Ловушка для ведьмы - Анетт Блэр

— Я делаю их сама. В них масла пачули, красного жасмина и жимолости.

— Тебе надо разливать их в пузырьки и продавать.

— Уверена, такие духи есть не только у меня. А какие три аромата из детства ты запомнил лучше всего?

Долго думать не пришлось:

— Копченый бефстроганов, гуталин, пот.

— А летом?

— Военный лагерь. Ароматы те же.

— Обалденное детство.

— Ты права. Это полный отстой. Но у меня всегда были про запас несколько недель, которые я проводил здесь, на острове. Вот это было круто. А какие три аромата из детства помнишь ты?

— Масло пачули, курительные травяные сборы[33], свежая лаванда. Я постоянно испытывала всяческие заклинания, чтобы вернуть маму и чтобы мы снова стали одной большой семьей.

— Ты и в детстве была маленькой ведьмой.

От ее смеха у Пэкстона спадали штаны. Хотя куда там — их и так уже не было. Тем лучше для…

— А ты был маленьким солдатиком. Очень трогательно. Неудивительно, что мы с тобой так замечательно спелись. У нас обоих было маловато забав в детстве.

— Если бы я знал, что существуют заклинания, которые могут объединить семью, я бы попробовал парочку.

— Смотри и учись. — Хармони взяла банан, подняла его так высоко, как только смогла, и заговорила в стихах:

«В яркой россыпи драгоценных камней,

В самом сердце храма Богини моей

Я молю подарить этим душам кров,

Где бы царствовали счастье и любовь,

Чтобы был у семьи настоящий дом,

Чтобы вечно жило благоденствие в нем,

Ни вреда, ни зла чтобы им не знать.

Святость крова родного — словам этим печать.

Да услышат силы мои мольбы,

Как сказала я, так тому и быть».

— Ты только что назвала нас, застрявших сейчас в этой пещере, семьей?

— Ну, я бы не сказала, что это хоть когда-нибудь срабатывало, но в общем и целом выходит, что да, назвала. К тому же, кто знает? Может быть, когда-нибудь наши родители-«прогульщики» придут к нам на порог. Я думала, что твои были далеко, потому что ты учился в военной школе и все такое. Или как? Где они были?

— Моя мать была (да и сейчас) по уши в своей карьере. Я жил дома с отцом, пока он не сбежал с парикмахером. Потом я жил в школе. А твои?

— С парикмахером-женщиной? — не удержалась Хармони.

Пэкстон рассмеялся.

— А знаешь, мне нравится твой смех, — повторила она его собственные мысли о ее смехе. — Немного скрипучий, но я могла бы привыкнуть. Моя мать сбежала, как только перерезали пуповину. Вылетела из гнезда еще до того, как папа пришел забрать нас из больницы.

— Так вот почему ты говорила, что вы с сестрами вырастили друг друга?

— Ага. Вообще-то папа отсутствовал даже тогда, когда находился в поле зрения. Чаще всего с бутылкой ликера в руке. Теперь и он сделал ноги. Может, нашел маму, и они где-то вместе затерялись.

— А мой отец хотел женщину, которая постоянно ошивалась поблизости. Ею и оказалась парикмахерша. Они были вместе, пока отец не умер, однако ей не хотелось, чтобы я жил с ними. Я знаю это, потому что спрашивал.

Хармони положила голову Кингу на грудь и погладила его по руке, а он подумал, что ее сочувствие нравится ему почти так же, как и секс с ней.

— Просить семью о поддержке трудно, — сказала Хармони. — Мне тоже приходилось. Мы нашли старшую сестру от первого брака отца как раз тогда, когда нуждались в ней больше всего. Она и понятия не имела о нашем существовании, но приняла нас. Ее зовут Вики. Встреча с ней была самым лучшим событием в нашей жизни. Магазин, кстати, принадлежал ей, а теперь мы партнеры.

Кинг осознал, что становится слишком чувствительным. Надо было срочно придумать способ вернуться на землю.

— Не желаешь банан на десерт? — спросил он.

— Спасибо, воздержусь. Наверное, нам стоит приберечь парочку на завтрак. — Хармони закрутила несколько завитков из влажных волос на груди Пэкстона. — На десерт мы можем попробовать друг друга.

Кинг положил бананы на берегу источника и с удовольствием окунулся в поцелуй. Ему нравилась ее сексуальная активность. Да кого он обманывает? Ему многое в ней нравилось. Ему хотелось что-то сделать, чтобы ее детство было лучше. Странно. Не прерывая поцелуя, Кинг приподнял Хармони и насадил на себя. Она сладко вздохнула и начала двигаться по всей его длине. Скользкая, вкусная, голодная соблазнительница, чья единственная цель — чистейшее наслаждение. Жизнь еще никогда не казалась Пэкстону такой прекрасной, как сейчас.

В пещере эхом отозвался кашель. Хармони с трудом заставила себя оторваться от поцелуя и глянула через плечо Кинга.

— Привет-привет, вкусный пирожок. Как тебе удается постоянно находить нас в самый неподходящий момент? Может, ты вроде Марка из «Подглядывающего»?[34]

— Разочарованный спасатель — вот кто я. И мне кажется, все это не сулит ничего хорошего нашему будущему свиданию.

— Вот именно, — присоединился к разговору Кинг, поворачиваясь к Эйдену так, чтобы прикрыть собой Хармони. — Не соизволишь отвернуться, чтобы леди могла одеться?

— Конечно, только… — Эйден поднял с пола лимонного цвета трусики и бюстгальтер.

— Дай сюда чертовы тряпки! — рявкнул Кинг.

— Не лучше ли мне отдать их лично в руки леди? — предложил Эйден, собирая остальные вещи Хармони и укладывая их стопкой у самого края источника.

Кинг помог ей выбраться на берег и наблюдал, как она одевается. Точнее, охранял ее личное пространство и частную жизнь. Ага, конечно. Именно этим он и занимался. Однако ему так и не удалось увидеть татуировку в виде морского конька до того момента, как Хармони принесла ему его одежду.

Пригладив назад мокрые волосы, она подошла к Эйдену:

— Как ты сюда попал?

— Полагаю, так же, как и вы, — ответил он, указывая на ледяную нору.

— Забавно, мы и не слышали твоего приближения.

— Зато мы глотки надорвали, пока искали вас. Уже начали думать, что при падении сюда вы себе головы поотшибали.

— Наверняка мы как раз были под водой, — предположила Хармони.

— Они внизу? — послышался голос Моргана.