Так близко к горизонту - Джессика Кох

Перед предпоследним боем Дэнни устал и вышел несобранным, за что и получил сильный удар в лицо. Ещё когда он откашливался, вися на верёвках, а Доган безжалостно вдалбливал ему дальнейшую стратегию, пришёл врач и зашил рваную рану над правым глазом пятью швами. Они даже не дали ему сесть и не обезболили рану. Я с трудом удержала Кристину от идеи выбежать на ринг и держать руку, пока его зашивают. Возможно, это способствовало бы тому, что противник, не сходя с места, умер бы от смеха. Я же больше волновалась, что может остаться шрам, так быстро и грубо врач зашил рану. Здесь всё было, как на войне. Кровь стёрли с матов и бой начался снова. Дэнни выиграл и попал в последний раунд. Хотя он выиграл и финальный бой, не прилагая особых усилий, он придерживался мнения, что это участие в турнире было исключением. Несмотря на моё постоянное волнение, мне тоже было грустно.

В воскресенье Дэнни действительно был выдохшимся. С утра он отказался от бега и проспал почти до девяти часов, что было для него необычно. Мы уютно позавтракали в отеле, а после обеда поехали домой.

⁂

В следующие выходные я растянулась на кровати Дэнни и листала журнал. Кристина красила ногти в своей комнате, а Дэнни сидел в гостиной на диване и смотрел телевизор. Лайка свернулась калачиком на ковре в столовой и дремала. Этот сцена могла бы вызвать подозрение, что это общежитие, в котором все перессорились, но всё было не так. Хотя мы и занимались в разных комнатах разными вещами, мы были едины. Если бы мне захотелось общества, я бы могла прижаться к Дэнни на диване. Он принял бы меня с распростёртыми объятьями. Кристина тоже сразу же приняла меня, ещё ни разу она не выгоняла меня из своей комнаты. Я чувствовала себя прекрасно и была довольна, как никогда раньше. Чувствовала, как чудесно быть частью этого. Нашу жизнь нельзя было назвать беспроблемной, нельзя было сказать, что впереди у нас сказочное будущее, но мы втроём были настроены создать лучшую версию из возможных. Пока мы были вместе, ничто не могло сбить нас с пути.

Я всё ещё была поглощена скучными мыслями, когда в комнату зашёл Дэнни.

– Мне надо выйти, – сказал он, сел на кровать и погладил меня по затылку.

– Сейчас? – пробурчала я. – Уже почти девять. Куда это ты?

– Сегодня пятница, девять – это рано, – парировал он. – Рики только что позвонил. Он с Симоном идёт в бар, а потом они хотят на дискотеку. Они зовут меня сходить с ними, как раньше.

Я возмущённо повернулась на спину, и он положил руку на мою ключицу.

– Ты мог бы хотя бы спросить, хочу ли я с вами, – проворчала я.

Он покачал головой:

– Сорри, мужской вечер.

Я схватилась за его руку и приподнялась.

– Дай-ка я угадаю… Вы снова будете играть в игру по добыче номеров?

Он, извиняясь, пожал плечами:

– Думаю, этим всё и закончится.

Я закатила глаза.

– Жалкий изменник, – сказала я обиженно.

Дэнни взял моё лицо в руки, посмотрел глубоко в глаза и прошептал, прижимаясь к моим губам:

– Это всё только шоу. Ты же знаешь. Я всё равно ни одной не звоню.

Моё дыхание ускорилось, а возмущение полностью пропало.

«Чёрт, как он это делает?»

– Знаю, – уязвлённо ответила я. – Мне ты тоже не позвонил.

– Я бы ещё позвонил. Правда. Я же пообещал.

– Бедные девушки днями напролёт ждут твоего звонка и плачут.

«Как я тогда», – прибавила я мысленно.

Он тихо рассмеялся чему-то своему:

– Да ладно, всё не так плохо. Ты же пережила.

– Но с большим трудом. Теперь серьёзно, девушки мечтают, а ты только играешь с ними. Это несправедливо.

Он снова пожал плечами:

– В моей жизни ещё ничего не было справедливым.

Это его способ смириться с жизнью: считать её несправедливой? Я могла это принять, могло быть гораздо хуже.

– Вали уже, – проворчала я и толкнула его с кровати. – Давай, уходи, и горе тебе, если ты проиграешь.

– Спасибо, Даки, – поцеловал он меня. – Ты лучше всех. Не жди меня, я точно приду поздно.

Вскоре я услышала, как на улице заработал двигатель его машины, и вернулась к своему журналу. Я знала, что он вновь вернётся ко мне, и знала, что он мой. Он всегда будет моим.

Я почитала ещё немного, выгуляла собаку, пожелала Кристине спокойной ночи и пошла спать. В какой-то момент подумала о том, что парни сейчас гуляют с девушкой в каждой руке. И лишь с улыбкой потрясла головой. Эта мысль не вызвала во мне и следа ревности.

Кто-то точно кричал. Но я не была уверена, во сне или на улице. Заспанная, я протёрла глаза и посмотрела на радиобудильник на ночном столике. Было начало четвёртого, рядом со мной на кровати всё ещё было пусто. В полусне я повернулась, когда дверь спальни открылась. Вместо Дэнни в дверном проёме стояла Кристина. Свет из коридора падал в комнату, и я могла видеть её широко раскрытые глаза. К груди она крепко прижимала подушку.

– Дэнни? – прошептала она в темноту.

В этот момент она казалась пятилетней девочкой, а не взрослой, почти двадцатилетней женщиной.

– Дэнни ещё не вернулся, – шёпотом ответила я.

– Когда же он придёт? – её голос был слишком тонким и ломким; невозможно было не заметить, что она плакала.

– Я не знаю. Может, ещё через пару часов.

– Окей, – пискнула она и повернулась, чтобы уйти. – Извини, что я тебя разбудила.

– Тина! – крикнула я ей в спину, и она нерешительно остановилась.

– Да?

– Если бы Дэнни был сейчас здесь, что бы он сделал?

Она запнулась, помедлила, пока наконец не призналась:

– Он бы пустил меня к себе.

Я решительно подняла одеяло и похлопала по матрацу:

– Иди сюда.

Она не долго колебалась, потом выключила свет в коридоре и заползла на кровать.

– Что мне делать? – тихо спросила я.

– Ничего, – прошептала она. – Просто быть рядом.

Она прижалась спиной ко мне. Хотя окно было открыто и в комнате чувствовалась прохлада, на мне были только шорты. Наши голые ноги соприкасались, её полуголый зад прижимался к моему животу. От Дэнни в кровати всегда шёл такой жар, что мне было тепло. Он сам спал обычно в футболке и трусах. Когда я представила, что она так же прижималась и к его животу, у меня не получалось поверить в то, что при этом не возникало ничего эротического, как он однажды убеждал меня. Вздохнув, я отбросила эти мысли. Это не имело значения. Я осторожно обняла её. Всё её тело было напряжено, и время от времени она тяжело всхлипывала. Я заботливо убрала растрёпанные пряди волос с её лица, как это сделал бы Дэнни. Как он убирал и мои волосы.