Мишка и Трубочист - Агата Озолс

«Все, что тебе обо мне рассказали - неправда.»

Еще через десять минут:

«Не могу до тебя дозвониться.»

Через два часа:

«Почему у тебя выключен телефон?»

На следующий день:

«Что случилось?»

«Что у тебя с телефоном???»

«Я не могу сейчас приехать в Москву.»

«Миша!!! Как мне тебя найти????»

И еще несколько десятков сообщений на ту же тему с кучей восклицательных и вопросительных знаков. Мишель даже не подозревала, что спокойный с виду, Михаэль способен на такой взрыв эмоций.

И последнее:

«Я вынужден позвонить твоему бывшему мужу. Иначе не знаю, как тебя найти.»

И ведь позвонил. А что из этого вышло, и как они пообщались с Павлом, Мишель уже в красках рассказала мама.

«Все, что тебе обо мне рассказали - неправда», - крутилось у нее в голове.

Это значит, что белокурая Илзе ей соврала? Она ему не невеста? Но ведь Мишель своими глазами видела, как они целовались!

«Можно подумать, что целуются только женихи с невестами, - возразила Мишель сама себе. - Да и что такого я видела? Девушка сама повисла она нем. А он …. Ответил на ее поцелуй? Но я стояла далеко и точно сказать не могу. Потом трубочист увез ее куда-то. Нам надо поговорить и все выяснить».

Весь день прошел, как на иголках.

Когда в Таллинне было около восьми утра, Мишель решила, что достаточно ему спать и набрала номер, присланных ей матерью.

На звонок долго никто не отвечал, и Мишель, не отнимая трубку от уха, заметалась по комнате.  Когда она совсем было отчаялась услышать голос Михаэля, тот взял трубку.

- Да? - спросил немного сонно.

В горле застрял огромный ком, и Мишель схватилась за шею и сглотнула в попытке избавиться от него.

- Это я, - только и смогла выдавить из себя.

- Миша!

Она кивнула, как будто Михаэль мог ее видеть.

- Миша! Это ты?

У нее словно бы отнялся язык.

- Пожалуйста, - взволнованно сказал Михаэль, - скажи, что это ты!

Его голос дрожал, и акцент стал намного заметнее.

- Миша, не молчи. Что случилось? Ты не можешь говорить?! - продолжал допытываться ее трубочист.

Мишель сглотнула и с усилием ответила:

- Могу.

Собственный ее голос звучал тихо и сипло, будто бы она разучилась говорить.

- Это правда ты? - с облегчением выдохнул Михаэль.

- Да.

- Точно ты? - допытывался он.

Мишель глубоко вдохнула, медленно выдохнула и ответила более или менее связно:

- Да. Это точно я.

- Наконец-то, - звенящим от радости голосом произнес Михаэль. - Господи, неужели ты действительно позвонила?

- Позвонила, - согласилась она и вдруг почувствовала, что щеки стали мокрыми.

Мишель дотронулась до лица - так и есть, из глаз текут слезы. Она шмыгнула носом в надежде, что Михаэль этого не услышит, но у него оказался острый слух. Или это она так громко всхлипнула?

- Миша, ты что? Плачешь? Не смей плакать! Слышишь? Я тебя нашел!

- Кто еще кого нашел, - попыталась она пошутить.

- Согласен. Но я нашел твою маму.

- Да. А до этого довел до истерики бывшего мужа.

- Кто же виноват, что он у тебя такой нервный? - судя по голову, Михаэль улыбался.

- Не у меня, - возразила Мишель. - У меня вообще никого нет.

- Как это нет? - возмутился трубочист. - А я?

- А ты жениться собрался.

- Да какое жениться! Это все неправда, понимаешь?!

- Я сама все видела, - упрямо гнула свое Мишель.

- Что ты видела?

- Тебя и эту, твою Илзе. Белоснежную, голубоглазую, как Снежная королева.

- Илзе не моя, - твердо ответил Михаэль. - Я все тебе объясню. И ты мне объяснишь: какого черта сбежала, ничего не сказав. Даже номера телефона не оставила.

- Прости, - покаянно попросила Мишель. - Я такая дура! Ты даже не представляешь, какая!

- Вот и расскажешь мне об этом подробно, - сказал трубочист и спохватился: - Ты где, вообще? Почему телефонный номер такой странный?

- А мама разве не сказала?

- Твоя мама может дать фору любому Штирлицу. Ничего она мне не сказала, как я ее ни просил и ни убеждал в своей благонадежности.

- Я в Магадане.

- Где???

- В Магадане, - повторила Мишель, удивленная его бурной реакцией.

- Что ты там забыла?!

- Я теперь тут живу. И работаю. В детской областной больнице.

Возникла пауза, видимо Михаэль пытался переварить ее новости. Надо отдать ему должное - в себя он пришел довольно быстро, гораздо быстрее, чем сама Мишель от того, что наконец услышала его голос.

- Хорошо, что в больнице, - сказал Михаэль после паузы. - Боюсь, сообщение о том, что ты поехала на Колыму мыть золото, убило бы меня окончательно.

Он шутил, и Мишель почувствовала, как ее отпустило.

- Нам надо поговорить, - сказала твердо.

- Обязательно поговорим, - согласился Михаэль. - Вот вернусь, и поговорим.

- Откуда вернешься? - ее голос дрогнул.

- Миша, я в Норвегии, - извиняющимся тоном ответил Михаэль.

- Что ты там делаешь?

- Тоже, что и ты в своем Магадане, - ответил он. - Работаю.

- И надолго?

- Через два месяца вернусь домой.

- Но как же…., - растерялась Мишель.

- Вот как-то так. Ты на Колыме, я в Норвегии.

- И как же нам встретиться? - спросила Мишель.

- Давай я вернусь в Таллинн, и мы решим, - предложил трубочист.

- Через два месяца?! - прозвучал возмущенный вопрос.

- Через два месяца. Я постараюсь  прилететь пораньше, но ничего обещать не могу. Миша, ты только не пропадай больше, хорошо?

- Не пропаду.

- Два месяца пролетят незаметно, - продолжал уговаривать ее Михаэль, как будто она была маленьким ребенком.

Его ласковый тон невольно заставил ее улыбнуться.

- Конечно, - согласилась она.

- И сохрани, ради бога, мой номер, - взмолился Михаэль. - И свой телефон не выключай. Я чуть с ума не сошел, пока тебя искал.

- А я чуть с ума не сошла, когда тебя нашла, - напомнила ему Мишель.