(Не) родная - Анна Бигси

— Уверен.

Поднимаюсь на ноги и целую жену в щеку.

— Не скучайте, я скоро.

* * *

Найти адрес труда не составляет, особенно если учесть, что я здесь уже был, когда подвозил Ульяну.Поднимаюсь на нужный этаж и давлю на звонок. За дверью слышится какой-то шум и ругань, а потом она распахивается, и на пороге появляется хозяйка квартиры. Ульяна смотрит на меня стеклянным взглядом и сильно покачивается. Ничего себе, как неожиданно.

— О, Гордеев, какими судьбами? — хмыкает она и расплывается в пьяной усмешке.

Вот же тварь. Ярость на мгновение ослепляет. Решительно вхожу в квартиру, хватаю Ульяну за шею и припечатываю к стене. Глаза Шалимовой распахиваются, а губы начинают мелко дрожать.

— Еще раз ты посмеешь хотя бы подумать о Тасе… — несильно сжимаю ее шею.

Внутри все кипит, но я контролирую себя и не собираюсь причинять никому вреда. С женщинами вообще не люблю устраивать разборки. Ульяна просто очень напросилась. Довела до крайней степени бешенства.

— То что? Что ты мне сделаешь? — с вызовом кричит она и пытается оттолкнуть меня. — Ты и так все у меня отнял!

— Что ты несешь? — зло рычу на нее.

Отпускаю и отхожу на пару шагов. Она сползает по стене и падает, как мешок с картошкой. Ничего не шевелится в моей душе. Ни капли сожаления.

— Тася была мне как сестра, а ты забрал ее. — Шалимова ревет навзрыд, пьяно размазывая слезы и сопли по лицу. Жалкое зрелище, но меня не трогает. Она сама во всем виновата.

— Это ты ее предала, — сухо напоминаю ей. — Она любила тебя, а ты ей пользовалась.

— Да что ты понимаешь, — цедит сквозь зубы и поднимает на меня полный ненависти взгляд. Дура. Все могло бы быть иначе. А теперь поздно.

Присаживаюсь на корточки и с легкостью удерживаю зрительный контакт. Мне надо, чтобы она поняла, о чем я ей говорю, и запомнила это. Иначе повторять придется по-другому.

— Мне тебя не жалко. Ни капельки. Ты сама все это натворила, — говорю ровно и спокойно. — А если еще раз приблизишься к моей семье, я тебя уничтожу.

— Да пошел ты, — всхлипывает Ульяна и ложится прямо на пол.

Ничего другого я и не ожидал. В общем, все сказал. Оставаться здесь не вижу смысла.

— Я предупредил.

Перешагиваю через нее и выхожу из квартиры. Мерзость какая. Спускаюсь на улицу и часто дышу свежим воздухом. После этой беседы чувствую себя грязным, словно в помоях вывозился. Хочется помыться, но понимаю, что все это лишь загоны. Девчонки ждут, а значит, надо переключаться. Парк развлечений — самое лучшее средство.

Глава 32 Таисия

Утро понедельника неотвратимо наступает. Алексей доедает завтрак, а я ограничиваюсь кофе. Ему пора ехать в Москву, а мне собираться на работу. Так это все надоело, но по-другому пока не получается.

Тяжело вздыхаю, рассматривая свинцовые тучи, затягивающие небо. Погода явно не хочет разбавить мое настроение лучами солнца.

— Ты чего загрустила? — Алексей словно считывает эмоции, приподнимает мое лицо за подбородок и нежно целует в губы.

— Уже скучаю, — честно признаюсь и прижимаюсь к его груди, выпрашивая нежностей. Гордеев сразу же обнимает меня в ответ. Стоим неподвижно несколько секунд, так не хочется, чтобы они заканчивались.

— Ты уверена, что не хочешь поехать со мной?

Хочу, очень хочу, но…

— Не могу, Сонечке обещала приезжать почаще, — снова вздыхаю. Сколько можно разрываться между ребенком и мужчиной? Это несправедливо, в конце концов.

— Ну хорошо, — вынужденно соглашается Алексей. — Привет от меня передавай.

— Когда уже мы сможем забрать ее насовсем?

— Скоро. Я делаю все, что в моих силах.

— Я знаю, но так тяжело каждый раз отпускать Сонечку в это жуткое место.

— Все будет хорошо, — обещает он, и я ему почему-то верю. Гордеев горы свернет ради того, чтобы у нас с Соней все было.

— Займись чем-нибудь, отвлекись, и время будет бежать быстрее. Ремонт ты хотела сделать.

— Не могу, у меня работа, — пожимаю равнодушно плечами. — Времени почти не остается.

— Увольняйся. Зачем она тебе?

— Но…

Лихорадочно ищу веские аргументы, но не нахожу. Работа не приносит мне ни радости, ни удовлетворения. Лишь пожирает время и энергию. Но это единственный мой доход, а я очень боюсь лишиться его и стать зависимой от Алексея. Может, это, конечно, блажь, но перестроиться очень трудно.

— Тась, — Гордеев расплывается в улыбке, — скоро мы заберем Сонечку и надо будет заниматься ей, а не работой. Ты же мама, она нуждается в тебе больше, чем в ком-либо.

Его слова бальзамом проливаются на сердце и заставляют его биться чаще. А на душе становится неожиданно тепло и спокойно.

— Может, ты и прав…

— Тем более, — Алексей чмокает меня в нос, — нас всех ждет переезд в Москву.

— Но я еще не давала согласия, — притворно возмущаюсь. Хотя в принципе предполагала такой вариант. Меня здесь ничего не держит.

— Ты замужем, — терпеливо поясняет Гордеев, умудряясь подобрать правильные слова. — Это не обсуждается.

— Да ты тиран, — смеюсь и шутливо толкаю его в плечо.

— Еще какой, — с готовностью подтверждает и сгребает меня в охапку. — Кстати, на следующие выходные поедем ко мне.

— Зачем? — невольно замираю, улавливая подвох, но все же отгоняю от себя тревожные мысли.

— Во-первых, хочу вас познакомить со своим близким другом…

— М-м-м, а во-вторых? — подозрительно прищуриваюсь я.

— Мы записаны на прием к одному профессору…

Меня словно током прошибает, даже руки дрожать начинают.

— Что? Нет. Я не хочу, — вырываюсь из объятий мужа и резко увеличиваю расстояние между нами. Он переходит всякие границы. Я к такому не готова.

— Хочешь, просто боишься. — Алексей идет за мной, нисколько не смутившись.

— Нет, Леш, — качаю головой и выставляю руки вперед. — Ты не можешь меня заставлять.

— Могу, Тась, — невозмутимо улыбается. — Очень даже могу и, если нужно будет, потащу волоком.

— Зачем? Ты же знаешь про мой диагноз и сказал, что для тебя он ничего не меняет, — судорожно всхлипываю, начиная серьезно паниковать. Я не понимаю, чего он хочет и почему решил меня мучить.