Вето на девочку - Виктория Волкова

«Сейчас главное вывезти Катьку!» – думаю я в отчаянии. Оправить куда подальше. А тут адвокаты закроют вопрос.

«Стыдобище-то какое, господи!» – хожу из угла в угол. И как затравленный пес, не могу подойти к Насте. Понятия не имею, как рассказать о навалившейся беде. А когда моя любимая сама уходит на встречу с родственниками, выдыхаю с облегчением. И очень надеюсь порешать все вопросы до Настиного возвращения.

– Я выбираю Дубай, – деловито заявляет Катерина. И меня передергивает.

– Нет, моя дорогая, тебя никто не спрашивает. Ты вылетаешь первым же рейсом. Иначе тебя закроют. Это понятно?

Вглядываюсь, не скрывая эмоций в совершенно спокойное лицо. Я тут из штанов выпрыгиваю. А Катерина Александровна просто уверена в своей непогрешимости.

– Папа, клянусь, я ничего не знаю. Это Антон все. Мы с ним дружили. Но я не знала, чем он занимается…

– Ну да, конечно, – усмехаюсь горько. – По данным следствия, ты присутствовала на всех сборищах банды. Отправляла сообщения жертвам. Я не прошу тебя покаяться. Ты на это не способна. Я хочу лишь одного. Просто исчезни из страны.

«И из моей жизни», – добавляю мысленно.

– Собирайся. Сейчас тебя отвезут в аэропорт. Самый первый рейс на Стамбул.

– А деньги? Как я буду жить? Ты подумал? – с вызовом заявляет Катерина.

– Условия остаются те же, – пожимаю плечами. – У меня и так из-за тебя полно расходов. Придется нанять адвокатов, чтобы вывести тебя из-под следствия. Плюс мое честное имя. Тебе удалось запятнать и его.

– Но я не виновата! Поверь мне! – вскрикивает Катерина. На глазах стоят слезы. Но я не верю ни одному ее слову.

– Не могу, Кать, – устало мотаю головой. – Ты подставила Настю с этой дурацкой курткой. Втравила ее в историю с Эриком Тавлеевым. Заставила искать деньги и тут же прикидывалась понимающей подругой. Ты и сейчас пытаешься ее очернить. И хочешь, чтобы я поверил в твою невиновность?

– Папа, папочка! Верь мне! Это Масловский меня подставил! – кидается ко мне Катя. Но я демонстративно делаю шаг в сторону.

– Прекрати, – морщусь, как от боли. И добавляю ровным голосом: – Сделай, как я велю. Потом поговорим, Катя.

– Хорошо, – обмякает она. – Как скажешь, – роняет печально.

– Сейчас распоряжусь насчет машины, – киваю спокойно. Катя сдается, но почему-то меня бесит ее смирение.

Сука! Разве я мало горбатился на этих гребаных галерах, чтобы ее обеспечить? Какого хрена полезла в криминал? На жизнь не хватало? И как теперь в глаза смотреть тому же Гере Лиманскому или Славке Градову? Капец, а не ситуация…

Эту дрянь придется отмазывать. Иначе сам испачкаюсь по самое не балуй. Хотя по большому счету, этого делать нельзя. Катерина и так привыкла к полной безнаказанности. И что отмочит дальше, один черт знает. Его подружка!

– Денис, – киваю водителю, сидящему на диване. – Катю в аэропорт отвези, пожалуйста. Проводи до гейта. Там посадка уже началась…

– Так точно, – кивает Денис. – Сейчас выезжаем?

– Да, – роняю я и обалдело смотрю по сторонам. – Пацаны, а Настя еще не приходила?

– Она поднялась наверх, постояла в холле и пошла выгулять Жужу, – с улыбкой сообщает мне Юра, молодой охранник из моей лички.

– Какого хера ее выгуливать? – рычу я, еле сдерживаясь. – Эта псина ходит на пеленку… Кто-то пошел следом? Или ждете моего приказа?

