Непокорная - Джорджина Девон

Спустя год…

Мэри Маргарет стояла в дверях детской и молча наблюдала за свекровью. Графиня держала на руках будущего графа Рейвенсфорда и ворковала, как и полагается любящей бабушке.

Большая теплая ладонь легла ей на руку и потянула в сторону. Это ее муж Рейвенсфорд. Он с улыбкой повел жену по коридору.

— Пусть мама понянчится с нашим сыном, любимая.

Мэри Маргарет прижалась к нему.

— Мне было приятно смотреть на них. Я верю в то, что твоей маме присуща доброта.

Он с нежностью убрал у нее с виска выбившуюся прядь волос.

— Она не всегда хорошо к тебе относится, и я очень переживаю. Очень.

Мэри Маргарет поднялась на цыпочки и чмокнула его в щеку.

— Я это знаю, но она стала доброжелательнее, а со временем… возможно, мы с ней станем закадычными подругами.

Рейвенсфорд покачал головой.

— Ты не перестаешь удивлять меня. У тебя поразительная способность у всех замечать лучшие стороны.

Он поймал ртом ее губы, и она доверчиво прижалась к его груди. В нем сосредоточился весь ее мир.

— Тетя, — произнес возмущенный детский голосок, — что о вас с дядей Эндрю подумают слуги?

— Энни, оставь в покое тетю и дядю, — раздался женский смех. — Они любят друг друга.

Мэри Маргарет улыбнулась племяннице и сестре.

— Я так рада, что ты решила жить с нами.

— И я тоже рад, — вторил ей Рейвенсфорд. — Вы не только увеличили нашу семью, но теперь Фоксу до вас не добраться, если вдруг он счел мою угрозу пустячной.

Все три женщины смотрели на него с обожанием.

— Судя по тому, что Томас вылетел из моей комнаты, словно лисица, за которой гонятся борзые, он не сомневается в твоих словах, — заметила Мэри Маргарет.

— А что, скажи на милость, он делал в твоей комнате? — требовательным тоном спросила незаметно подошедшая графиня.

Младенец Эндрю довольно гукал на руках у бабушки. Мэри Маргарет протянула к сыну руки.

— Пора его кормить.

Она решила отказаться от кормилицы и делать это самой. Бросив на мужа лукавый взгляд, Мэри Маргарет оставила его объясняться с матерью, но Рейвенсфорда это не устраивало.

— Дамы, прошу прощения. Мама, я позже тебе все расскажу, а сейчас… место отца — около жены и сына.

Мэри Маргарет с улыбкой уселась в кресло-качалку и приложила младенца к груди. Маленький Эндрю уже начал сосать, когда вошел Рейвенсфорд и закрыл за собой дверь детской. Он смотрел на жену и ребенка: ротик малыша плотно прижался к молочно-белой груди.

— У тебя грудь стала больше, — пробормотал Рейвенсфорд, усаживаясь рядом.

Он не скрывал своего желания, и краска залила щеки Мэри Маргарет.

— Рейвенсфорд, — слабо запротестовала она, — сейчас не время.

— Знаю, — хриплым голосом произнес он, — но когда наш сын насытится, настанет моя очередь. Ему необходима сестричка, и я весьма решительно настроен сделать ему такой подарок.

От возбуждения у Мэри Маргарет сдавило живот.

— А я настроена помочь вам, милорд.

Рейвенсфорд нагнулся и поцеловал ее.

— Я люблю тебя.

— А я — тебя, — ответила она, вкладывая в эти слова свою душу и свое сердце.