Блондинка на час - Триш Дженсен

– С чего это? – Он плюхнулся обратно в кресло.

Ли села и рассеянно ответила:

– Работник из нее все равно был никакой.

– То есть ты решила бросить игру с переодеванием?

– Я не играла. Это был...

– Эксперимент. Как же, как же. Ты мне это столько раз повторяла, что я почти поверил.

– Так или иначе, все кончилось. – Ли нетерпеливо пожала плечами.

– Дедуля вздохнет с облегчением. Он уже начал беспокоиться о тебе.

– Хочешь сказать, что это не твои игры с переодеванием добавили ему седины за последнее время?

– Это скоро прекратится.

– Слава Богу! Никто не назвал бы твою женскую ипостась милой и привлекательной.

– Раз уж мы заговорили о милых и привлекательных людях: кто был этот жуткий тип, с которым ты вчера заявилась в ресторан?

– Один знакомый.

– И его зовут Уильям Шекспир? Ни один родитель в здравом уме не назвал бы так своего ребенка.

– Может, они случайно услышали имя и оно им понравилось?

– А он не показался тебе несколько... женственным?

– Я за него замуж не собираюсь, братец. Мы просто решили вместе поужинать... Кстати, об ужине. – Она нахмурилась и уставилась на брата инквизиторским взглядом. – Неужели ты будешь появляться из-за кустов каждый раз, как я соберусь провести время с мужчиной?

Стив отмахнулся от обвинения:

– Это была идея Колсона – увязаться за вами в ресторан. Он хотел узнать, кто твой сообщник и что вы замышляете.

– Ну, теперь я выбыла из списка подозреваемых, а потому Кэнди нет причин продолжать портить отчеты и ломать ксероксы.

– Что значит «выбыла из списка подозреваемых»?

– Я рассказала ему, почему ввязалась в эту игру с раздвоением личности.

– И ты сказала Колсону, что ты моя сестра?

– Пока нет, но собираюсь.

– С чего это тебе вдруг понадобилось раскрывать душу перед этим парнем? – Стив становился все мрачнее и мрачнее.

– Он мне нравится, – просто ответила Ли.

– Смешно, но я рад это слышать.

– Боже, да неужто? Теперь я могу со спокойной душой ходить с ним в кино?

– Я по-прежнему твой старший брат, помнишь?

– А почему ты не рассказал ему о Стефани, старший брат?

– Расскажу. Когда придет время. Когда я буду готов объявить сотрудникам о полной отставке старушки Стеф.

– Марк сумеет сохранить тайну.

– Я уверен в этом на девяносто девять и девять десятых процента. Но видишь ли, у меня есть долг по отношению к сотрудникам и... такое чувство, что они заслуживают того, чтобы узнать эту новость первыми.

Ли кивнула. Что бы там ни говорили конкуренты и ни думал Марк, Стив порядочный и очень щепетильный человек. Честно сказать, она и сама не испытала восторга, оказавшись в роли притворщицы. И ей ужасно не хотелось продолжать обманывать Марка. Но что делать – нельзя же подставить брата. Боже, скорее бы все это кончилось, и они – семья Смитов – станут сами собой.

– Я просто хотела поставить тебя в известность, что я еще немного поработаю тут, но потом тоже уволюсь. Пора искать работу по специальности.

– Торндайк будет очень расстроен. Он не перестает петь тебе дифирамбы.

Похвала, тем более заслуженная, всегда приятна, и Ли улыбнулась брату:

– Мне тоже будет этого не хватать. Работать с тобой оказалось не так уж ужасно.

– Смотри не разрыдайся, – ухмыльнулся Стив.

– Кто из нас собирается разрыдаться? Ну же, признайся, тебе будет не хватать меня.

– Вы, женщины, всегда любите, чтобы все слова были сказаны. Значит, ты хочешь это услышать?

– Да.

– Ладно, так и быть: мне будет не хватать тебя, сестрюлька.

– Ну вот. – Ли встала. – А теперь, с чувством глубокого удовлетворения, я могу отправиться обратно на свои рудники. – Уже у порога она обернулась: – Ты позволишь мне сделать маленькое замечание? Вернее, поделиться с тобой неким наблюдением?

– Валяй.

– Я по-другому стала смотреть на тебя, большой брат, и на твою работу после того, как воочию увидела, как любят и уважают тебя подчиненные.

Стив замер и удивленно воззрился на сестру. Потом неуверенно сказал:

– Спасибо.

– И заметь, это не лесть и не преувеличение. Поверь, я с удовольствием отплатила бы тебе за все твои штучки тем, что потыкала бы большого братца носом в его огрехи и недостатки. Но ты действительно хороший управляющий, и люди это ценят.

– Спасибо, – повторил Стив, потом вздохнул и заметил: – И все же здесь, среди нас, есть по крайней мере один предатель.

Ли вернулась к столу и сверху вниз уставилась в глаза брата:

– Ты действительно так думаешь?

– Да.

– А Кейт? Ты по-прежнему считаешь, что это ее рук дело и она в курсе?

– Не знаю.

– Я в это не верю! Она не такая! – запальчиво воскликнула девушка.

– Как ты можешь быть так уверена? – устало спросил брат.

– Пусть я социолог, но курс по психологии у меня был, и я не пропускала лекции мимо ушей. Уверена, что могу правильно оценить человека. Кейт не из тех, кто готов на все ради прибылей.

– Ты даже не знакома с ней – с чего такая настойчивость? Или я что-то пропустил?

– Ну... только не злись.

– С чего бы? Я никогда не злюсь на свою маленькую сестричку... по крайней мере не чаще чем раз в день. Итак?

– Видишь ли, мы подружились... ну, скажем, стали добрыми приятельницами. И я совершенно искренне верю, что она такая, какой кажется: милая, честная и готовая оценить хорошую шутку.

– Надеюсь, что ты права.

– Правда? – Ли подозрительно уставилась на брата.

– Да.

– Но я думала, ты ее ненавидишь.

– Я тоже так думал.

Ли удалось удержать улыбку, и она выплыла из кабинета серьезной миной. Однако по дороге к лифту она прыгала на одной ножке и хихикала. А братец-то втрескался по уши.

Ли решила, что имеет полное право обидеться на Марка. Уже почти полдень, а он не нашел даже минутки, чтобы остановиться подле нее и сказать «привет». Не то чтобы она так уж жаждала общения – не больно-то и хотелось, – но все же подобное поведение казалось ей более естественным, чем полное отсутствие всякого внимания к ее особе.

А если уж признаваться по полной, так Ли надеялась, что Колсон пригласит ее на обед. Хотя, с другой стороны, она все еще работает в компании Стива и потому это не очень хорошая мысль... но помечтать-то можно!