Мята и соль - Ана Михайлова

создал Д'энии земли, — пожал плечами голем, а я опять уставилась на него в шоке. — Лично. Помню его. Все время принимал вид подростка. Смешно уговаривал других джиннов дать мне, как людям, мозг, сердце, кровь и душу. И уговорил. Когда Д'энии покинули мир, я остался один. Со временем научился принимать человеческую форму, но одичал, озверел, пустился по наклонной и попал в тюрьму. И встретил О'Терию.

— Поэтому, истинный мой, ты и смог снять с меня жажду крови, — ведьма подошла к нему и нежно обвила руками каменную шею. — Ты мой самый особенный. И самый красивый.

— Раз я Д'энии, — вдруг нерешительно начала я, глядя на их парочку. — Может, стоит попробовать снять… это… — не придумав нужного слова, я указала на Локнара целиком.

— Знала, что ты предложишь, — улыбнулась девушка, но грустно. — Но с душой у нас проблем нет, Наяра. С парой тоже. Это пролитая мной кровь закрыла доступ к его магии. Здесь нужна Энканта. Водный джинн.

Глава 32. Далекое прошлое

Невесомые сгустки энергии любовались плодом своих работ. Два ясных, цветущих мира один под другим полыхали в лучах светил. Маленькое светлое облачко еще сновало возле одного из водопадов, то расширяя, то сужая поток, не в силах оторваться от своего творчества. Оно то и дело вспыхивало радугой, вместе с результатом своих трудов, из-за проходящих сквозь них лучей солнца.

— Тэйши! — позвали его, но оно продолжало возиться с водой.

— Оставь, Озди, — ментально ответила другая энергия. Зовущий почувствовал эмоции радости и умиротворения, исходящие от невидимого собеседника. — Пусть играется. Тэйши почти в одиночку наполнила водой целых два мира, скажи, как мы пропустили момент, когда она так сократила сушу?

— Всполохи цвета красивы. Она сама их придумала, — веселая игривая энергия мелкими искорками разошлась по субстанции, которую назвали Озди и передалась второму общающемуся.

— Пора создать нечто новое, — к ментальному разговору присоединился третий, слегка светящийся неоновый шар, и перед общим сознанием завспыхивали образы.

— Живая материя? — заинтересовался второй голос.

— Именно, Асстахэ, — излучая азарт и интерес, чем делился с собеседниками, отозвался третий.

— Оно забавное, — изучая образ маленького существа, оценил Озди. — Что это такое?

— Это его тело.

— Поверхность похожа на мох.

— Можно назвать это мех.

— Соглашусь, похоже.

— А части его тела? — принялись энергии с интересом обсуждать фигурку.

— Нужно выделить основные, а потом перейти к более мелким деталям, — аморфные субстанции сблизились возле образа небольшого животного, которое под действием их сил быстро обретало очертания и становилось все более материальным.

— Тэйши, нужна помощь, — позвал тот, кого называли Асстахэ. Маленькое облачко оставило свою работу и приблизилось. Всех окатило волной умиления.

— Какое чу́дное! Что это?

— Это живая материя.

— Оно будет двигаться и думать? — восхитилась Тэйши.

— Если вдохнуть в него Жизнь, — ответил Озди.

— Сначала он должен научиться думать, — более темная и плотная плазма приблизилась к существу, вложив в него часть силы. — Вот так. Пусть это будет голова, а вещество в ней позволит ему принять реальность и мир.

— Я, можно я? — засуетилось маленькое облачно. Оно закружило над фигуркой и щедро делилось своей силой, пока не отступило, довольное.

— Что ты сделала?

— Соединила все его части друг с другом внутренними каналами с жидкостью. Она поможет ему продолжать себя и выживать в мирах.

— Это пригодится, — согласилась Асстахэ.

— Но требуется двигатель частей, — заметил Озди.

— Я могу, — подтянулось самое яркое свечение. После его работы существо шевельнуло конечностями, и внутри него что-то тихо забилось.

— Двигатель сможет работать вечно? — заинтересовался Озди.

— Нет, но довольно долго.

— Как оно будет двигаться, Эмакса́р? — уточнил плотный сгусток.

— Перемещаясь по поверхности с помощью конечностей, — отозвался шар.

— Разве не проще парить?

— С тягой этих миров парение недоступно. Но в воде, что создала Тэйши, можно.

— Для этого потребуются дополнительные приспособления.

— Да, это целесообразно, но давайте все же закончим с этой материей.

— Кто-то желает усовершенствовать материю? — спросила темная плазма.

— Для первого раза достаточно, — пронеслось в общем сознании, и все формы одновременно вдохнули Жизнь в существо, перемещая его на лесную полянку.

— Можно назвать его животное, — предложил Озди, наблюдая, как маленькое создание неровно поднимает свое тельце на четырех вытянутых конечностях.

— Это котик. Я хочу котик, — топя остальных в своем умилении, попросило самое маленькое облачко.

— Пусть будет котик, — распространяя радость, согласилась Асстахэ.

— Пожалуй, существо мне нравится, — заметила яркая субстанция.

— У меня есть еще, — тут же отозвался светящийся шар, и эфирные энергии вновь приступили к созиданию.

Так энергии создали многие виды животных, совершенствуя их со временем, и дали названия частям их тел.

Несколько столетий спустя.

— Это сложное существо, — серьезно заметил Озди, разглядывая вытянутое тело, лежащее перед ним, двуногое, непохожее на прочие создания.

— У меня два варианта, с противоположной энергией, — отозвался шар, показывая еще одно тело, поменьше, более утонченное.

— Да, и мозг уже куда больше и функциональнее, — добавила темная субстанция. — Я так же вложила способность к более быстрой адаптации и развитию. Называется интеллект. А еще разум, и теперь оно сможет думать, как мы, и общаться.

— Не как животные, на инстинктах? — уточнила Асстахэ, ментально делясь удивлением.

— Именно.

— Сложный процесс, поразительно, — отозвался Озди.

— Я добавил к сердцу чувства, — отчиталась самая светлая энергия. — По подобию наших. Правда, не знаю, как на них отреагирует материя…

— Котикам нравится гладить друг друга языком, — вмешалась Тэйши. Асстахэ отправила в пространство рядом золотистые искорки, выражая веселье.

— Они научатся, — заверила плотная энергия.

— Зачем ты дала им иные способности, Тэйши? — вдруг строго поинтересовался Озди. Маленькое облачко немного сжалось.

— Я назвала это магией. Она будет течь в их венах вместе с кровью, чтобы помогать им выживать и строить красивый мир, — излучая неуверенность, отозвалось оно.

— Это не опасно для них? — уточнила Асстахэ.

— Нет, оно так же естественно для