Вопреки, или Ты меня не купишь - Диана Билык

— Что ты имеешь в виду? — жадно выпила напиток, в горле до ужаса пересохло, отставила пустой бокал на стол, снова посмотрела на сцену. Я пыталась быть непринужденной, хотя бы делать вид, но все тело дрожало от напряжения.

— Ничего не имею в виду, говорю то, что вижу. Ты желаешь меня не меньше, чем я тебя.

Я вспыхнула. Щеки обдало кипятком, а по спине поползла новая жгучая спираль. Да как он смеет…

— Я тебя не хочу, — соврала.

Волгин махом выпил вино и, налив себе еще, хохотнул.

— Это мы сейчас проверим, — выпил второй бокал и, оставив его на столе, вдруг поднялся и немного нервно скинул пиджак.

— Пожалуйста, Ренат, не здесь…

Звучало жалобно, но я дрожала от нетерпения, не могла честно себе сказать, что не хочу, чтобы он продолжал.

Волгин повернулся с легкой улыбкой на губах.

— Давай так, — бросил куда-то пиджак и наклонился ко мне, — если ты скажешь «хватит», я остановлюсь.

— Но я хочу посмотреть коллекцию, — звучало фальшиво, муж это тоже заметил, слабо покачал головой.

— Не этого ты хочешь. Не этого я хочу.

— Ты домысливаешь, — отстранилась, пытаясь влипнуть в спинку дивана. Я вся пылала. От его близости, от хмельного взгляда, от хищной улыбки и даже упавших на глаза волос. Волгин — соблазнитель, каких поискать, и я не знаю, как с такими вещами соперничать.

— Я вижу по твоим глазам, — муж мягко коснулся кончиками пальцев моих век, пересчитал ресницы, вызывая микро-взрывы по всей коже. — Слышу по твоему дыханию, — переместил руку и закрыл пальцами рот, не позволяя сделать вдох, пришлось шумно втянуть носом. — Чувствую, как сильно и часто бьется твое… — сорвался ниже и накрыл ладонью колотящееся в груди сердце, сместил немного ладонь и порочно-медленно сжал грудь. Камешки сосков покорно уткнулись в чашу его руки.

— Рена-ат…

— А еще… я знаю это по пряности твоей влаги, — рука отпустила грудь и нагло вползла под разрез платья. Накрыла трусики, заставив меня ахнуть и покраснеть еще сильнее.

— Здесь же люди… — выдохнула я, кусая губы, туманно глядя в глаза напротив — темные, будто в серой мгле внезапно образовалась черная дыра.

— Нас никто не видит, — придвинулся ближе, вжал меня в диван, наклонился к губам. Пальцы перекатывали влагу, поглаживали лепестки, а я тряслась от невозможности остановиться и запретить ему продолжать. Это унизительно — не владеть собой, когда хочется быть сильной.

Что он со мной сделал?

— Но я… — захлебнулась новой волной ощущений, когда муж нажал на плечи, заставляя лечь меня поперек дивана и запрокинуть голову.

Платье оказалось на талии, трусики плавно сползли на пол, оставляя на коже след мурашек, а ноги по велению сильных и властных рук раскрылись.

— Что, ты? — прошептал Волгин, целуя мои колени, поглаживая между ног, лаская бугорок. — Ты моя жена, и я хочу тебя безумно.

— Я девочка еще, — смогла выдохнуть, когда губы Рената накрыли клитор и выхватили из меня жалкий сдавленный стон.

— Я знаю, милая. Знаю, — обжигая ударами языка, выталкивая из груди не стук сердца, а колокольный звон.

— Мне страшно, — выдохнула, выгибаясь от приятных ощущений и накатывающей волны удовольствия.

— Я слово дал, что не обижу, — Ренат приподнял голову, а я сжала на ногах пальчики — так было без него плохо, холодно и хотелось еще. Еще. Еще. Его прикосновений и власти. — Ты должна довериться, Сеня. Дальше будет легче, вот увидишь. Сможешь? — потрогал разгоряченную точку языком, немного ввел пальцы, чтобы снова отстраниться и заглянуть в мои глаза.

— Смогу, — порывистым шепотом.

— Привстань на секунду, — он подал мне руку.

Вставать было стыдно — за стеклом гудела толпа, лучи света выплясывали и кружились.

— Нас не видно, — убедил меня Ренат и придержал за спину, когда я подалась вперед. Он наклонился, что-то нажал на сидении и разложил диван.

Меня качнуло от мысли, что здесь, или где-то в подобном месте, он уже спал с женщинами. Возможно, с покойной женой.

Стало холодно и больно.

— Только не говори, что с ней ты тоже был здесь, — прошептала, подрагивая.

Волгин выпрямился, тряхнул головой.

— Это уже не важно.

— Для меня важно, — я зло одернула платье и отступила. Запуталась в ткани каблуком и упала навзничь.

Волгин прыгнул в мою сторону и успел оттолкнуть угол стола — иначе я бы угодила в него виском.

— Дурочка. Дикая и необъезженная кобыла! — рявкнул Ренат и запечатал мой рот глубоким поцелуем, не позволив возмутиться или испугаться. Я даже толком и не ударилась, оказалась за секунду в кольце его сильных рук и во власти языка.

Муж придерживал мой подбородок ладонью и тянул его вверх, углубляясь настолько, что я не могла дышать. И не могла остановиться.

Когда он прервал поцелуй, у меня потемнело в глазах, но я нашла в себе силы яростно просипеть:

— Это не случится здесь. Я не хочу.

— Мы с женой никогда не были в таких местах, — вымученно выдавил Волгин. — Мы жили скромнее и по театрам бегать не хватало времени. Хватит ее терзать, Есения, — он злился, — прекрати это! Нашла болезненную точку и играешься? Приятно?

Его красивые губы перекосило, скулы сжались, задрожали желваки.

— Я не… — дернулась, пихнула ладонями в каменную грудь. — Пусти меня.

Ренат толкнул меня в плечо, не сильно, но я ударилась о ковер затылком и откатилась в бок. Муж с чередой матов отодвинулся подальше, присел около дивана и, согнув колени, опустил голову. Рванул волосы так сильно, что послышался хруст.

Сердце колотнулось в груди и ударило в ребра, оглушая. Я выдохнула. Потом еще и еще. Побитый вид Рената заставил меня опомниться. Я ведь не такая — не стану причинять боль тому, кто ее не заслужил.

Но он купил меня! Ради чего не сказал, но не его вина, что первую жену он все еще любит и страдает. Я не должна быть такой бессердечной. Нужно прекратить это — мы друг другу не враги.

Присела рядом с мужем, нырнула ему под руку.

— Я… не хотела… Ренат, п-прости, пожалуйста. Ты ее сильно любил, да?

Волгин окаменел, настороженно выглянул из-под руки, и когда я коснулась ладошкой его пояса, дрогнул. Хотел перехватить мою руку, но я его шлепнула и цыкнула.

— Сеня, не нужно сейчас. Я остыл. Мне полегчало.

— Но я не остыла, и… — повела ладонью ниже, щупая его идеальное тело, пересчитывая дуги ребер, кубики пресса, ниже, ниже… и накрыла возбуждение. — Ты обманываешь меня. Тебе нужен секс, а мне нужен опыт — давай друг другу поможем?

— Мне не нужен секс, — огрызнулся.