это видел? — спрашиваю я Дексера; в горле стоит ком.

Брат поджимает губы и кивает.

— Я услышал их ссору и открыл дверь спальни. Я видел, как он ударил маму той бронзовой статуэткой, что стояла на столике. Она упала и… она просто больше не двигалась. Когда отец увидел, что я смотрю, я захлопнул дверь. — он зажмуривается и крепче обнимает Ру.

— Блять, — шепчу я.

— Я хотел сдохнуть, — горько признается Дексер. — Думал, смогу заставить отца убить и меня тоже. Всё, что мне нужно было сделать, — это разозлить его до крайности.

Ру полуобернулась ко мне.

— Это был тот самый день, когда я встала между вами. Мне так жаль, что вам было так больно.

Вся та боль и злость, что отравляли нас все эти годы, — вина отца, а наше упрямство и гордыня лишь подливали масла в огонь.

— Простите, что я не верил вам обоим тогда.

— Это не твоя вина. Узнать, что твой отец убил твою мать, — шок в любом возрасте, а тебе было восемь. Он скормил убедительную ложь и полиции, и тебе.

— Прости, что ты чувствовал себя так, как будто мы тебя бросили, — говорит мне Кинан.

Одной рукой обнимая Дексера, Ру притягивает меня и Кинана еще ближе к себе.

— Вы все такие красивые и сильные, — шепчет Ру, целуя сначала меня, потом Дексера, потом Кинана. — Вы все заставили меня обратить на вас внимание с первой же встречи, и я никого из вас не могла выбросить из головы. Как я могла выбрать кого-то одного?

Это бы разорвало нас на части, если бы она выбрала одного брата и отвергла двух других. Это разорвало бы весь лагерь, и когда миру пришел конец, мы нужны друг другу, чтобы выжить.

Ру кладет