120 миллиметров между нами - Антония Эдельвейс

От безысходности я начала искать информацию в интернете, желая найти хоть один совет, как освободиться от этого бремени. Словно какая-то шутка, везде писали одно и то же, но это я уже слышала от Игната: самый действенный способ забыть бывшего - найти новую любовь. Бред полнейший. Если ты искренне любил человека, ты не сможешь смотреть на других. Ты будешь их сравнивать с тем, кто покорил впервые твоё сердце, а находя знакомые черты, представлять лицо того самого, вспоминать моменты, проведённые с ним. Я это проверила на себе. Это ещё тяжелее, чем страдать в одиночестве, поэтому я забросила эту идею, смирившись со всем. Возможно, я однолюб, тогда единственный выход для меня - договорной брак для галочки в жизненных целях, и штампа в паспорте ради избавления от общественного осуждения.

Так прошёл год. Игнат меня всячески поддерживал, не навязывая при этом своего общества, за что я была ему очень благодарна. Он стал для меня не просто хорошим другом. В его тёплом отношении и беспокойстве обо мне я видела заботу старшего брата, что опекает свою непутёвую младшую сестру, и от этого мне становилось спокойнее и светлее на душе. Он стал моим лучиком надежды, что потихоньку выводил из мрака, подсвечивая выход в конце тоннеля, но оставляя мне выбор - следовать за ним, либо остаться в темноте.

Ни с Оксаной, ни с родителями я больше не поднимала тему личной жизни Саши, и они тоже не говорили мне ничего о его свадьбе, за что я была им очень благодарна.

Интересным было то, то Марина-липучка, как я её окрестила про себя, с того дня мне больше ни разу не написала. Нет, я по ней не соскучилась, просто было странным то, что та, кто доставал меня несколько лет, даже не догадываясь, сколько боли мне причиняет, внезапно словно бы прозрела. Не скажу, что я её ненавидела, нет. Мне просто было некомфортно от её навязчивой «дружбы». В глубине души я понимала, что это для меня она девушка моего любимого, для неё же я была лишь лучшей подругой её парня.

У меня даже возникло предположение, что родители могли обмолвиться с ней парой слов обо мне, ведь я почти сразу рассказала им про то, что Марина спрашивает у меня советы про Сашу, и они знали, как мне от этого некомфортно. Тогда, это объясняло бы её внезапное исчезновение. Однако, лишившись её вечного нытья, я особо не горевала и не собиралась писать первой. Быть может, Марине теперь неприятно моё существование. Что ж, а я и не стремилась покорять сердца всех людей на земле, поэтому спокойно жила дальше, лишь бы та не вздумала затронуть эту тему при Саше. Я просто не вынесу, если он узнает о моих чувствах таким образом…

За всё это время я ни разу не заходила на странички Марины и Саши - я тогда ещё не была готова увидеть их личное счастье.

Но постепенно, потихоньку, шажок за шажком, я готовилась преодолеть себя.

И всё бы было хорошо, пока один звонок не выбил меня из колеи.

Это был тот самый день, когда Саша сделал Марине предложение. Ровно за день до моего дня рождения - эту дату я была уверена, что не забуду больше никогда, ведь она словно бы выжглась на моём сердце, оставив там вечное клеймо.

Ещё днём мне написала Оксана, спросив, могу ли я сейчас говорить. Вместо ответа я просто набрала её номер. Подруга ответила практически мгновенно.

- Привет, Ир.

- Привет, - я поудобнее устроилась в кресле в своём рабочем кабинете.

Был как раз обеденный перерыв, поэтому я могла ненадолго расслабиться. Я развернулась к панорамному окну. Прозрачно-осеннее небо виднелось за соседним серебристым небоскрёбом, а где-то там, внизу, ходили толпы людей, спешащих каждый по своим делам, шумели в пробках автомобили. Здесь же, на двадцать шестом этаже было лишь небо, манящее своей свободой. Где-то там, в той стороне, за несколько тысяч километров от меня, находился родной город.

- Как дела? Работаешь, как всегда? - издали пошла Оксана, но я слишком хорошо её заняла.

- Работаю, и совсем скоро мой перерыв подойдёт к концу, поэтому поторопись, я же знаю, что ты хотела не просто поболтать о сложностях маркетинга.

На том конце раздался сдавленный смешок.

- Да, тебя не провести, - тихо проговорила та, словно задумавшись о чём-то, я же терпеливо ждала. - Знаешь, - нерешительно продолжила Оксана, - а сегодня ведь годовщина…

Я враз посмурнела. Да, такое я не забывала.

- Я помню, Оксан. Всё помню…

- И ты… ты уже звонила ему?

Я промолчал и моё молчание сказало больше каких-либо слов.

- Ир, ну нельзя же так, - укоризненно прошептала подруга. - Зачем ты так с Сашей, его же ранит твой игнор, похлеще ножа, как ты это не поймёшь?

- Сан, давай не будем об этом, пожалуйста?

Мне было тяжело рассуждать на эту тему, и я хотела избежать этого разговора любыми силами.

- Ир, просто скажи, за что ты так с ним? Неужели тебе так сложно просто написать, или позвонить ему в этот день? Сказать хоть пару слов, в конце-то концов.

Тяжёлый вздох против воли сорвался с моих губ. Развернувшись к столу, я оперла локоть свободной руки, до боли сжав переносицу.

- Мне просто тяжело, тя-же-ло. Я все ещё не отошла с прошлого года. Это… больно ударило по мне.

Оксана ненадолго словно бы зависла, осмысливая услышанное.

- Так ты переживаешь?

Я моментально вскинулась.

- Естественно переживаю, что за идиотский вопрос?

Конечно, я переживала. Тот, кого я любила и люблю, теперь счастлив с другой. К сожалению, я не бесчувственная кукла, которой всё равно на происходящее, ведь у неё нет эмоций.

- Да, извини, - стушевалась подруга, - я не подумав брякнула.

- Тебя - прощаю.

- Но ты всё же подумай и позвони ему, - поспешила вклинить Оксана.

Я лишь обреченно покачала головой.

- Кладу трубку.

- Держись!

«Держись», проще сказать, чем сделать», - тяжело вздохнула я, возвращаясь к работе.

Через пару часов рабочий день подошёл к концу. Игнат закинул меня домой и предлагал остаться, он тоже помнил, что произошло в этот день, но я отказалась. Мне нужно было одиночество и тишина, и он уважал моё