Мята и соль - Ана Михайлова

Взгляд Алуа слегка прояснился, он перестал хмуриться и расцепил руки, подходя ко мне.

— Так будет лучше, — наконец отозвался. — Для всех.

— Шед, я…

— Ты моя лучшая ученица, Ная. Я благодарен тебе за то, что ты именно такая, какая есть. Тише, тише, — видя, что мое лицо сморщилось, и по щекам потекли слезы, ИнТарлид подошел и обнял меня, похлопывая по спине лопатообразными ладонями. Я вцепилась в его кафтан, прижимаясь щекой.

— Вы всегда будете лучшим отцом, что я знаю, — прошептала тихо, изо всех сил желая ему найти смысл, побороть свою боль… от моего тела вдруг отделилась линия, прозрачная, но видимая по движению воздуха возле нее. Внутри загорелась золотистая светящая нитка. Немного покружив по комнате вокруг нас с Алуа, она уверенно устремилась в потолок, прошла сквозь него и полетела куда-то дальше, преодолевая расстояния с такой скоростью, что у меня мурашки пошли по рукам, ибо я видела все, над чем она пронеслась. Легко скользнув в Нижний мир, она показала двух людей в красной пустыне, очень похожих друг на друга, мужчину и женщину, с одинаковой терракотовой кожей. Они охотились на моканов, тварей нижнего мира, ползучих чешуйчатых ящеров с большим кожаным бурдюком под подбородком. Мясо любых монстров Той стороны было непригодным для пищи, но внутри своих тел моканы хранили чистую воду, благодаря которой могли долго жить в пустыне. Видимо, именно из-за нее на них и охотились.

Нить коснулась женщины и пропала, я успела заметить, как она вздрогнула, оглядываясь, прежде чем все исчезло.

— Что это было такое? — тихо, пораженно спросил Алуа, через меня почувствовав связь с женщиной, к которой привела нить.

— Думаю, у вас есть Истинная, — так же не совсем понимая, что только что сделала магия, я поглядела на него. Но радость от догадки постепенно вытеснила недоумение. Алуа растерянно улыбнулся, явно не веря своим ушам. — Она сейчас в Нижнем мире, — шед тут же дернулся, нахмурившись. — Нет-нет, она в красной пустыне, с ней мужчина, судя по всему, брат. Им ничего не угрожает.

Относительно, насколько это возможно в Нижнем мире. Моканы не были ни ядовитыми, ни особо опасными. Как они вообще туда попали? Судя по цвету тел, пара находилась там немало времени. При долгом пребывании человека любой расы в пустошах Нижнего мира, кирпичного цвета песок словно въедается в кожу, обычно навсегда. Вот только уже давно никто не живет вот просто так в нижнем мире, и об аборигенах ничего не было известно.

— Я отправлюсь за ними, — тут же решил Алуа. Не знаю, что такое я сделала, но судя по всему, магия при соприкосновении линии одновременно с шедом и с женщиной каким-то образом проявила их связь до момента встречи. Если она сейчас пострадает, Алуа… Рин был прав. Я не имела никакого права вмешиваться. Утешало только то, что сделала я это уж точно не специально.

— Постойте-постойте. Красная пустыня в Нижнем мире не одна, а я понятия не имею, какую именно видела. Вы что, в одиночку собираетесь шерстить полную тварей территорию? Там нет магии, кроме магии заклинателей и Д'энии, и без меня вы ее не найдете, вы же понимаете, что я ни за что не отпущу вас туда? — Шед распрямился, становясь будто еще выше и крупнее, грозно поглядывая на меня. — Одного, — добавила я с улыбкой, ничуть не впечатляясь, впрочем, как и обычно, этим внушительным изменениям. — Сейчас сообщу Рину, он откроет разрыв, да и Заклинатель нам там не помешает. С ней все в порядке, женщина в безопасности, — успокоила я его, опуская ладонь на плечо, заглядывая в глаза. Давно не видела, чтоб они так горели.

Он кивнул, понимая, что вместе управимся намного, намного быстрее. Я качнула головой в ответ, вновь предвкушая бои и азарт похода, и пока он отправился собираться, вылетела за дверь и помчалась в комнату. Радость птицей заливалась в груди. Род ИнТарлид обрел Истинную.

— Наяра! — окликнул меня кто-то, но сейчас было совсем не до расспросов. Я замедлилась, только узнав Шеару. Она стояла у коридорчика, ведущего в служебное крыло. Что-то остановило меня такое в ее виде. Девушка была бледная, как труп, побелевшие губы тряслись, как и пальцы, в которых она судорожно сжимала какой-то холщовый мешочек.

— Что такое? — я подошла, хмурясь, заглядывая ей в глаза. Обычно ИнИггтрив моргала исключительно внутренним веком, но сейчас ее ресницы трепетали в такт сбивающемуся дыханию. — Что стряслось, Шеара?

— Я хотела сказать… — выдохнула она почти беззвучно, кашлянула, с тоской и страхом глядя на меня. — Прости.

— Прости? — не поняла я, и тут же мне в лицо полетела какая-то пыль. Будто имеющая собственный разум, она забилась в глаза, уши, нос, и уже через долю секунды мир померк. Последнее, что я запомнила, как она подхватила мое падающее тело, ее смятое лицо в слезах, и шепот:

— Я не хотела…

Конец первой части.