– Митя побежал, – докладывает Денис.

– Езжай уже, – дергаюсь я.

И вернувшись в кабинет, застаю дочь у окна.

– Красиво тут, – вздыхает она. – Надеюсь, я буду жить на вилле около моря, – добавляет с вызовом.

– Пока, Катя, – игнорируя глупенькие мечты, отрезаю негромко. – Целоваться не будем, – бодаю головой воздух, когда дочка кидается ко мне прощаться. А затем смотрит обалдело.

– Папа…

Отвернувшись, даю понять, что аудиенция окончена. С меня хватит! И Настя запропастилась где-то. Поднявшееся раздражение волной захлестывает тревога. Куда пошла и зачем?

За спиной оглушительно хлопает дверь. Катя прикладывает ее с особым чувством.

«Вот же стерва!» – морщусь я, как от боли. Но не поворачиваюсь. Не бегу следом. Все уже закончилось. Пора бы выдохнуть. Но я чувствую назревающий трындец. Ощущаю, как накаляется вокруг атмосфера.

«Что-то с Настей?» – екает сердце. А когда с улицы возвращается запыхавшийся Митяй, меня клинит окончательно.

– Я оббежал весь двор. За калитку выглянул. Нигде нет. Как сквозь землю провалилась, – докладывает он мрачно.

– Камеры наблюдения, быстро! – рявкаю я, понимая, что случилось самое страшное. Моя девочка услышала Катины сумасшедшие вопли и ушла. От меня. Насовсем.

«Почему не поговорила? Что за блажь?» – тру виски, с ума сходя от бессилия. И как только моя служба безопасности получает доступ к камерам наблюдения, сам, не отрываясь, пролистываю записи.

Вот Настя выходит из лифта в холл, затем во двор. Я не вижу ее лица. Но и так ясно, что девчонка расстроена. Плечи опущены, голова тоже.

– Точно все слышала! – шепчу, ощерившись.

И срываюсь с катушек, когда на улице моя девочка падает на грудь здоровому мужику в распахнутом черном пальто.

«Брат, наверное», – прислушиваюсь к голосу рассудка. Про братьев в досье ничего нет. Но сведения о папаше мои пацаны пробивали. И этот тип на Настиного батю похож. Просто одно лицо. Только моложе.

Настя плачет у него на груди. И я подрываюсь с места. Сейчас бы догнать Катерину и лично доставить ее в полицию. Пусть огребет по полной! За каждую Настину слезинку!

Но вцепившись в мышку, смотрю на экран.

А этот козлик зря времени не теряет. Словно больную, бережно ведет Настю к машине. И усадив сестричку, сам прыгает за руль. Машина трогается, увозя мою Настю.

– Где она? Быстро пробейте по телефону. У Жужи в брелке маячок. Срочно найдите их! – велю безопасникам. Тяжело поднимаюсь из-за стола. И подойдя к окну, смотрю на черные тучи, нависшие над городом.

– Александр Георгиевич, можно? – робко заглядывает в кабинет экономка.

– Если что-то очень срочное, – бурчу, не поворачиваясь.

– Я тут обнаружила, когда в ванной убирала, – шепчет она робко.

– Шеф, – напряженно зовет меня Юра.

Разворачиваюсь, не скрывая раздражения. Первым делом замечаю растерянное лицо экономки, а затем перевожу взгляд на морщинистые пальцы, сжимающие пузатый диффузор с дурацкими палками. Таращусь на белую тонкую картонку, застрявшую посредине.

В полшага оказываюсь рядом и чувствую, что заранее знаю ответ. Выхватываю двумя пальцами тест и как дурак пялюсь на отчетливые две полоски.

– Спасибо, – киваю растерянной женщине. И как только она выходит из комнаты, со всей силы бью в стену.

Нет, не так я хотел узнать о Настиной беременности! Совсем не так…

Охрана отворачивается. Да оно и понятно. Тут слова не