Красавица в Эдинбурге - Люсилла Эндрюс

— Все время обучения. Родители настояли на этом. У нас были очень хорошие комнаты отдыха, но я не слишком часто туда заглядывала. Мне нравились девушки из моей группы, однако подруг у меня не было. Подозреваю, в этом виновата я сама. Не умею сходиться с людьми.

— Ты только и делала, что переходила из одного женского коллектива в другой, поэтому я не удивлена. Я знала пару девушек в больнице «Виноградники Марты», которые за все время обучения не сходили ни на одно свидание и не завели ни одного близкого друга. Они либо жили поблизости и проводили свободное время дома, либо были слишком застенчивыми, чтобы сделать первый шаг и влиться в светскую жизнь. Потом это превратилось в привычку. В результате они знают кучу всего о рождении и смерти и ни черта о том, что происходит между этими двумя процессами. Как ты.

— Не совсем. Да, я многого не знаю. Но есть немало того, о чем не в курсе ты, но известно мне. С тобой когда-нибудь было так — ты приходишь на прием, и люди начинают суетиться вокруг тебя не из-за того, кто ты, а надеясь что-то от тебя получить? Ты когда-нибудь встречала людей, с которыми тебе хотелось бы познакомиться, а они убегают, лишь только взглянув на тебя? Вынуждена ли ты была терпеть кудахтанье мамаш несносных сыновей: «Я уверена, мы с тобой можем стать замечательными подругами, дорогая Катриона!» — Она иронично улыбнулась. — Матери многих сыновей любят меня. Они считают, это очень благородно с моей стороны — посвятить несколько лет такой полезной работе перед тем, как… ну… выйти замуж за подходящего человека, естественно. Даже мои родители думают, что я играю в медсестру. «Выбрось из головы», — говорят они мне. Тетя Элспес понимает, что я не играю. Я лечу. Поэтому я так люблю навещать ее.

Я задумалась о своем. Мне пришлось напомнить себе о разговоре и о поезде.

— Теперь все ясно. Однако мне через несколько минут уезжать, так что хватит о прошлом. Лучше скажи мне: — сейчас ты хочешь выйти замуж за Робби? Не сегодня или завтра, а когда-нибудь?

Она беспомощно пожала плечами:

— Он мне больше никогда не предложит.

— Да, — кивнула я, — не думаю, что предложит. Тебе самой придется сделать ему предложение.

— Я не могу…

— Ради всего святого, забудь об этих никому не нужных приличиях! Если любишь его, подавись, но проглоти свою гордость!

— Я бы с радостью, — ответила она тихо, — если бы это не означало просить его подавиться своей гордостью. Два года назад он хотел жениться на мне, чтобы спасти мою репутацию. Он повзрослел, моя репутация уже не нуждается в спасении, а ему не нужна жена, которая гораздо богаче его. Да и какому порядочному мужчине нужна? И хотя девушки к таким вещам относятся легче, вспомни о вашей с Джем реакции на Чарли… — Она замолчала, придя в смятение, когда в дверь позвонили. — О нет! Я собиралась рассказать тебе до его прихода… Я не могла не сообщить ему о том, во сколько отходит твой поезд… Я так ужасно чувствовала себя вчера вечером! — Она жутко распсиховалась. — Аликс, не сердись… Это была моя идея… Он предложит подвезти тебя… Он не виноват.

Психовала не она одна.

— Чья вина?

— Чарли. — Она вскочила из-за стола. — Я открою ему.

Я проследовала за ней в холл и заметила мимолетный, но очень личный взгляд, которым она обменялась с Чарльзом, когда открывала ему дверь.

— Я только что сказала Аликс, что ты предложил подвезти ее на вокзал.

— Отлично. — Он посмотрел на меня поверх ее головы. — Если тебя это устраивает, Аликс. Мне не сложно. У меня все равно скоро встреча в Вест-Энде.

Я посмотрела на Катриону, потом на него:

— Спасибо. Это сэкономит мне расходы на такси.

Катриона отошла к кухне:

— Аликс, не возражаешь, если я не поеду? Я ненавижу вокзалы. Счастливого тебе пути… Я прослежу, чтобы Басси не опоздал на поезд в субботу. Увидимся в Ливерпуле. — Она повернулась к Чарльзу. Тот поднимал мои чемоданы. — Прости. Я не смогла. Ты сам, ладно?

Одетый в легкий костюм, он выглядел очень мило. Внезапно Чарльз напрягся, как и в тот раз, когда Мегги вынудила его подвезти меня.

— Хорошо. Аликс, время идет, поэтому я пока спущу вещи вниз.

— Спасибо. — Я не пошла за ним. Оставшись в холле, я посмотрела на Катриону так, словно никогда раньше ее не видела. В каком-то смысле так и было.

Она пробормотала нервно:

— Тебе лучше идти.

— Да. Увидимся в субботу. Тогда и продолжим разговор.

Я так медленно спускалась, что Чарльз успел положить вещи в багажник и ждал меня у входной двери. Когда мы сели в машину, он не стал заводить ее. Чарли повернулся ко мне. Он казался еще более напряженным, если такое вообще возможно.

— У нас мало времени, но, так как я подозреваю, что факт, о котором я собираюсь сообщить, неприятно шокирует тебя, лучше сделаю это, пока ты сидишь. Я сам по уши во всем замешан, и мне нет оправданий. Поэтому не буду оскорблять тебя извинениями. Катриона — старшая из моих сводных сестер.

Я внимательно посмотрела на него, так же, как недавно смотрела на Катриону. У них не было ни одной общей черты, но фамильное сходство было достаточно очевидно для тех, кто знал, на что обращать внимание.

— Последние несколько минут такая мысль крутилась у меня в голове. Вот почему я видела тебя на вокзале в день приезда. — Ему все это было настолько неприятно, что я отвернулась. И поглядела на часы. — Нам не пора? Не хочу опоздать на поезд.

— Ясное дело, не хочешь. — Он завел двигатель. — Будем надеяться, светофоры проявят к нам благосклонность.

Они все светили нам зеленым светом.