Жена наверху - Рейчел Хокинс

– 24 —

ИЮЛЬ

В течение последних нескольких недель я придерживаюсь решения доверять Эдди, стать такой невестой, какую он хочет и заслуживает. Перейдя от слов к делу, я покупаю то платье, которое мне приглянулось в местном свадебном салоне «У Ирэн», в комплекте с вуалью, новыми туфлями и всем прочим.

Мы чаще говорим о свадьбе. Нам по-прежнему хочется устроить небольшой и скромный праздник, но мы планируем провести его здесь, в Бирмингеме. Больше никаких разговоров о том, чтобы сбежать ото всех – наконец-то мы нашли золотую середину.

Я бегаю трусцой, хотя летняя жара становится все более безжалостной, и Эдди предостерегает, что я могу умереть от теплового удара, но на самом деле мне нравится выходить на улицу рано утром, до того, как влага начнет испаряться с земли, пока трава еще влажная и изумрудно-зеленая, а солнце только-только поднимается над горизонтом. Мне нравится, как пот стекает по спине, щиплет глаза, скрытые за солнцезащитными очками.

Иногда я встречаю Эмили и Кэмпбелл. Они всегда идут, а не бегут, и, хотя Эмили каждый раз машет мне и улыбается, в улыбке Кэмпбелл сквозит какое-то напряжение.

Однако этим утром улицы пусты, даже в восемь утра для большинства людей июльская жара зашкаливает, и я понимаю, что оказываюсь на улице, где живет Трипп.

Его обвинили в убийстве первой степени, но отпустили домой. Хорошо быть богатым белым парнем.

Я стараюсь не думать о Фениксе, о задыхающемся на полу мистере Броке, о болезненном страхе, в котором я жила с тех пор. Если бы меня поймали, если бы выяснилось, что я сделала, думаете, я смогла бы просто прохлаждаться дома у Эдди в ожидании суда? Нет, меня бы нарядили в оранжевую тюремную робу, не предоставив даже возможности сказать «я невиновна».

Вот еще одно напоминание о том, что мир, в котором живут эти люди, – все равно что другая планета.

Адвокат Триппа смог доказать, что его клиент не намерен спасаться бегством, поэтому Триппу разрешили вернуться в Торнфилд-Эстейтс и ожидать здесь суда, до которого еще несколько месяцев. Я твержу себе, что к тому времени, когда Трипп предстанет перед судом, это уже ни на что не повлияет. К тому времени мы с Эдди поженимся, и, хотя Эдди наверняка придется давать показания, я смогу остаться в стороне.

Однако это не помешало мне прочитать все, что только можно, об этом деле. Я выяснила, что у Бланш был сильно раздроблен череп и что Трипп купил молоток всего за несколько дней до того, как его жена отправилась на озеро. Тупица воспользовался своей кредитной картой, совершая покупку в хозяйственном магазине в селении Овертон. Полиция выдвинула теорию, что Трипп приехал к женщинам без предупреждения, уговорил их сесть в лодку, хотя все они были сильно пьяны, и затем что-то случилось. Ссора, спор. Трипп был пьян, они все напились, и все закончилось тем, что Бланш оказалась в воде.

Насчет Беа ничего не известно. Возможно, она закричала и Трипп ударил и ее тоже; возможно, упала в обморок или свалилась с лодки, когда Трипп начал убивать ее подругу. Быть может, она появилась в самый неподходящий момент, растерянная, ничего не понимающая, и Трипп столкнул ее за борт.

Копы признались Эдди, что предъявить Триппу обвинение в убийстве Беа может быть сложнее, поскольку ее тело до сих пор не найдено и в лодке не осталось никаких улик. Ни крови, ни ДНК. На данный момент строятся лишь предположения, и отчасти еще и поэтому адвокат Триппа смог добиться его освобождения под залог.

Ну, поэтому и еще благодаря Привилегии Богатого Белого Чувака.

Я останавливаюсь перед домом Триппа и смотрю на его окна, нервно теребя нитку в боковом шве своей одежды и гадая, чем там Трипп сейчас занимается. О чем он думает. Эдди считает, что Триппу не дадут большой тюремный срок, даже если признают его виновным, – таких парней никогда не сажают надолго. Поскольку обвинения по-прежнему в основном носят косвенный характер, окружной прокурор может придерживаться статьи о непредумышленном убийстве, чтобы не проиграть дело. Адвокаты Триппа будут утверждать, что у стороны обвинения есть только тело Бланш и пролом в ее затылке. Тот факт, что Трипп купил молоток, не означает, что он убил им свою жену, она могла сама удариться головой, когда упала с лодки.

Занавеска в окне на верхнем этаже слегка сдвигается, за ней видно какое-то движение; я понимаю, что Трипп наблюдает за мной.

Постояв еще немного на тротуаре, я гадаю, выйдет ли он, попытается ли заговорить со мной, но больше никаких признаков жизни нет. Я вновь бегу дальше.

К моему возвращению в доме никого нет, Эдди уже ушел на работу. Я захожу на кухню, хватаю бутылку воды из холодильника и, прислонившись бедром к стойке, жадно пью. Вода такая холодная, что сводит зубы и сверлит болью висок.

Поставив бутылку, я слышу какой-то шум.

Стук раздается откуда-то сверху, он в точности похож на тот, который я слышала тогда, когда копы впервые пришли рассказать нам о Бланш. Застыв на месте, я прислушиваюсь.

Бум. Бум. Бум.

Как будто кто-то поднимает и роняет что-то тяжелое.

– Эй? – окликаю я. – Там кто-нибудь есть?

Отлично, вот и сюжет фильма ужасов. Вот-вот я побегу в погруженный во тьму подвал в одном нижнем белье.

Снова раздается глухой удар, и мое сердце бьется быстрее. Я медленно, тихо пересекаю гостиную, обратив слух к потолку, но больше ни звука. Я не слышу ничего, кроме урчания кондиционера и собственного хриплого дыхания. От пронзительной, гнетущей тишины меня прошибает холодный пот, и, когда раздается телефонная трель, я взвизгиваю. Даже руки слегка дрожат, пока я вынимаю телефон из маленького кармана штанов для йоги. На экране имя Эдди.