Мое личное (не) счастье - Наталья Юнина

— Нет, мне нужны сыроежки, чтобы сделать одну процедуру Олежке. Да, дорогой? — подходит ко мне Вика и самым настоящим образом щипает за задницу.

— Нет, Викуля, думаю я обойдусь без этой процедуры. Ну раз ты вызвалась накормить моего брата, иди готовь уже, дорогая, а мы парочкой слов перекинемся с Мишей.

— Я постараюсь всех накормить.

***

Ни разговор с братом, ни последующие посиделки за общим столом, меня не обрадовали. А если быть точнее, мне просто не к чему было придраться. У Миши было все идеально, как я ни старался найти за ним любую, хоть самую маленькую оплошность-не смог. До сих пор не верится, что за какие-то два месяца этот городской выскочка привык, по сути, к деревенской жизни. Работает без нареканий и даже в доме почти чисто. Да уж, похоже я скоро начну себя ненавидеть за свои мысли, но в глубине души я хочу, чтобы Миша напортачил. Вот тебе и раз, мне пора к дяде Фрейду обратиться.

— Ну чего ты такой хмурый? Смотри какая природа и озеро красивое. Улыбнись, Самарский, — садясь на покрывало, весело произносит Вика. — Иди ко мне.

Сажусь рядом с Викой и наконец понимаю, что больше всего меня раздражает не отсутствие оплошностей Миши, а Викина непонятная радость.

— Это не я хмурый, это ты слишком веселая, не пойми от чего. Что-то ты так дома не радовалась.

— А дома нас застукать могут. А здесь мы свободны. Ну разве что Мишка, но он точно не скажет. У него же все на лице написано, вон смотри, как радуется человек. Хорошо, кстати, плывет, да?

— Нормально, — Вика резко вскакивает с покрывала и начинает снимать с себя одежду, оставаясь в итоге в раздельном купальнике.

— Пойдем поплаваем.

— Нет, иди сюда, — хватаю ее за руку и вновь тяну к себе. Вика плюхается рядом, хмуро на меня поглядывая. — Мне все это надоело. Четыре месяца достаточный срок для того, чтобы рассказать все Максу. Мне через несколько дней тридцать четыре года, ты думаешь я и дальше буду как дебил прятаться? Тебе самой не надоело шкафы мои протирать?

— Нет, не надоело. Все должно остаться так.

— Нет. Ты что реально не понимаешь, что Макс хоть и психанутый малость, но не дебил, со временем он все поймет. Перебесится и поймет, — секунду и вместо улыбчивой Вики передо мной предстала совсем другая девушка.

— Я не буду больше повторять. Или все остается так, как есть, или ищи себе другую. Я хочу купаться, — вскакивает с места и быстрым шагом идет к воде, а потом так же резко останавливается. — И да, Самарский, не хитри. Я тебя знаю, намекать Максу и делать так, чтобы он все узнал без прямой правды в лоб, не стоит. Узнаю-не прощу.

— Никогда не говорил тебе этого, Вик, но ты дура. И в данный момент только подтверждаешь тот факт, что все бабы гордо носят это звание.

— Ну знаешь ли, сам выбрал. Чего жаловаться-то теперь? Да и я, знаешь ли, тоже из всех цветиков-семицветиков выбрала того еще лютика-е*анутика. Хорош старший брат, который не может искренне порадоваться за исправление младшего. А я вот пойду за него порадуюсь и поплаваю заодно. Тебе тоже советую присоединиться.

Ни купаться, ни присоединяться к этим двум совершенно не хотелось. По-настоящему, хотелось только одного-выбить дурь из Вики. Хотя вру, еще хотелось от души врезать Мише. За что-не знаю, по факту он не делает ничего такого, смотрит на Вику, как и многие парни. Только почему-то это неимоверно бесит. Скорее всего, это пресловутое чувство собственности и банальная ревность.

— Викуля, у тебя телефон звонит, — кричу я, прекрасно осознавая, как ее бесит «Викуля». — Максим очень волнуется.

Секунда, другая, и вместо радости от плесканий, мы получаем взволнованную Вику. Вуаля. Гореть мне в аду. Вика выходит из воды, на ходу выжимая волосы и тянется за телефоном.

— Я пошутил. Вода в конце июня еще не прогрелась, поэтому тебе надо согреться, а то заболеешь.

— Знаешь что…

— Знаю, — беру полотенце и начинаю немного вытирать Вику. — Ты, кажется, грозилась, что мое хозяйство не останется без хозяйки, и вот уже четвертый день оно стоит неоприходованным, — шепчу ей на ухо.

— Рада, что хозяйство все-таки стоит. Но тебя вообще не смущает, что тут твой брат?

— Этот брат видал и не такое. Пока он барахтается в водичке, пойдем вон туда, — указываю на лес.

— В лес? А это не перебор?

— Нет, — закидываю Викино несопротивляющееся тело на плечо и иду к лесу, попутно смотря на трясущуюся от смеха задницу госпожи Островской.

— Если все пройдет не так и мне не понравится, я действительно найду в лесу сыроежку и…, - не даю ей договорить, сильно хлопая по ягодицам. — Ай!

— Ой.

***

Конечно, я понимал, что секс на природе не решит наших проблем, приятный бонус, не более того. Проблема с Викиными заморочками никуда не денется. Но тем не менее, оставшееся время мы провели вполне дружелюбно, даже Миша не так раздражал, не смотря на постоянные взгляды в сторону Вики. Правда, я так и не разгадал природу этих взглядов, то ли у меня началась паранойя, то ли Мише действительно от нее что-то надо. Но на то, чтобы разгадать сию загадку времени не было, в воскресенье вечером мы отчалили домой. Казалось бы, одной проблемой меньше, «мистер голый торс» не маячит на горизонте, но стоило только отпраздновать день рождения Макса и уехать на несколько дней, как меня ждал сюрприз, в виде скинутых Викой телефонных звонков.

Была бы моя воля, действительно отбил бы всю задницу ремнем, но парадокс в том, что до ее задницы мне было не добраться. Дверь она тоже не открывала. Молчанка продлилась ровно пять дней. На празднование моего дня рождения Вика соизволила прийти в клуб в компании с Максом. Ну подожди у меня. Сажусь за столик и начинаю демонстративно рассматривать Вику.

— Викуль, пойдем потанцуешь с именинником, как раз медляк заиграл.

— Нет, спасибо. Мне соплей хватает дома.

— Какая же ты стала бяка. Смотри, мужики не любят таких.

— Тебя забыла спросить.

— Хватит. Детский сад, бл*дь, развели, — встревает Максим.

— Вика, я все же настаиваю, желание именинника-закон, — игнорирую Макса.

Беру Вику за руку и веду в центр зала.

— Ну и что за очередной бзик?

— Ты о чем?

— Я хочу тебя предупредить, что и у моего терпения есть границы. Ты нарываешься, солнышко. Я не могу залезть в твою головушку и узнать, что ты надумала себе за время моего отсутствия. Поэтому давай договоримся, это твоя последняя выходка в духе малолетки. Спрашиваю один раз, что случилось?

— Ничего, за исключением того, что на день рождения Максима ты привел Марину. Только не надо говорить, что это не так. Он сам мне об этом сказал.

— Ааа. Так ты ревнуешь? Ну, так бы сразу и сказала.

— Ты издеваешься?