P.S. I Hate You - Уинтер Реншоу

– У тебя что-то застряло в зубах. – Его зовут Блейк, рост – шесть футов два дюйма, он бывший футбольный полузащитник, а в настоящее время – студент-фармацевт в Южнокалифорнийском университете.

Я прикрываю рот рукой и широко раскрываю глаза.

– Правда? Где?

– Вот… тут. – Он сверкает идеальной улыбкой и указывает куда-то между своими верхними передними зубами.

– О боже. У меня всегда застревает там еда – в этом крошечном, микроскопическом зазоре. Это мне наказание за то, что я потеряла фиксатор во время первого года в старшей школе и думала, что мои зубы на всю вечность останутся на своем месте. – Я провожу языком по губам и улыбаюсь. – Убрала?

– Да, – отвечает он. – Но мне не хватает этой крошки. Она была даже милая.

Я смеюсь и закатываю глаза.

– Вот что я получила за то, что согласилась добавить свежемолотый перец в салат.

– Перед этими мельничками для перца просто невозможно устоять. – Его ладонь покоится на белой льняной скатерти, а взгляд направлен мне в глаза поверх мерцающего огонька свечи. Мы ужинаем в ресторане на крыше одного из зданий на Лагуна-Бич, вдали шумит прибой, звезды проглядывают на небе, словно алмазы в породе.

К слову об алмазах в породе – я совершенно уверена, что один из них сидит сейчас напротив меня, и мне посчастливилось откопать его на «Тиндере». На «Тиндере»!

Я наткнулась на него пару недель назад. А все потому, что Мелроуз агитировала за «Тиндер», а Рейчел агитировала против «Тиндера», и я согласилась решить их спор, выбрав наудачу одного мужчину и пригласив его на свидание – для развлечения, конечно же. И в научных целях.

Похоже, пока что спор выигрывает Мелроуз.

– Когда будете готовы. – Наша официантка кладет на стол кожаную папку со счетом, ближе к Блейку, чем ко мне, и как только она уходит, мы оба одновременно тянемся к этой папке.

Он успевает первым.

– Я раньше, – заявляет он, доставая из своего заднего кармана блестящую карточку «American Express».

– Ты уверен? – спрашиваю я.

Я не хочу быть одной из тех девушек, которые поднимают шум вокруг того, кто должен платить по счету, но это только третья наша встреча, он знает, что мы просто развлекаемся и что это ни в коем случае не переход к каким-то серьезным отношениям.

– Перестань, – отмахивается он. Пару секунд спустя официантка возвращается и забирает его карточку. – Итак… что ты делаешь после этого?

Опершись локтем на стол и подперев подбородок ладонью, я вздыхаю:

– Домашнее задание. А ты?

– Что, правда? Вечером в пятницу?

Я прикусываю губу.

– Не спеши судить. Я взяла на завтра смену, так что мне все равно нужно лечь сегодня пораньше. Так уж совпало.

– Ну хорошо, а как насчет завтрашнего вечера? Что у тебя намечено тогда?

Я фыркаю.

– Что это ты вдруг? Что ты пытаешься сказать?

– Пытаюсь пригласить тебя на свидание.

– В смысле, на свидание по-настоящему? Или просто на прогулку?

– А какая разница? – спрашивает он, склонив голову набок.

– Ожидания, – поясняю я. – И выбор гардероба.

Взгляд его синих глаз опускается на мои ключицы, потом возвращается к моему лицу.

– А сегодня ты оделась для свидания?

– Не совсем… – Я смотрю на свои драные джинсы и шелковый топик, касаюсь серег «Kendra Scott» с розовым кварцем. – А должна была? Это было свидание? Я думала, мы просто собираемся повеселиться и получше узнать друг друга.

– А какая разница между этим и свиданием? – спрашивает он.

– Ожидания. Я уже сказала, – отвечаю я с дразнящим смешком. – Поднимись до моего уровня, Блейк. Мы друг друга не понимаем.

Официантка возвращается с чеком, и Блейк без малейшей паузы подписывает его. Я беру свою сумочку, и он провожает меня к выходу, положив ладонь мне на поясницу, потом ведет меня к парковке.

Мы останавливаемся возле моей машины, и я начинаю гадать, не предложить ли ему выпить воды: он стоит, твердо уперев в землю ноги в кожаных ботинках, словно намереваясь пустить здесь корни.