Жаркая любовь - Люси Меррит

– Неправда, – пролепетала Алекс.

Но Джо ее не слушал.

– Что тебе следует сделать прежде всего – это вернуть его на склад и найти себе кого-то более подходящего.

Он умолк.

Алекс так разозлилась, что ей стало жарко. Она обожгла Джо яростным взглядом:

– Уж не себя ли ты прочишь на его место?

– Да я бы пяти минут не потратил на бабу, которая способна так смешать меня с дерьмом, как Руперт Свиткрофт смешивает тебя! – грубо возмутился Гомес.

Алекс охнула.

– Я надеялся, что тебе хватит ума понять это самой! – не останавливался он. – Но время идет, а ты по-прежнему продолжаешь цепляться за своего Руперта. И я больше не намерен сидеть сложа руки.

– Да как ты смеешь?! – завопила Алекс, что было сил стукнув кулаком по креслу. – Как ты смеешь копаться в моей жизни? Я…

– Не перебивай! Посмотри в лицо фактам! Что я нахожу, вернувшись из Мексики? Ты распускаешь нюни из-за того, что твой распроклятый дружок не пожелал пойти с тобой на какую-то несчастную вечеринку!

Алекс подумала, что нюни она распускала отнюдь не из-за одного Руперта. Она даже собралась напомнить об этом Джо. Но вовремя спохватилась, что этим только раззадорит его. Не хватало еще, чтобы снова всплыл разговор об упражнениях на полу, о Венеции, о поцелуях и о том, что они могли означать.

– Ладно, я готов признать, что тебя пугают семейные дрязги, – продолжал рассуждать Джо, не обращая внимания на ее реакцию. – Но все равно – это же не конец света! Ты молодая, привлекательная и способная. Почему тебе не хватает духа встать перед всей этой сворой и потребовать, чтобы к тебе относились с должным уважением, если они хотят иметь с тобой дело?

У Алекс не было слов.

– Вот видишь! Тебе такое даже в голову не приходило, верно? Ну как ты не можешь понять, что обладаешь теми же правами, что и все остальные? И теми же преимуществами, между прочим!

– Да, конечно, это так, но…

– Не перебивай! – снова рявкнул Джо. – Я всю ночь об этом думал. И насколько я понимаю, тебе поможет только одно: прямой курс на самоутверждение. Черт побери, да ведь ты просто красотка! Только ты сама должна в это поверить.

Похоже, это было заключительным аккордом. Он наконец-то умолк и с довольным видом остановился перед Алекс.

У Алекс было такое ощущение, будто она мчалась с крутого склона в автомобиле с отказавшими тормозами. И вдруг кто-то сжалился над ней и остановил автомобиль, но она уже не могла понять, куда ее занесло.

– И как ты себе это представляешь? – наконец проговорила она как можно более сдержанно и рассудительно.

Это было лучше, чем устраивать истерику, хотя ее так и подмывало это сделать. Она перевела дыхание.

– Если даже предположить, что ты действительно прав, мне все равно будет не так-то легко в корне изменить представление о самой себе.

Джо буквально лопался от самодовольства.

– В самую десятку! Я подумал точно так же! Тут не обойтись без второго рождения!

– Без чего?! – Она не поверила своим ушам.

– Без метаморфозы!

Алекс открыла было рот, но тут же сообразила, что сказать ей нечего, и снова закрыла его, сокрушенно качая головой.

– Будем рассуждать логически, – с воодушевлением предложил Джо. – Что именно заставляет тебя чувствовать себя такой непривлекательной для мужчин? Ты же знаешь, что у тебя есть скрытые достоинства, только не всякому дано их разглядеть.

– Я этого не говорила.

– Но думаешь ты именно так, – небрежно возразил он. – И ты абсолютно права. Но почему же никто не может тебя разглядеть? Да потому, что ты сама им этого не позволяешь!

– Это неправда! Я всего лишь…

– Сливаешься с пейзажем. – Алекс раздраженно подумала, что Джо сегодня ведет себя как какой-то полоумный пророк. – Значит, мы должны задать себе вопрос: что именно позволяет тебе добиться такого эффекта?

– М-мы должны?

– Конечно. Это же непростительная потеря, – добавил он, на миг обратившись к объекту своих рассуждений и спустившись с пьедестала.

– Потеря чего? – Алекс совсем запуталась и уже ничего не понимала.

Джо плюхнулся перед ней на ковер. Он осторожно разжал пальцы Алекс и отнял у нее концы шали, которые она зябко придерживала на груди. Алекс не сопротивлялась. Джо распахнул шаль. А потом позволил шали медленно, дюйм за дюймом соскользнуть с плеч и рук Алекс.

За шалью соскользнула одна из тонких бретелек. Алекс вздрогнула, хотя холод был здесь ни при чем.

Джо наклонился, словно внимательно изучал ее плечи. Алекс показалось – хотя она не могла бы сказать это с уверенностью, – что почувствовала мимолетное прикосновение его губ к своей обнаженной коже. Она сидела ни жива ни мертва, не смея шелохнуться.

– Потеря вот этого, – вкрадчиво промолвил он.

Алекс сглотнула. В комнате не раздавалось ни звука – кроме треска поленьев в камине. Ей казалось, что она должна что-то сделать, что-то сказать – вот если бы еще знать, что именно!

Джо выпрямился.

– Настало время явить тебя миру, – решительно заявил он. Это так неожиданно нарушило тишину, что Алекс вздрогнула. – И если ты не сделаешь этого сама – что ж, придется сделать мне.

Она всмотрелась в его лицо. Ей никак не удавалось избавиться от странного оцепенения, охватившего ее после всех этих рассуждений Джо.

«Он не шутит, – подумалось ей. – Это безумие, но он совершенно серьезен. Не иначе как я представляюсь ему своего рода интеллектуальной головоломкой».

Эта мысль не могла ее не встревожить. Джо Гомес всегда был большим охотником до загадок.

– Тебе вовсе не обязательно…

Но Джо был слишком захвачен своей идеей, чтобы слушать ее лепет.

– Ты вовсе не стеснительная. Сегодня вечером ты прекрасно находила с гостями общий язык, – сообщил он, косвенно признаваясь в том, что следил за Алекс.

– Я вообще не смущаюсь, если речь идет о работе. Но в обществе я действительно всегда чувствую себя неловко. Лаванда ругала меня за то, что я не умею поддержать светскую беседу.

– Лаванда ни черта не понимает, – совершенно невозмутимо заявил он. – Тебе требуются уроки веры в себя, а не светских манер. И мы сумеем тебе это организовать.

– М-мы сумеем? – Ее тревога нарастала с каждой минутой.

– Конечно! Скажи, что еще заставляет тебя считать себя непривлекательной?

Алекс упрямо закусила губу. Но сегодня Джо весь вечер занимался тем, что срывал покровы с тайников ее души. Так был ли смысл цепляться за их последние клочья?