Женское начало - Галина Врублевская

Павел растерянно стоял посреди комнаты, когда воющую в голос Наталью выводили на лестницу.

– Паша, не верь никому, я не виновата! – выкрикивала арестованная. – Запомни, что я тебе говорила. Документы у Котова!

– Молчать! – грубо рявкнул конвоир, ткнув женщине кулаком под лопатку.

Утром Павлу позвонил Олег Котов и выразил сочувствие – Павел послал его к черту. Коммерсант не обиделся, сказал, что наймет для Натальи Степановны адвоката и напомнил Павлу, что готов взять его на работу. Павел со злостью нажал кнопку отбоя на телефоне, и, тут же набрав номер Яны, сообщил, что в его доме беда: Наташу арестовали и он не знает, что теперь делать.

– Решается вопрос всей моей дальнейшей жизни, нашей с тобой жизни, – заключил он.

– Приезжай, – коротко ответила Яна.

В чашках остывал кофе. Павел рассказал Яне, как арестовывали жену, как утром звонил Котов, обещал помочь с адвокатом и снова, между прочим, предлагал ему работу.

– Я бы не слишком доверяла этому человеку. Скажи, Паша, ты никогда не думал о том, что его присутствие на финском складе, где тебе подкинули банки с наркотиками, не случайность?

– Что ты говоришь, Яна! Ты хочешь сказать, что это он подставил меня?

– Катя мне недавно рассказала, что видела в своем доме того человека со склада…

– Нет, я не хочу слышать об этом.

– Паша, неужели пять лет в тюрьме, в окружении подонков и подлецов, не научили тебя разбираться в людях?

– Я научился верить людям, даже таким, которым верить нельзя.

– Та-а-к. И ты веришь, что твоя Наташа не причастна ни к каким махинациям?

– Она говорила о каких-то документах Котова, которые смогут подтвердить ее невиновность. Ведь она действовала по принуждению!

– Это верх наивности, Паша. Бухгалтер всегда отвечает за свои действия. Кстати, а, почему ты не спросил у Котова про эти документы, когда он заговорил об адвокате?

– Ну да, не спросил. Я же понимаю, что если они есть, ему невыгодно предъявлять их.

– Ага! Сам себе противоречишь! Значит не такой уж белый и пушистый твой Котов?

– Яночка! Не лови меня на слове! Может, в самом деле, мне устроиться к нему на работу и разобраться, что к чему? Как помочь Наташе? Она столько сделала для меня!

– Боюсь так просто проблему не решить, – задумалась Яна. – Пойди ты работать к нему, тоже окажешься у него под колпаком, как и твоя Наталья. Нет, Паша. Держись от Котова подальше, да и в дела Натальи тебе лучше не влезать. Положись на Котова, он сам заинтересован, чтобы его бухгалтерша не наговорила лишнего, потому и предлагает ей адвокатов.

Павел вскочил со стула и быстрыми шагами стал ходить по комнате, что-то обдумывая. Наконец пристально посмотрел на Яну: она сидела на диване, закинув ногу на ногу, и казалась слишком спокойной.

– Яна, скажи честно, тебя ведь устраивает, чтоб Наташу устранили на долгий строк? Поэтому ты наговариваешь на нее и Котова?

– Пашуля, не надо говорить со мной таким тоном. Где бы ни находилась Наталья, это не повлияет на наши с тобой отношения: так или иначе, ты все равно оставишь ее, я уверена. И хотя ты защищаешь ее, я думаю, у власти есть основания, чтобы предъявить ей обвинение.

– Положим, в ее действиях есть вина, она подписала то, что не следовало. Но я не могу допустить, чтобы Наташа прошла те же круги ада, что и я.

Яна не успела возразить или что-либо посоветовать, потому что на столике зазвонил телефон. Взволнованный голос Марты, перемежаясь всхлипами, сообщил о несчастье:

– Яночка, только-что умер Боря. Я в полной растерянности, он лежит в соседней комнате. Не знаю, что делать, с чего начать!

– Марта, мы сейчас вместе с Павлом подойдем. Он как раз у меня. Крепись!

Павел по лицу Яны понял, что произошло. Борька! Единственный друг! В последнее время они мало общались – только по делам, связанным с группой тай-цзы. А он ведь знал, что Борис тяжело болен, что ему требуется участие, но нет, носился со своей болью. Павел вздохнул: Борька был ему как брат, и прощал ему все, как родители. Кстати, и родителей он давно не навещал, отделывался куцыми звонками. Павел взял мобильник и высветил их номер:

– Мам, как дела, как здоровье? – спросил нарочито бодрым голосом.

– Все ничего, сынок. А ты-то как? – встревожилась мать.

– У меня все в порядке, – ответил Павел. – Ни об аресте Наташи, ни о смерти Бориса он решил родителям пока не сообщать.

Марта пребывала в прострации, она сидела в инвалидном кресле мужа и беззвучно плакала. Павел погладил ее по спине, робко утешая, хотя в утешении нуждался и сам – со смертью друга какая-то частица его души тоже умерла. Яна тем временем звонила в разные службы, уезжала за какими-то справками и возвращалась вновь. Позднее приехал врач, освидетельствовал умершего. Ближе к вечеру явились санитары, и Павел помог вынести из квартиры остывшее тело друга.

Втроем сели у кухонного стола. Все разом постарели за минувший день, особенно Марта: потухший взор и бесформенная черная кофта, надетая на ней, делали ее похожей на старуху, хотя вдове не было еще и сорока лет. Водка в бутылке убывала медленно. Марта и Яна от утомления и переживаний запьянели от одной стопки, Павел пил, не хмелея. Только несколько раз повторил:

– Всех потерял, всех! И Бори нет, и Наташи нет.

Обида охватила Яну. Она больше не существует для Паши. У него на уме только Наталья. Он сказал, что она, Яна, радуется, что его жену замели. Нет, он ошибается. Яна надеялась, что Павел оставит жену сам и переедет жить к ней. Он не смеет упрекать любимую в фантазиях типа: «Чтоб жена умерла». Яна решила, что любыми путями достанет документы, смягчающие вину Натальи – если они существуют в природе. Пусть Павел раскается в том, что обвинил ее в мелочности и злорадстве! Пусть кусает себе локти, потеряв Яну.

Марта на минуту отвлеклась от своей боли, услышав странные слова: Наташи нет.

– А где Наталья Степановна? – удивленно спросила она.

– Наташу вчера арестовали, – сообщил Павел.

Он повторил свой рассказ о том, как и когда это случилось.

Яна попрощалась и ушла.

Из дома, хотя время было позднее, Яна позвонила Катерине, чтобы узнать, когда можно наведаться к ней в гости в Комарово: она не отступится от своего решения, принятого на скорых поминках. Она добудет бумаги! Катерина сообщила, что Олег сейчас в отпуске и как раз в эти дни живет вместе с ней и сыном на даче.

– Лучше приезжай на той неделе, Олег выходит на работу.

Однако Яна, удивив подругу, выразила желание приехать в Комарово завтра же утром. Катерина замялась:

– Нам при нем и поболтать толком не удастся. И, потом, не уверена, что он даст добро на твой приезд. Понимаешь, я же человек подневольный.