Пятая авеню, дом один - Кэндес Бушнелл

— Скиппи решил тебя проведать, — сказал Джеймс.

— Привет, Скипстер, чувак, — рассеянно сказал Сэм, не отрываясь от монитора. — Посмотри-ка, — обратился он к отцу.

— Что там? — спросил Джеймс.

— Только что пришел е-мейл от Аннализы Райс, жены Пола Райса, с которым мать сегодня поцапалась.

— Они не поцапались, — поправил сына Джеймс. — Они просто поспорили. — На этом Гуч ушел в свой тесный кабинет и закрыл дверь. В узкое высокое оконце был встроен кондиционер, издававший гнусавый звук, как ребенок с заложенным носом. Джеймс взял стул и сел под тепловатый воздушный поток, желая остыть.

«Тинк-тинк-тинк», — раздавалось наверху. В восемь утра Инид Мерль вышла на террасу посмотреть, что происходит; от увиденной картины у нее сразу же испортилось настроение. Снаружи возводили леса — Райсы начали ремонт. К вечеру все будет готово, но это лишь подготовка. Когда начнутся внутренние работы, какофония дрелей, шлифовальной машинки и молотков будет длиться неделями. Ничего не поделаешь, у Райсов есть право ремонтировать квартиру. До сих пор они неукоснительно соблюдали правила дома, в частности разослали уведомления другим жильцам, сообщая о начале работ и примерной продолжительности ремонта. В квартире планировалось заменить трубы и протянуть новую проводку для стиральной машины, сушки, кухонной техники ресторанного уровня и, согласно всезнающему Роберто, «компьютерного оборудования высокой мощности». Минди выиграла первый раунд борьбы с кондиционерами, но Райсы сдаваться не собирались. Сэм похвастался, что Аннализа наняла его для создания веб-сайта фонда Царь Давид, оплачивающего уроки музыки и рисования для детей из неимущих семей. Инид была знакома с благотворительной деятельностью Сэнди и Конни Брюэр. В прошлом году на праздничном вечере им, по слухам, удалось собрать двадцать миллионов долларов на специально устроенном аукционе: владельцы и совладельцы хеджевых фондов из кожи вон лезли, чтобы перекупить друг у друга лоты вроде живого концерта Эрика Клэптона. Значит, Аннализа прокладывает себе путь в новое общество, подумала Инид. Осень будет хлопотной и шумной.

В соседней квартире стук молотков разбудил Филиппа и Лолу.

— Что это за грохот? — капризно пожаловалась Лола, зажимая уши. — Если он не прекратится, я на стенку полезу!

Филипп повернулся к ней, думая, как мало это похоже на первые пробуждения рядом с новой любовью, когда ты не в силах поверить своему счастью.

— Сейчас ты перестанешь его замечать, — пообещал он, начиная ласкать ее соски. Груди у Лолы были твердыми из-за имплантатов, которые она получила в подарок от любящих родителей на восемнадцатилетие — традиция, грозящая превратиться в обязательный ритуал прощания с детством. По этому поводу устроили грандиозную вечеринку у бассейна, Лола гордо выставила новую грудь на обозрение одноклассникам.

Но сейчас Лола оттолкнула руку Филиппа.

— Я не могу сосредоточиться, — сухо сказала она. — Эти гады прямо по голове барабанят!

Филипп поморщился. Они были любовниками всего лишь месяц, но Окленд начал уставать от преувеличенного внимания Лолы ко всякого рода недомоганиям, как реальным, так и воображаемым. У нее часто «раскалывалась голова», или она «падала от усталости», или отчего-то «ныл большой палец руки». «Меньше эсэмэс надо набирать», — сказал тогда Филипп. Лекарство от всех ее хворей было универсальным — отдых или просмотр телевизора, причем желательно в его квартире, на что Филипп совсем не возражал — подобное лечение обычно заканчивалось сексом.

— Похоже, у тебя похмелье, малышка, — сказал Окленд, целуя Лолу в лоб. Он выбрался из постели и пошел в ванную. — Хочешь аспирина?

— А посильнее ничего нет? Викодина?

— Нет, — ответил Филипп, в который раз поразившись заморочкам молодого поколения. Лола была ребенком фармакологии, привыкшим к изобилию лекарств от всего, что могло болеть. — Разве у тебя ничего нет с собой? — Он уже знал, что Лола не выходит из дома без пачки таблеток, в которой, в частности, есть ксанакс, амбиен и риталин. «“Долина кукол”, новая серия», — как-то укоризненно сказал он. «Чепуха, — отрезала тогда Лола, — эти лекарства даже детям выписывают. А в «Долине кукол» женщины были наркоманками?» Она передернула плечами, словно от ужаса. Теперь же она сказала:

— А, надо посмотреть. — И переползла на другую сторону кровати, соблазнительно свесившись с края и водя рукой в поисках сумки из змеиной кожи. Подтащив ее к себе, она начала рыться в обширных сумкиных недрах.

Вид юного обнаженного тела, покрытого бронзовым загаром (из баллончика) и прелестно сложенного (Лола скрыла, что делала еще и липосакцию на животе и бедрах), наполнял Окленда экстазом. С появлением Лолы к нему вернулась удача. Киностудия с восторгом приняла новый вариант «Подружек невесты» — начало съемок назначили на январь, а агент достал для него заказ на сценарий исторического фильма о малоизвестных страницах биографии Марии Кровавой, с гонораром в миллион долларов.

— Ну, поперло тебе, бэби, — восхитился агент, сообщив новость. — Чую, дело пахнет «Оскаром».

Этот разговор состоялся накануне: на радостях Филипп повел Лолу в «Уэверли инн». В тот вечер в ресторане яблоку негде было упасть — за столиками сидели знаменитости, в одиночестве или с друзьями. К их столу тут же начали подсаживаться жизнерадостные гламурные персонажи; те, кому не хватило места, смотрели на них с завистью. Лола представлялась как референтка Филиппа Окленда — обладательница неоценимых достоинств, добавлял тот. Филипп называл Лолу своей музой и, у всех на виду, брал ее за руку и подолгу задерживал в своей. Они пили красное вино бутылку за бутылкой и наконец, спотыкаясь, добрели до дома в два часа туманной, душной ночи; в рассеянном, смягченном свете фонарей Виллидж казался картиной эпохи Ренессанса.

— Вставай, соня, — сказал Филипп, подходя к кровати с двумя таблетками аспирина.

Лола, лежа в позе эмбриона, из-под простыни протянула руку за таблеткой.

— Можно мне сегодня полежать? — попросила она, нежно смотря на Филиппа. — У меня так болит голова…

— Нет, работа ждать не будет. Мне нужно писать, а тебе — идти в библиотеку.

— Неужели ты не можешь взять выходной? Нельзя же сразу садиться за сценарий! Тебе полагаются две недели отпуска, я точно знаю, — капризничала Лола, садясь в постели. — Пробежимся по магазинам, сходим в Barneys на Мэдисон-авеню…

— Ну уж нет, — весело сказал Окленд. Мелкие изменения в «Подружек невесты» придется вносить до самого начала съемок, и черновик сценария о Марии Кровавой нужно представить к декабрю. Исторические фильмы о королевских особах — последний писк моды, и руководство киностудии хочет приступить к съемкам как можно быстрее. — Мне необходима информация, — продолжал он, игриво потянув Лолу за палец ноги.

— Я закажу книги на Amazon.com и останусь с тобой на весь день.

— Тогда я точно ничего не сделаю, поэтому это не обсуждается. — Филипп натянул джинсы и футболку. — Схожу за бубликами. Тебе что-нибудь принести?