Влюблённый социопат - Эвелина Шегай

Что за сборище ненормальных? Кто добровольно сам в такую рань встаёт, ещё и других будит?

Лия перевела на него возмущённый взгляд, ожидая разъяснений. И Нейл понял её без слов. Состроил глубоко раскаивающуюся рожицу и попытался отшутиться:

— Безумно соскучился.

— И это, по-твоему, уважительный повод будить в пять утра? — надпив подостывший кофе, она выразительно приподняла бровь.

— Почти, нам надо кое-что обсудить втроём. Вместе с Юноной.

— То есть теперь мы идём и её будить? — настороженно спросила Лиа, увидев возможную взаимосвязь между его помятым внешним видом и необходимостью немедленно им втроём пообщаться.

— Не совсем будить. — Он беззвучно открыл дверь и выглянул в коридор. — Пошли, пока пусто.

Дурное предчувствие окутало её тяжелым, колючим покрывалом.

Всё смешалось в одну кучу. И глупое сообщение, которое вроде и не воспринималось всерьёз, но отзывался в ней каким-то бессознательным страхом, опьяняющем, в том числе и здоровые мысли. И странное поведение Нейла, заявившегося ни свет ни заря. Только стоило на миг забыться: о множестве смертей, о подслушанных разговорах — как всё возвращалось на круги свои. Снова все вокруг казались слишком подозрительными, не заслуживающими её хрупкого доверия.

Пусть Лиа того и не желала, но послушно последовала за ним, прихватив из шкафа тонкий кардиган из натуральной шерсти. И, встав возле двери противоположенного номера, замерла под размеренный стук его костяшек.

Реакцию Юны можно было предположить любую: начиная от неохотного и сонного приветствия, заканчивая гневными криками из-за двери, чтобы убирались прочь и оставили её в покое. По крайней мере, именно такие фантазии крутились в голове Лии. И она никак не ожидала увидеть подругу в куда более бодром состоянии, чем была сама.

Аккуратно одетая и тщательно накрашенная Юна буквально светилась от счастья. И стоило зайти в комнату, как стало понятно, что она недавно закончила с трапезой. На прикроватной тумбе ещё стояло несколько тарелок из набора одноразовой посуды, перепачканных остатками еды. А само помещение наполняло аппетитными ароматами жаркого и пряных специй.

— Вы быстро, — с лучезарной улыбкой заметила она, а потом обратилась конкретно к Лии: — Я думала, ты более сложная на подъем.

Нейл обошёл Юну со спины и присел на незаправленную кровать, что должна была принадлежать девушке, решившей свести счёты с жизнью. То, насколько тихо руководство уладило проблему с ней, никак не осветив её самоубийство — очередная нить в плотном клубке тревожных сомнений.

— Что-то хорошее случилось? — дрогнувшим голосом поинтересовалась Лиа. — «Значит, до меня он у неё находился?..»

— А то, — Юна с благодарностью взглянула на Нейла и принялась убирать грязную посуду. — Но это секрет.

Что-то мерзкое заклубилось в груди, что-то смутно похожее на томительную ревность и глухую обиду. Лиа всегда видела и чувствовала, что между ними есть какая-то осязаемая связь. И эта связь явно не вписывалась в рамки отношений простых знакомых, коими они пытались предстать перед ней.

— Вы раньше встречались? — озвучила она свою догадку и, кажется, перестала дышать. — «Он же не мог меня использовать, чтобы позлить или насолить ей?»

Только присевший на голый матрас, Нейл вскинул на неё удивлённый взгляд, синхронный со взглядом Юны, запихивающей пакет с мусором под кровать. Они оба выглядели настолько ошеломлённо, что поспешные выводы сами собой заполоняли одурманенную ревностью голову.

Юна и Нейл заговорили одновременно:

— Нет, конечно, откуда такие мысли?

— Что? Нет, никогда — это невозможно!

В комнате повисла гнетущая пауза. Все переглядывались и будто ждали, кто возьмет на себя инициативу разъяснить возникшее недопонимание… или раскрыть правду.

— Слушай, — начал Нейл, и Лиа устремила на него взволнованный взгляд. — Мы вообще не любим распространяться об этом. Мы в родственных связях. Однако по факту ведём себя друг с другом, как чужие люди.

— В смысле вы брат и сестра?

— Да. Единокровные, то есть у нас один отец, — вмешалась Юна. — Вообще нас четверо.

— Не факт, может, он ещё наклепать успел.

— Тот парень с раздвоенным языком, что к нам подходил на трудотерапии. Локки – наш старший брат. Есть ещё младшая сестра. Мы все погодки.

— Сестра тоже тут?

— Нет, мы её никогда не видели. Просто знаем о существовании. Её мать ещё беременной переехала, чуть ли не на другой конец света.

— Бежала от любвеобильно Хьюго, — привстав, Нейл дотянулся до руки Лии и, притянув к себе поближе, усадил на свои колени. Она задёргалась, пытаясь выпрыгнуть из его объятия, на что он лишь сильнее прижал её к себе и прошептал на ухо: — Моя малышка приревновала?

— Что было, то прошло. Сейчас он остепенился, — встала на защиту отца Юна.

— Естественно, ты же подросла, — ехидно бросил Нейл.

Продолжая улыбаться, Юна метнула взгляд на брата столь ледяной, что у Лии кровь в жилах похолодела. Если бы взглядом можно было убить, то это убийство не отличалось бы гуманностью.

— Вообще-то мы сегодня собрались не для того, чтобы обсуждать наши родственные связи, — мягко заговорила она, точно пару секунд назад и не пыталась никого линчевать взглядом. — Может быть, уже введём её в курс дел?

Лиа попыталась извернуться, чтобы посмотреть в лицо Нейлу, но его руки слишком крепко стискивали её в объятьях, перехватив под грудью.

— Сегодня после отбоя мы пойдём гулять, — не слишком развёрнуто пояснил он. А затем положил ладонь на её колено, скользнул к голени и обхватил пальцами тонкую лодыжку. — Надень на ноги что-то поудобнее. Нам придётся долго идти, не хочу, чтобы ты натёрла мозоли. Мне ещё предстоит наслаждаться твоими ножками.

— Фу, сейчас блевану, — Юна издала соответствующий рвоте звук и прижала руку ко рту со вздутыми щеками. — Нет больше сил смотреть на розовые сопли, что вы тут разводите.

— Я не при чём! — вскинув руки, стала открещиваться Лиа. Ведь, и правда, не при чём. Её насильно усадили на колени и без разрешения трогали за ноги. А за слова, вылетающие из бесцеремонного рта, она и вовсе не могла нести ответственность.

Отличавшийся более толстой кожей, Нейл чмокнул её в шею и буркнул:

— Завидуй молча.

За беззаботными разговорами о приключениях из их совместного детства пролетело несколько часов. Наступило время первой трапезы. Коридоры стали постепенно наполняться шумом, пробуждающихся постояльцев.

Им же пришлось разделиться, так как у Нейла на девять утра была