Охотник за мечтой - Лаура Кинсейл

– Мама, мама, – настойчиво требовала Элизабет, теребя пуговицу и прижимаясь лицом к груди Зении.

Быстро взяв полотенце, Зения накинула его себе на плечо, прикрыв Элизабет, и, глядя вниз, расстегнула под ним платье. Ее дочь откинула в сторону полотенце и с удовольствием принялась сосать. Зения почувствовала, что ее лицо и шея горят от смущения и стыда.

– Не смотрите, – сердито выговорила она, не в силах поднять глаз.

– Вы должны простить меня. Я присутствую при небывалом моменте в моей жизни.

Она сжала губы, так и не подняв головы.

– Она прекрасна, – тихо оценил лорд Уинтер.

– Полагаю, вы считаете, что Элизабет уже большая, чтобы еще кормиться грудью.

– Не могу сказать, что я вообще думал о чем-нибудь подобном.

– Леди Белмейн этого не одобряет. – Зения позволила себе сквозь ресницы взглянуть на лорда Уинтера. Он сидел на полу, скрестив ноги в лодыжках, опершись локтями в колени и крепко сжав пальцы обеих рук вместе.

– Ну что ж, значит, я одобряю, просто чтобы сделать наоборот. Кто дал ей имя?

– Она названа в честь мисс Уильямс и моей тети Люси, – ответила Зения с долей вызова.

– Мисс… А, компаньонка вашей матери. Мои родители не возражали?

– Нет.

– И ее крестили как Мэнсфилд?

– Да. – Зения сделала глубокий вдох. Молоко у нее подошло к концу, Элизабет перестала сосать и сонно вздохнула. – Да, как Мэнсфилд. – Зения застегнула платье и взглянула на лорда Уинтера, который смотрел на нее со спокойствием, окончательно лишившим ее присутствия духа. – Ваш отец настоял. Все считали, что вы умерли, а я не хотела, чтобы моя дочь осталась… без имени.

В воздухе между ними повис невысказанный вопрос: «Вы отберете ее у меня?» – но Зения боялась задать его. Она не понимала этого человека, к тому же он должен принять не только свою дочь, но и саму Зению. Она отлично помнила все его язвительные высказывания о женщинах, особенно о лживых женщинах, видела, что он ненавидит свою мать. Однако он играл с Элизабет, и, казалось, она ему понравилась. Новая ужасная мысль родилась в голове у Зении: «Что, если он каким-то образом признает Элизабет, а от меня откажется? Вдруг он лишит меня дочери?»

– Я был близок к смерти, – ровным голосом произнес он, наблюдая за Зенией.

– Я сожалею. – Зения вспомнила потемневшее седло и кровь на белой шкуре верблюда, вспомнила, как лорд Уинтер бежал к ней, как с силой бросил ее в руки к египтянину.

– Сожалеете о чем? – Один уголок его рта приподнялся в иронической улыбке. – О том, что я в конце концов выжил?

– Конечно, нет. Я сожалею, что вам пришлось страдать. И я благодарна вам за… за то, что вы для меня сделали.

– Вам не следовало поселяться здесь, – помрачнев, грубо заметил он.

– Уверяю вас, у меня нет желания жить здесь! – Зения крепче прижала к себе Элизабет.

– Потому что вы мне солгали тогда. – Он резко поднялся на ноги. – Так же, черт побери, как лжете и теперь, леди Уинтер! – Он сурово сжал губы. – Великолепная мать! Мои родители говорят, что вы посвятили себя ребенку. Боже мой, у вас чертовски хорошо получается. Я просто не узнаю вас, – скривив губы, со злостью добавил он.

– Тш-ш, – остановила его Зения, когда Элизабет беспокойно заворочалась, – она испугается вашего голоса!

Ухватившись за материнские юбки, Элизабет спустилась с колен Зении на пол, отправилась к своим кубикам и начала водружать их друг на друга.

– Вероятно, я пугаю вас, леди Уинтер, – тихо предположил он.

