Мне нужен папа - Майя Чи

Наталья.

Степан стоял, опираясь сбоку на капот автомобиля и копался в телефоне. Пройти мимо него мне вряд ли удалось бы, поэтому, выдохнув я пошла дальше. Правда внезапно сильно заколотилось сердце и задрожали руки. А стоило ему меня заметить, как я и вовсе стала как вкопанная, смотря на его удивлённое лицо. Он отстранился от машины, но не сделал попыток подойди ближе, всё так же находясь в пяти шагах и не сводя с меня взгляда. Свет от фонаря был тускловатым, поэтому мне мало что удалось рассмотреть в его взгляде.

И вот, не решаясь уйти, я начала разговор первой. Ведь не ради гляделок он сюда явился.

— Звонила Лиза. Вас ищут. Видимо, переживают.

— Вас? — Степан то ли улыбнулся, то ли усмехнулся, но явно не обрадовался такой субординации. — Мы вроде как на «ты» были.

— Кое-что изменилось, — мой голос надломился.

— Ах, да… я провинился.

— Вам виднее. Вы что-то хотели?

— Да, — лёгкая задумчивость сменилась напряжением, — поговорить хотел, но не здесь.

— В дом не пущу — там папа. Он настолько на вас зол, что готов тут же открутить голову или нарисовать фингал под глазом. К тому же Артёму вас видеть не стоит. Не сейчас, точно.

— Как он?

— Переживает, но он мальчик сильный. Справится.

— Верю, — криво улыбнулся он. — Может всё-таки поговорим?

Я подумала и ответила.

— Только, если вы расскажете мне об условиях, которые выдвинул Илья.

— Откуда ты узнала? Лугинин?

— Нет, Тимофей здесь ни причём. Он вообще назвал это не своим делом.

— Может посидим где-нибудь? — Степан сделал шаг вперёд, но я отступила назад, тем самым вынуждая мужчину остановиться. Хотелось показать, что его общество мне не желанно, хотя в данной ситуации я врала и ему, и себе.

— У меня нет времени на посиделки в кафе. Артём ждёт конфеты. Если есть, что сказать, то можем посидеть на лавочке.

— Прямо здесь?

— Тебя что-то смущает?

— Давай хоть в машине посидим. Наташ, мы же взрослые люди Я правда пришёл с миром. Не пугайся так, прошу… И ты сама хочешь поговорить, я же вижу. Даже про официальный тон позабыла.

Теперь он позволил себе полную довольства усмешку. Наверняка гордился маленькой победой. Я мысленно чертыхнулась. А ведь думала, что получится держать его на расстоянии, только, когда он так близко — это трудновыполнимая задача.

— Ладно. Только недолго, — согласилась и сама подошла к машине. Степан отошёл в сторону, давая возможность сесть, и закрыл за мной дверь. Я заметила, как быстро он обогнул автомобиль. Словно и правда горел желанием объясниться. Однако, был ли смысл вообще в разговоре, как таковом? Что бы дала правда? И собирался ли он вообще сообщать мне именно правду? Возможно, сейчас тот самый момент, чтобы узнать о сестрёнке, которую упомянул Илья? С одной стороны, мне должно было быть до этого дела, но с другой — любопытство разъедало уже изнутри.

— Наташ, — он включил свет в салоне, спрятал улыбку и стал серьёзным, — сперва хотел извиниться. Честно говоря, я и сам не до конца понял, зачем всё это затеял, но теперь одобряю своё решение. Хоть оно и принесло тебе немало переживаний. Прости за это.

— Вообще-то, мы уже говорили на эту тему, Стёп. И я кажется говорила…

— Ты говорила одно, — перебил он неожиданно, — но в твоих глазах я увидел совсем другое.

От отвёл взгляд в сторону и уставился на руль.

— Ты не против, если я тебе кое-что расскажу?

— Слушаю, — отчего-то мне стало не по себе, и вскоре стало понятно, почему.

— Мне было пять лет, когда мама вышла замуж за отчима. К тому моменту она уже носила Женю, и вообще у них всегда были романтические и тёплые отношения. Так что счастливее ребёнка, видящего любовь в глазах родителей, не нашлось бы. Когда брат родился, радости было море, — Степан улыбнулся своим воспоминаниям. — А в девяносто седьмом, они сообщили о пополнение в семье. Мы ждали сестрёнку. Тогда везде и во всём был дефицит, даже конфеты в доме появлялись нечасто, хотя мы совсем не бедствовали, но мама умудрилась достать пелёнки розового цвета и шапочки всякие с цветочками. Ещё по ночам вязала Каролине носки. Она ещё не родилась, а имя уже было дано. Почему-то именно эти моменты запомнились. Затем у неё начались схватки. Нас с Женей оставили дома. Меня за старшего. Следил, чтобы этот шалопай делов не натворил. Мы украсили комнату родителей шарами. Помню, как сидели и вырезали из бумаги гирлянды, пока папа убирался в доме. Однако он так их и не привёз. Мы с Женей прождали весь день, а вечером пришёл дядя Жора, помощник отца и сообщил, что те в больнице. Мол, не беспокойтесь и так далее. Через три дня мы хоронили Каролину.