Долго и счастливо - Сара Дессен

– И ты поняла это из простого «конечно»?

– Это синтаксис. Контекст. Нужно уметь читать между строк.

– Да там и строк-то нет. Всего лишь одно предложение.

– Два, – вставая из-за стола, поправил меня Кроуфорд. – Там было два предложения.

– Ты что, подслушиваешь? – спросила Джилли. – Иди почитай книгу.

– Это словарь.

– Еще лучше.

Она поднялась и подошла к моей гардеробной, где Бин пыталась жевать одну из туфель.

– Давай обсудим, что имеем, – подняв сестру на руки, сказала она. – Он работает до семи. Но теперь ты не можешь прийти к нему в кафе и встретиться с ним там…

– Почему нет? – поинтересовалась я. – Разве не об этом он попросил?

– Потому что так ты выглядишь еще более отчаявшейся! Не нужно никогда и никого встречать на полпути. Они должны сами приходить к тебе. Он уже написал «конечно», значит, следующие выстрелы должны остаться за тобой.

– Это безумие! – воскликнула я. – Мне не верится, что все продумывают целую тактику, когда дело касается простого свидания.

– Не называй это свиданием, – одернула меня Джилли. – Это слишком формально. Ты просто идешь на вечеринку с друзьями.

В дверь постучали, и на пороге показались КитКат с двумя пакетиками крендельков с солью.

– Что вы тут делаете, девочки? – поинтересовалась Джилли. – Вы сами зашли?

– Нет, нас впустил Уильям, – ответила Кэт. – И предложил нам закуски.

– Это нечестно, – возмутился Кроуфорд. – Я голодный.

– Мама сказала, что ты должна отвезти нас к фургону, чтобы папа отвез на гимнастику, – выпалила Кит, отправляя очередной крендель в рот.

– Она же сама хотела это сделать. Я собираюсь на вечеринку.

– Мама устала и сказала, что ей нужно прилечь.

Мы с Джилли обменялись взглядами. Ее мама напоминала танк. И если она говорила, что устала, это, вероятнее всего, означало: в ее животе кто-то живет.

– В августе я уезжаю в Восточный университет, – прошептала подруга. И мне без разницы, беременна она или нет.

– Кто беременный? – спросил Кроуфорд.

– Никто, – ответили мы в унисон.

Джилли пересадила Бин на другую руку, затем посмотрела на КитКат, сидевших на кровати и уплетавших крендельки.

– Хорошо, я отвезу вас, девочки, а потом вернусь и начну собираться. Луна, давай встретимся в шесть сорок пять у меня дома, а пока напиши «дровосеку» еще раз. Но только адрес вечеринки, который я тебе дала, и больше ничего. Ты должна быть главной. Это очень важно.

– Луна знакома с настоящим дровосеком? – спросил Кроуфорд.

– Нет, – произнесла я.

– Хочу еще крендельков, – комкая пакетик, объявила Кит. – Можно попросить еще один у Уильяма?

– Нет, – сказала Джилли. – Мы уезжаем. Все. Сейчас же! Встали и пошли.

Кроуфорд положил словарь на место, близнецы быстро подскочили, а Джилли прошла вслед за ними к двери. Когда она проходила мимо меня, Бин скорчила рожицу.

Я погладила и поцеловала ее пухлую ручку, в ответ на что она громко рассмеялась.

– Неужели им мало этого выводка? – спросила Джилли, как только все, громко топая, спустились на первый этаж. – Невероятно просто!

– Судя по всему, любовь заставляет людей совершать безумные поступки.

Услышав это, она хмыкнула и, помахав мне рукой, ушла. Как всегда после ухода Бейкеров, комната показалась мне невероятно огромной и тихой. Я села на кровать и пролистала нашу переписку с Лео. Для меня это были просто слова, и я не замечала в них тех нюансов и скрытого смысла, что уловила Джилли. Действительно ли все так, когда вы в постоянном поиске парня? Ведь это ужасно сложно. Но, несмотря ни на что, я сделала как она сказала и отправила ему лишь адрес вечеринки, ни слова больше. Мгновение спустя мне пришло лишь «ОК». От предложений – к словам, а затем просто к буквам. Но мне почему-то не казалось это прогрессом. Скорее, наоборот.