– Меня вы не пугаете. – Зения встала и позвонила няне. – Если мне захочется, я могу взять Элизабет и уйти к своему отцу. Он обещал, что примет меня к себе в дом в любое время.

– Нет, – моментально отреагировал Арден, – вы не можете забрать мою дочь.

– Вы не можете держать нас здесь пленницами.

– Уходите, если желаете, но свою дочь я вам не дам забрать.

– Возможно, она даже не ваша! – в бешенстве воскликнула Зения. – Почему вы так уверены?

– Она моя.

– Она совсем не похожа на вас.

– Она моя.

– Ваша! Она не вещь, чтобы принадлежать вам!

– Вы хотите сказать, что у вас был другой мужчина? – набросился на нее лорд Уинтер.

– Нет, – Зения попятилась при виде ярости, вспыхнувшей в его глазах, – конечно, нет.

– Значит, она моя, верно? Потому что вы, черт возьми, были только со мной!

Они стояли и смотрели друг на друга. Зения почувствовала, что он перевел взгляд на ее приоткрытые губы, и ярко, ощутимо вспомнила, как она чувствовала его на себе и внутри себя. На мгновение она подумала, что он подойдет к ней, что все изменится и тягостное недоразумение между ними разрешится.

– Я тосковала по вам, – неожиданно прошептала она, – мне вас не хватало.

Она сама себе удивилась, потому что до этого момента не понимала своих чувств. Ее мысли и сердце полностью занимала Элизабет, но до того, как в ее жизнь вошла дочь, Зения страдала от утраты.

– Вот как! – Он поднял брови. – Который из ваших образов горевал по мне? – Его глаза приняли странное выражение, настороженное и сердитое. – Возможно, Селим. – Он отрывисто усмехнулся. – Селим чуточку скучал обо мне.

Няня тихо постучала в дверь, и Зения, глядя себе под ноги, пошла открывать.

– Вероятно, вы захотите переодеться к обеду, милорд. – Она постаралась под равнодушным тоном тщательно скрыть обиду от его резких слов. – И мне нужно сделать то же самое. С Элизабет побудет няня. – Зения держала дверь в коридор открытой, приглашая его выйти, но он не вышел.

– Мне сказали, что теперь это мои апартаменты тоже, – с мимолетной улыбкой сообщил лорд Уинтер.

– Нет. – Зения почувствовала, что у нее остановилось сердце. – Вы, должно быть, не расслышали… – Зения склонилась над Элизабет, чувствуя себя неловко перед няней.

– Вы возражаете, чтобы я расположился вместе с вами, леди Уинтер? Но мой отец сказал, что во всех остальных спальнях сейчас идет ремонт – объяснение, шитое белыми нитками. Грубая работа, не правда ли? – заметил лорд Уинтер. – Но вы же знаете, что он во весь голос рыдает по наследнику.

– О-о, – произнесла Зения, не в силах придумать что-нибудь более вразумительное в присутствии няни, и, внезапно все поняв, посмотрела на лорда Уинтера.

– Прошу вас, не бойтесь, что я буду мешать вам закончить туалет, дорогая. Пока я буду дожидаться своей очереди, мы с Элизабет чем-нибудь займемся здесь. – Лорд Уинтер с сияющим видом улыбнулся ей. – Как видите, все будет вполне цивилизованно.

Родители Ардена всегда строго соблюдали этикет, и он знал, что на обед в Суонмир ему надлежит явиться в шелковых бриджах. Обычно на обеде присутствовали гости, но сегодня вечером посторонних не предвиделось, и стол казался еще больше, чем всегда. Было нелепо, что его мать сидит в конце стола, отец во главе, а Арден и Зения напротив друг друга, разделенные ослепительно белой полотняной скатертью. Люстра с горящими свечами отражалась в развешанных по стенам столовой зеркалах с позолоченными рамами, и единственным отступлением от правил семейных обедов стало отсутствие на середине стола огромной серебряной вазы, украшенной фруктами и свечами. Арден пожалел об отсутствии вазы, потому что расставленные вдоль стола на больших расстояниях канделябры не загораживали женщины, которая играла роль его жены.