Жаркая страсть - Стефани Лоуренс

Пораженный ее внезапной переменой и усилиями, которых ей стоило достичь этой перемены, он согласился. Следующие четверть часа они увлеченно строили планы: с кем следует поговорить, в каком порядке что делать. Стук в дверь возвестил о прибытии Гасторпа с подносом.

— Я взял на себя смелость, милорд, принести ваш обычный завтрак.

Только сейчас Джек вспомнил, что с утра ничего не ел.

— Спасибо, Гасторп.

Дворецкий также принес чайник и тарелку с воздушными пирожными для Клэрис.

— Хочу заметить, милорд, что вам необходимо поддерживать силы, — заметил он и, поклонившись ему и Клэрис, удалился.

Клэрис смешливо подняла брови. Джек пожал плечами и потянулся к кофейнику.

— Думай что хочешь.

За едой они решали, как лучше подойти к епископу Лондонскому. Без него они не могли поговорить-с защитником Джеймса. Понять, чем можно ему помочь. Мало того, согласие епископа было необходимо для того, чтобы узнать детали обвинений.

— Иначе нам не продвинуться дальше, — заметила Клэрис, поднося к губам чашку.

Джек решил, что вместе с Клэрис они представляют грозную силу, способную отвести от Джеймса любую угрозу. И если Далзил прав и интуиция его не подводит, они сумеют разоблачить изменника. А значит, предприятие будет опасным.

Он уже был настороже. Невзирая ни на что, он будет держать ухо востро и постарается следить за ней.

Клэрис допила чай и встала.

— Так мы идем?

Прошло почти два часа после ухода Далзила. Джек знал, как быстро действует бывший командир. Епископ наверняка успел получить его послание.

Он тоже вскочил и предложил ей руку.

— Ты, как всегда, права. Нам пора в путь.

Ламбетский дворец, лондонская резиденция архиепископов Кентерберийских, окруженный обширными садами, находился чуть выше Ламбетского моста. Сейчас там жил епископ Лондонский вместе со своей администрацией и слугами.

Джек и Клэрис доехали до ворот дворца в наемном экипаже и пешком прошли по гравийной дорожке. Стоявший у входа лакей узнал их имена и проводил в маленькую приемную. Им не пришлось долго ждать. Декан Сэмюеле, которого Джеймс назвал правой рукой епископа, появился менее чем через пять минут…

Седовласый, с круглым озабоченным лицом, он улыбнулся, представился и провел их к широкой лестнице.

— Я чрезвычайно рад вашему приезду. Епископ получил послание из Уайтхолла. Должен сказать, что считаю просто необходимым содействие человека, обладающего вашим профессиональным опытом.

Джек наклонил голову, и прежде чем успел спросить, декан продолжал:

— Возможно, мне следует предупредить вас, что на этой стадии расследования епископ не вполне уверен, стоит ли позволить подробностям этих обвинений выйти за стены дворца.

Декан тяжело вздохнул:

— Надеюсь, встретив вас, он изменит свое мнение.

После такого предупреждения декан проводил их в длинную комнату с возвышением в дальнем конце, на котором стояло кресло епископа, красное, с золотым узором.

Клэрис шла, высоко подняв голову. Не дойдя десяти шагов до возвышения, она остановилась и присела в глубоком реверансе. Джек низко поклонился, когда декан Сэмюеле объявил об их приходе.

Епископ сделал знак, чтобы они приблизились к возвышению. Кроме их четверых, в зале никого не было.

Епископ оказался не так стар, как декан, и скорее был ровесником Джеймса. Острый взгляд бледно-голубых глаз буквально пронзил их. Губы епископа были недовольно поджаты.

— Все это крайне необычно, если не сказать — неприятно. Я уже изучил эти обвинения, Надеялся, что за пределы церковного расследования это не выйдет: сам я поверить не могу, что Джеймс Олтвуд может быть виновен в подобных деяниях. И все же я обязан выяснить суть дела. Но, как видно, новости уже успели достичь Уайтхолла!

Джек расслышал раздраженные нотки в голосе епископа. Он и раньше встречал таких людей. Они получали столь высокие посты благодаря своим связям и удерживали их с помощью старательных подчиненных, умеющих содержать дела в идеальном порядке. Подчиненных… вроде декана Сэмюелса.

Впрочем, можно было понять епископа: скандалы подобного рода вряд ли кому-то понравятся.

— Уайтхолл пел вам дифирамбы, — продолжил епископ, — и сказал, что, учитывая тяжесть и засекреченность обвинений Олтвуда, ваша помощь будет неоценима. Поэтому я позволил вам прийти сюда. Хотя вы, как профессионал, можете увидеть наши выводы в неверном свете и тем самым создать более серьезную ситуацию, которая, в конце концов, выплеснется за церковные стены.

Епископ помолчали уже спокойнее добавил:

— Я до сих пор не убежден, что это лучшее решение.

Джек молча смотрел в светло-голубые глаза епископа, обдумывая, как пустить в ход все свое обаяние и перетянуть его на свою сторону. Но тут вмешалась Клэрис:

— Ваше преосвященство, не могли бы вы выслушать меня?

Взгляд епископа упал на Клэрис. Та спокойно его выдержала.

— Как вы уже говорили, обвинения против моего кузена Джеймса Олтвуда достаточно серьезны, и чтобы адекватно их оценить, необходимо знать суть дела. Я прекрасно понимаю, что всем нам нежелательно, чтобы из-за недопонимания и чьих-то ошибок дело попало в гражданский суд, только чтобы адвокаты доказали, насколько беспочвенны все обвинения. Лорд Уорнфлит назначен в помощь вашим подчиненным с целью определить, насколько правдивы вышеуказанные обвинения, и эта подтверждено его начальством из Уайтхолла. Тот факт, что он знаком с Джеймсом, вряд ли может исказить справедливость его суждений, учитывая долгую службу короне. Видите ли, будь Джеймс вражеским шпионом, лорду Уорнфлиту грозила бы смертельная опасность, и вряд ли он вернулся бы домой живым. Что же до меня… я выступаю в этом деле как представитель семьи и должна сообщать моему брату, маркизу Мелтону, обо всем, что касается Джеймса. Надеюсь, когда мы уйдем отсюда, мы сможем внятно объяснить Мелтону, в чем заключаются эти обвинения? Семья будет очень рада узнать, что над делом работают истинные профессионалы.

Лицо епископа из хмурого стало озабоченным.

— Понимаю, — обронил он.

Было совершенно очевидно, что он услышал и верно понял боевой клич Боадицеи. Он снова глянул на послание, которое держал в руке, и, наконец, на декана Сэмюелса.

— Полагаю, что, учитывая все вышесказанное, будет уместно предоставить лорду Уорнфлиту доступ к документам. Ну и вам, леди Клэрис, как представителю семьи.

— Совершенно верно, ваше преосвященство, — поклонился декан. — Какое мудрое решение!

Джек улыбнулся. Боадицея последовала его примеру. После обмена любезностями посетители распрощались.

— Я представлю наших гостей Олсену, ваше преосвященство, — сообщил Сэмюеле.