Его благородная невеста - Шелли Брэдли

Гвинет всего-то велела торговцу не обманывать покупателей, поэтому она лишь недоуменно пожала плечами. Мельник, между прочим, отказался ей повиноваться. А Стивен, к удивлению Гвинет – и его стыду, надо сказать, – повторил ее приказание. Он-то прекрасно знал, что давно должен был сделать это, и испытывал некоторое чувство вины.

С тех самых пор Стивен и все остальные обитатели замка стали объяснять Гвинет, как управлять этим огромным обиталищем. Гвинет была рада этому. Ее удивляло лишь то, что слуги иначе относились к Ровене, которая все еще оставалась хозяйкой Нортуэлла, однако со временем Гвинет поняла, что они попросту боялись ее.

И вот Бесси пришла к ней с каким-то важным делом. Гвинет довольно улыбнулась – она очень хотела помочь доброй женщине.

– Конечна, я попробую сделать все, что могу, – промолвила Гвинет. – Чем я могу помочь вам?

– Спасибо вам. Мы все знаем, что вы очень хорошая и добрая, – сказала Бесси. – Вас здесь полюбили с самого первого дня.

Гвинет ничуть не сомневалась, что Бесси говорит совершенно искренне. Сомневаться не приходилось: обитатели замка действительно сделали немало для того, чтобы она почувствовала себя в Нортуэлле как дома. Горничные старались услужить Гвинет, готовя для нее ванны, Бесси угощала ее всяческими яствами, портниха шила платья. Да что там говорить, Гвинет почти ни о чем не приходилось просить, она все получала и без этого. Когда она проходила по замку, каждый слуга улыбался ей. Все здесь было ей по нраву… Все, кроме присутствия леди Ровены.

– Спасибо, – кивнула Гвинет с улыбкой. – Так в чем же ваш вопрос?

– Все дело в мистрис Ровене, – понизив голос, проговорила Бесси. – Она потребовала новое платье цвета шафрана к завтрашнему вечеру.

Гвинет нахмурилась, а Йетта сбивчиво прошептала:

– Мы… видите ли… миледи… – Девушка набрала для смелости полную грудь воздуха: – У нас не хватает цветов… крокуса, чтобы… получился шафрановый цвет.

Постаравшись сделать приветливое лицо, а не хмуриться, Гвинет спросила:

– А вы уже начали красить ткань, Йетта?

Девушка замотала головой, при этом мягкие русые волосы заплясали по ее плечам.

– Нет, миледи… Мама сказала, чтобы мы… чтобы я сначала… потолковала с вами, миледи…

Бедняжка! Она такая робкая и неуверенная. Сердце Гвинет затрепетало: она не хуже Йетты знала, что недовольство и гнев Ровены будут ужасными, если она не получит того, чет хочет.

И хотя Гвинет сделала все возможное для того, чтобы избавиться от Ровены, понимая, что та просто так не сдастся и не откажется от своего места хозяйки замка, она неожиданно решила воспользоваться случаем, который подвернулся ей благодаря кухарке и юной красильщице. Страх в глазах Йетты, вспыхнувший при одном упоминании имени леди Ровены, и то явное недовольство, которое слуги высказывали, говоря о хозяйке замка, убедили Гвинет в том, что Ровена без всякой необходимости обращалась с обитателями замка очень жестко. Ровена буквально измучила слуг, а этого Гвинет допускать не хотела. К тому же она не могла отказать в просьбе перепуганной девушке и ее матери, которая так много работала.

– А вообще-то у вас есть шафран, Йетта? – поинтересовалась Гвинет.

– Да, миледи. Но немного.

Гвинет пришла в голову одна забавная идея. Она улыбнулась.

– А шотландский лишайник?

– Сколько угодно, миледи. – Йетта наконец-то решилась посмотреть на нее.

– Смешай их, – посоветовала она.

– Но… миледи, тогда получится оранжевый цвет, а мистрис Ровена ненавидит…

– Оранжевый? – перебив, договорила за нее Гвинет. Ровена с ее странными выцветшими волосами и розовой кожей в оранжевом будет выглядеть просто ужасно.

– Я скажу мистрис Ровене, что у вас мало шафрана и что вы очень старались, – пообещала Гвинет.

Бесси, уловившая смысл озорной улыбки Гвинет, заговорщически подмигнула ей своими блестящими глазами.

– Ну пойдем, – повернувшись к дочери, промолвила она. – Ты же слышала, что сказала наша леди.

Йетта со страхом посмотрела на Гвинет.

Гвинет похлопала девушку по руке:

– Обещаю, что все будет хорошо. Предоставь мистрис Ровену мне.

Йетта неохотно кивнула. Гвинет приветливо улыбнулась.

– Да уж, леди Ровена будет не слишком хорошо выглядеть, когда вернется наш лорд, – добавила Бесси.

Гвинет была поражена ее словами. Она вопросительно посмотрела на кухарку.

– Так он возвращается? – спросила Гвинет.

Бесси нахмурилась.

– Ну да. Мистрис сказала, что еще вчера получила от него письмо, в котором он писал о возвращении, – объяснила она.

Сердце Гвинет неистово заколотилось в груди, под ложечкой у нее засосало. Наконец-то Арик возвращается в Нортуэлл.

Но он даже не счел нужным сообщить ей об этом!

Гнев пришел позже. Итак, Ровена заказала себе новое платье к его возвращению, без сомнения, для того, чтобы очаровать своего бывшего любовника. А он ни слова не написал Гвинет о том, что приезжает. Ярость, обида охватили ее. Возможно, Ровена и выглядит как невинный ангел, но на самом деле она шлюха, имеющая изощренный ум. Вопрос только в том, хочет ли Арик Ровену.

Однако, учитывая тот факт, что письмо он прислал Ровене, вероятно, стоит утвердительно ответить на этот вопрос.

– Спасибо тебе, – рассеянно промолвила Гвинет. Войдя в замок, она стала подниматься по узким ступенькам каменной винтовой лестницы. Пес плелся позади нее, повесив голову.

В спальне Гвинет села у окна и стала смотреть на серо-голубой океан, бившийся волнами о зеленый берег Нортуэлла. Из-за мелких брызг, висевших в воздухе, картина казалась совершенно волшебной. Пес уселся у ее ног.

Гвинет очень скучала по Арику, беспокоилась о нем, ждала от него хотя бы короткое письмецо с весточкой о его возвращении. А он написал леди Ровене!

Не успела Гвинет взять себя в руки, как ее мысли унеслись к тому утру, когда она сшила себе красное платье. Его серебристый взор был полон желания, его рот жадно ласкал ее грудь, ее сосок. А его большие руки… ну кто бы мог подумать, что они бывают такими нежными, что прикосновения одного его пальца способны довести ее почти до пика наслаждения? А остальное его тело… у него такая мускулистая твердая грудь, плоский живот и такое большое мужское достоинство, которое так стремилось войти в нее… Гвинет только сейчас призналась себе, что ей тоже безумно хотелось принять его в свое лоно, ощутить его толчки.

И сейчас этот человек хочет Ровену?

Хотя… Возможно, если это так, она сама отчасти виновата. Она ведь лежала под ним совершенно нагой и оттолкнула его, несмотря на то, что они были женаты. Арик пытался убедить ее, что всегда будет заботиться о ней и о том, чтобы их дети никогда не голодали. Но до тех пор пока Гвинет не увидела роскошь Нортуэлла, она отказывалась верить ему. А ведь сколько раз он говорил ей, что не хочет возвращаться в замок, в свое прошлое!