Браки совершаются на небесах - Дарья Волкова

— Они опять заперлись?

— Опять.

— Слушай, ну нам же надо идти репетировать.

— Вообще-то, это Гвидо всех обычно сгоняет на прогоны, но теперь… — Лола задумчиво покачала головой, а потом забарабанила в дверь. — Гвидо, открывай!

— Нам дадут сегодня поработать или нет?! — Гвидо показался в проеме отворенной двери, непривычно взъерошенный.

Ло привалилась плечом к косяку.

— Нам надо идти репетировать проход.

Гвидо вздохнул, а потом обернулся внутрь кабинета.

— Ника, детка, нам пора идти показывать моды.

Сказано это было на итальянском. Как Вероника его понимала, как они вообще общались — оставалось для Лолы и Кристины загадкой. Но Вероника тут же отозвалась, явно поняв, о чем ей сказал Гвидо.

— Я скоро!

* * *

После прогона Вероника снова устроилась в кабинете Гвидо с пачкой бумаги и карандашами. А Гвидо сделал себе перерыв на кофе в компании Лолы и Кристины.

— У девочки поразительный талант, — Гвидо задумчиво разглядывал содержимое своей чашки. А потом поднял взгляд на Кристину. — Ей надо заниматься, развивать свой дар!

— Но… ну… это решать ее отцу… наверное.

— Я говорю это тебе, — Ди Мауро запустил пальцы в волосы, обнаружил за ухом карандаш и наставил его на Крис. — Потому что… Ты сама знаешь, почему!

Кристина не знала. Только чувствовала. Но карандаш на всякий случай у Гвидо изъяла. Сидящая напротив Лола пила кофе и явно наслаждалась их разговором.

* * *

Марк должен был приехать на показ. Он специально так подгадал свой график, где-то попросил, что-то объяснил. Должен был. Но не получилось. Сорвалось. В авиации такое бывает. Можно создать сверхнадежные машины, разработать объемные регламенты на каждый случай, обучить высокопрофессиональных пилотов, но в любой момент может вмешаться погода и смешать все карты, расписания и графики. Так и произошло.

Марк застрял в самом далеком месте, в котором только можно застрять. Застрял всерьез и надолго — спасибо пришедшему циклону, накрывшему все юго-восточное побережье Австралии мокрым прохладным непроглядным одеялом. С непредсказуемым шквалистым ветром, который даже сорвал пару крыш. Аэропорт Мельбурна на сутки отменил вылеты. Это пока — на сутки. А скорее всего, судя по прогнозам метеорологов — на трое. В общем, сидим, курим бамбук.

Марк сидел в номере отеля и ждал. Вот-вот должно начаться. В чашке остывал чай, на тарелке лежал нетронутый сэндвич. Марк смотрел в экран смартфона. Ссылку на онлайн-трансляцию прислала ему Лола.

Спустя несколько минут его дочь, его особая дочь, его любимая солнечная девочка, его тщательно оберегаемый ребенок выйдет на подиум. На профессиональном сленге это называется «язык» — так просветила его Лола. И вот на этот самый «язык» выйдет Вероника. Под прицел фото и видео-камер, под взгляды людей, которые, возможно, будут над ней смеяться. Как, как он это допустил?!

Ни страха, ни паники. Как допустил? А вот так. Потому что там будет Кристина. А когда рядом с Вероникой Кристина — с его дочерью не может случиться ничего плохого. Потому что там рядом будут эти чертовы феи-тролли Кузьменко — Лола и Федор, Шу и Рю. Люди, которые как-то быстро и абсолютно неожиданно для Марка приняли Веронику в свой клан. И, все же, главное, там будет самая прекрасная на свете фея — Кристина.

Запустилась трансляция, зазвучала музыка, потом появился логотип модного дома «Лолику». Сердце все-таки екнуло. Не чувствуя ни вкуса еды, ни температуры напитка, Марк откусил сэндвич и отпил чаю.

Он напряженно вслушивался в голос, звучащий на фоне пустого и ярко освещенного «языка». Голос говорил по-английски, но Марк ничего не мог от волнения разобрать. Потом пошла панорама зала. До черта народа. Никогда не думал, что на модных показах бывает столько народу.

А потом свет еще прибавили, он вспыхнул совсем ослепительно, и на подиуме появилась Кристина. Марк замер.

Она стремительно шла, нет, не шла, летела на головокружительных шпильках, подошла к краю, встала вполоборота. Камера сделала крупный план сверху вниз.

Марк мало что знал о женском макияже. Но в случае к Кристиной он либо был не сделан, либо его сделали специально, чтобы подчеркнуть. Каждый шрам. Каждый рубец.

Лицо. Шея. Руки. И даже ноги, которые были лишь до середины бедра прикрыты короткой юбкой.

Марк не видел одежды. Он видел только Кристину. Ее шрамы. Ее силу. Ее душу.