По зову сердца - Виктория Холт

– Вы его получили, – отозвалась бабушка М.

– О, благодарю вас, миссис Мэллори.

Мы поговорили о домах и различиях между нашими деревнями, и разговор вполне естественно переключился на изготовление карт.

– Странно, что такая профессия обычно переходит из поколения в поколение, – заметила миссис Биллингтон.

Бабушка М согласилась.

– В нашей семье то же самое. Мой внук Филипп рос среди карт, и, когда он был еще совсем маленьким, стало понятно, что ничем другим он заниматься не будет.

– Я слышала, он сейчас в экспедиции.

– Да. В Тихом океане.

– Это то, чем я хотел бы заниматься, – мечтательным тоном промолвил Джеймс.

– Тольке послушайте! – воскликнул Бэзил. – Все они хотят приключений. Они думают, это какая-то увеселительная прогулка. Это нечто совсем другое, уверяю тебя.

– Вы бывали в экспедициях? – поинтересовалась я.

– Да. Когда мне было шестнадцать.

– Я решила, ему это пойдет на пользу, – сказала миссис Биллингтон. – Джеймс тоже поплывет, когда настанет время. Это отличный способ познакомиться с настоящей жизнью. В экспедиции они быстро начинают понимать, что это не увеселительная прогулка, как выразился Бэзил.

– Полностью поддерживаю, – добавил Бэзил.

– Мой внук покинул дом еще в прошлом октябре, – сказала бабушка М.

– За год нельзя много успеть, – заметил мистер Биллингтон.

– От него уже давно нет вестей, – вставила я, и голос мой дрогнул.

– В этом нет ничего необычного. С почтой все не так просто. Бэзил, мы, кажется, от тебя вообще ни одного письма не получили, когда ты плавал.

– Я не собирался тратить силы на письма, которые могли вообще не прийти.

– Из чего, – подхватила Грейс, – вы можете заключить, что наш Бэзил не самый энергичный из людей.

Я встретила взгляд Реймонда и увидела, что он улыбается теплой, счастливой улыбкой.

После чая мы с Реймондом пошли погулять в сад, окружавший дом, а миссис Биллингтон и Грейс устроили бабушке М экскурсию по дому.

Реймонд сказал мне, как он рад, что я приехала, и прибавил:

– Трудно поверить, что прошло всего три месяца после нашей памятной встречи на конференции.

– Для меня они промелькнули незаметно. А вам это показалось долгим сроком?

Он взял меня за руку.

– И долгим, и коротким. Слишком коротким, потому что мне хочется видеться с вами дольше, и долгим, потому что мне кажется, будто я вас знаю уже много лет. – Он замолчал, пристально посмотрел на меня и продолжил: – Этот сад – любимое детище матери. Она много работает в нем. Сад и буфет – вот ее любимые занятия. Она наверняка захочет их вам показать.

– Она такая славная, – сказала я.

– Я надеялся, что вы понравитесь друг другу.

– По-моему, нет такого человека, которому она бы не понравилась.

– Я скажу то же про вас.

– О, это совсем иное утверждение, уверяю вас.

Он рассмеялся и сжал мою руку.

Мы поговорили о цветах, но ни я, ни он, не сомневаюсь, о цветах не думали.

Вечером мы поужинали в большой столовой с резным потолком и большим камином. Казалось, что мастер, украсивший затейливой резьбой потолок, стремился к тому, чтобы на нем не осталось ни одного квадратного дюйма свободного пространства.

Застолье получилось веселым, и даже слуги, подносившие все новые и новые блюда под руководством дворецкого, казалось, получали удовольствие от непринужденной обстановки. Я буквально чувствовала направленный на меня со всех сторон интерес.

Я вспомнила, как наши слуги называли Реймонда моим «суженым», и у меня появилось чувство, что в этом доме примерно так же все восприняли.

Разговор, кто бы сомневался, перешел на карты. Все было в точности, как в нашем доме. Мы постоянно говорили о них, а в тех случаях, когда к нам присоединялся Бенджамин Даркин, карты были единственной темой.

Эта семья была точно такая же, как наша, только больше. У меня сложилось такое впечатление, что Биллингтоны занимались тем, чем им нравилось заниматься, ставя перед собой задачи и выполняя их, не забывая благодарить судьбу за то, что она одарила их столь щедро.

Я легко могла влиться в его семью, стать одной из Биллингтонов и провести жизнь здесь, в этом массивном каменном викторианском доме, который иной сторонник чистоты стиля назвал бы архитектурным чудовищем. Да, ему не хватало очарования античности и элегантности более поздних периодов, но мне он нравился, со всеми его причудливыми резными узорами, с его лабиринтом комнат и коридоров, с его каменными львами и драконами, и я знала, что Биллингтоны не променяют его даже на самое красивое поместье во всей стране. И я понимала их.

Наш дом после такого покажется довольно унылым, но пока нам предстояло провести здесь неделю. Мне очень этого хотелось, и я знала, что мне не нужно думать об отъезде… пока что, так же, как не нужно принимать поспешных решений.

Пока мужчины пили портвейн, мы с бабушкой М, миссис Биллингтон и Грейс болтали о том о сем. Когда они присоединились к нам, подали кофе.

– Как же приятно было познакомиться со всем вашим семейством, – удовлетворенно произнесла бабушка М.

Но тут Грейс удивила меня:

– О, вы познакомились еще не со всеми.

– А я думала, вы все здесь собрались, – сказала бабушка М.

– Все, кроме бабушки, – ответила Грейс.

– Нашей бабушке восемьдесят, – пояснил Реймонд. – Она очень хочет с вами познакомиться, но сегодня плохо себя чувствует, и врач сказал, что ей лучше отдохнуть денек. Если ей завтра станет лучше, мы сводим вас к ней.

– Очень хочется с ней познакомиться.

– Она живет прошлым, – сказала миссис Биллингтон.

– Когда на нее находит, она рассказывает удивительно интересные истории про семью, – добавил Бэзил.

Вечер прошел за душевной беседой, а потом, прежде чем ложиться спать, мы с бабушкой М поговорили в ее комнате.

– Какая милая семья! – сказала она. – Глядя на них, мне хочется, чтобы и нас было больше, отчего я начинаю думать о твоем отце в Голландии… с его детьми. Мы все должны быть вместе.

– Почему вы не попросите его приехать?

– Не знаю. У нас с ним не очень хорошие отношения. Он знает, мне не нравится, что он уехал и вышел из нашего дела. Это был настоящий удар. Не знаю, что бы я делала без Бенджамина. Я завидую этим людям. Три сына… Да и девочка разбирается в деле.

– Изготовление карт обладает каким-то очарованием. Похоже, наша жизнь крутится вокруг этих карт.

– Да… Если бы не это, мы бы сейчас здесь не находились. Ты бы не встретилась с Реймондом. Он мне нравится, Анналиса. Я в людях хорошо разбираюсь, и мне он очень нравится. Да мне вся их семья нравится. Мне хочется видеть их чаще. Быть к ним ближе.