Невеста викинга - Диана Гроу

Обратный путь к берегу реки Шаннон и по воде к морю прошел для Йоранда как во сне. Если бы он тогда сказал ей, что память вернулась к нему, возможно, она еще могла бы принять это. Но теперь, когда прошло столько времени… «Трус!»

Не было и дня, чтобы Йоранд не ругал себя. Каждый день он решал, что уже наступил момент, когда Бренна сможет узнать всю правду. Но она неизменно начинала рассказывать о собственных надеждах и планах, разрушать которые так не хотелось. Соответственно столь важный разговор Йоранд каждый раз переносил на завтра.

Вот и сейчас он то и дело смотрел в карту и на компас, бесконечно поправлял парус. Все, что угодно, чтобы только не думать о том, что ждет их на берегах реки Лиффи. Каждую ночь Бренна обнимала его, а он обнимал ее в ответ, будучи не в силах удержаться.

В любовных утехах он по-прежнему был нежен с ней, отчаянно переживая, что не может предаваться любви со всей своей страстностью — сродни той, которая бывает у дикого зверя. Он хотел наконец почувствовать, что Бренна принадлежит только ему и останется с ним навеки.

С каждым днем они были все ближе к Дублину. С каждым рассветом на один день ближе к правде.

— Посмотрите туда, — сказала сидящая на носу Бренна. — Дым. Неужели Дублин горит?

— Нет, — мрачно ответил Йоранд. — Там готовят пожары.

— Но почему так много столбов дыма? — удивилась Бренна.

Нормандец поморщился:

— Я совершенно забыл, вы же никогда не бывали в городах. В Дублине живет много людей. Наверное, больше пятисот.

Йоранд посмотрел вниз, в грязные воды реки, текущей по торфу, и подумал, что и без дымящихся очагов можно было бы догадаться, что рядом крупное поселение. Эта заиленная река была знакома ему столь же хорошо, как и изгиб талии Бренны. Только вот об этом совершенно не хотелось вспоминать. Спустив парус, Йоранд проворно взялся за руль и повернул лодку к поросшему травой берегу.

— Сегодня мы переночуем здесь, — объявил он.

— Но мы почти на месте, И день еще не закончился. Чем скорее мы доберемся до-Дублина, тем скорее узнаем, там ли тот человек, которого мы ищем. Затем заберем Кодекс монастыря и распрощаемся с этим проклятым местом, — удивилась Бренна.

— Все не столь просто, как вам кажется, — ответил Йоранд.

— Конечно, нет, — вздохнула девушка.

— Далеко не просто, — уверил ее Йоранд. — Вы должны знать, что нормандцы не подставляют другую щеку в отличие от христиан. У нас люди просто так не отдают то, чем обладают. А монахи из Клонмакнойза даже не боролись за бесценную рукопись. Колгрим верит, что теперь эта старинная рукопись уже его и по праву. Даже если мы и застанем его в Дублине, он так просто не отдаст свою добычу.

— Я знаю, — ответила Бренна. — Но надеюсь, что нам повезет и все окажется намного проще.

Глядя на Бренну, сидевшую перед ним с опущенными плечами, Йоранд чувствовал боль в груди, словно ее усталость камнем висела у него на шее.

— Кроме того, я хотела бы помыться и найти на ночь какую-нибудь крышу над головой, — продолжила она, задумчиво поглядывая вверх по течению. — До цели рукой подать.

Она чувствовала, что Йоранд чего-то боится.

— Бренна, — довольно резко сказал Йоранд, — сегодня мы ночуем здесь. Я все вам объясню, но пока, в течение нескольких дней, я хотел бы, чтобы вы действительно доверяли мне.

— Я догадываюсь, что вы хотите сказать мне, — произнесла Бренна. — Вы хотите предупредить, что мне будет не так просто находиться в Дублине… среди ваших людей.

— Я лишь хочу, чтобы вы поняли несколько вещей, — ответил Йоранд, сильными гребками направляя лодку в сторону низкого берега. Нос лодки пропахал илистый берег.

— Во-первых, немногие из моих соотечественников говорят по-ирландски. Во-вторых, у нас немного иные традиции. Они могут показаться вам грубоватыми, но вы не бойтесь. Вы моя жена, и я позабочусь о вас.

— Звучит так, словно мы направляемся в пещеру к медведю.

— В какой-то степени да, — ответил Йоранд, переступая через борт лодки прямо в воду и хватаясь за веревку, чтобы вытащить лодку на берег. — А зовут этого медведя Торкилл. Пять лет назад он вошел на шестидесяти длинных судах в дельту реки Лиффи и основал город Дублин. Этот правитель решителен в своих намерениях, если надо задержать, осудить или наказать.