Опекун. Вне закона - Ронни Траумер

– Если вам что-то нужно будет, звоните в любое время, – поворачивается назад и протягивает бумажку с номером телефона. – И обдумайте то, что я вам сказал в клинике, – добавляет, и я киваю, после чего прощаюсь и выхожу из машины.

Иду к подъезду, но не успеваю и ручки двери коснуться, как та распахивается, и выходит молодой мужчина в джинсовой куртке с меховым воротником.

– Каролина Аксёнова? – спрашивает мужчина, смутно знакомый.

– Я-я, – отвечаю, нахмурившись.

– Следователь Белов, могу я задать вам пару вопросов? – вежливо проговаривает, но по его лицу вижу, что эта вежливость сквозь зубы.

– Если только быстро, мне домой надо, – делаю шаг назад, чтобы не перегораживать выход из подъезда.

– Конечно, – кивает следователь и также отходит к скамейке. – Вам знаком человек по имени Степан Булатов?

– Нет, – качаю головой.

– То есть вы не в курсе его конфликта с Самойловым? – он смотрит на меня, будто сканирует.

– Нет, не в курсе, – вздыхаю, уже понимая, что бы я ни ответила, он мне всё равно не поверит.

– Какие у вас отношения с господином Самойловым? – следующий вопрос заставляет напрячься.

– Нормальные, – сухо отвечаю, потому что я и сама не знаю, в каких мы отношениях. Вчера я его ненавидела, утром в любви призналась.

– Вы прожили в его доме три месяца, работали секретаршей…

– Личной помощницей, – поправляю его я. – Это разные вещи.

– Помощницей, да, – кривит рот мужчина. – Ничего не замечали? Может, к нему приходил кто-то? Возможно, слышали что-то подозрительное?

– Он владелец крупной компании, к нему постоянно кто-то приходит, – вздыхаю устало.

– А вы любовники, да? – вдруг спрашивает, и я даже дар речи теряю.

– Это вас не касается…

– Меня всё касается, если это поможет делу, – нагло перебивает и опять смотрит сканирующим взглядом.

– Товарищ милиционер, отстаньте от девушки, – раздаётся сбоку женский голос.

– Комарова, вернись в машину, – цедит сквозь зубы следователь.

– Вы простите его, он не особо тактичен, но полицейский он хороший, – даже не думая выполнять приказ, милая блондинка подходит к нам.

– Комарова, твою же… – замолкает, а я вижу эти искры между ними и снова улыбаюсь.

– Мы всего лишь пытаемся выяснить, что случилось, и почему господина Самойлова, чуть не отправили на тот свет. Это наша работа, – разводит руками, улыбаясь по-доброму.

– А вы?.. – прищуриваюсь.

– Я Варя, – протягивает руку. – Помощница этого деспота, – хихикает, пока тот самый деспот кипит от злости.

– Понятно, – улыбаюсь девушке в ответ. – Простите, я всю ночь не спала, всё как в тумане, – искренне проговариваю. – Булатова я не знаю, даже не слышала никогда о нём, враги у Марата… Давыдовича, может, и есть, он всё же бизнесмен, – усмехаюсь. – Но за эти месяцы я не слышала и не видела ничего подозрительного.

– Поняла, спасибо вам за сотрудничество, хорошего дня, – произносит девушка и, схватив за локоть следователя, тянет его к припаркованной неподалёку машине.

– Я тебя прибью, Комарова, – шипит на неё мужчина.

– Не прибьёшь, – уверенно заявляет блондинка.

Смотрю им в след и улыбаюсь, любовь в воздухе витает, и так хочется, чтобы все были счастливы. И кажется, вроде всё налаживается, сердце радостно бьётся в груди, мысленно я уже в пышном свадебном платье и детишек уже нарожала. Понимаю, что эти мысли от переизбытка эмоций, но мечтать ведь никто не запрещает. Да и мечтать мне недолго, впереди ждёт ещё много испытаний, и сердце ещё не раз разобьётся.

Глава 17

Марат

– Вы бы остались у нас ещё пару деньков, всё же две операции, – ворчит над ухом мой лечащий врач.

– Я хорошо себя чувствую, не вижу смысла лежать без дела, – в который раз отвечаю, пока Карим помогает мне надеть толстовку на молнии.

– Рана не зажила, давление не нормализовалось…

– Лев Андреевич, – перебиваю его словесный поток. – Спасибо вам за работу, но я еду домой, – проговариваю тоном, не терпящим возражений.

– Ладно, – поднимает руки в сдающемся жесте. – Но если что…

– Я вас найду, не переживайте, – хмыкаю, и он кивает понимающе.

– Ну что, больной? – раздаётся голос Сени за спиной. – Пулю домой забрал? – хлопает по плечу друг, заставляя сжать зубы.

– Зачем? – поворачиваюсь к нему.

– Как? В коллекцию, – с усмешкой смотрит на меня. – Ожерелье собрать можно.

– Иди ты, – махнув рукой, сажусь на кровать, чтобы сменить наконец тапки на кроссовки.

– Подожди, – останавливает меня Сеня, когда я наклоняюсь. – Видно, что болит, но всё равно напрягается, – бурчит недовольно.

– Все со мной в порядке, – возмущаюсь, но морщусь.

– В паспорт заглядывай иногда, – бьёт словами под дых, обувая меня.

И так мысль, что я Каролине в отцы гожусь, покоя не даёт, ещё и он давит на больное. Но мне уже плевать на возраст и другие обстоятельства. Я чуть не сдох и, пока падал на мокрый асфальт, её видел. Такую красивую, нежную, добрую и искреннюю. Хрен я уже отпущу эту девочку. Давно надо было послать всё к хренам собачьим и взять то, что моё. Она моя, и я заберу её домой, к себе.

– Как дела? – интересуюсь у Сени, когда мы идём по коридору на выход из пропитанного лекарственным запахом здания.

– Если ты о бизнесе, то нормально. Объявился один конкурент, но фигня, – отвечает и что-то в молча обдумывает.

– Кто такой? – спрашиваю, нахмурив брови. – Помочь чем-то?

– Владелец «МоторВитта», – произносит сквозь зубы имя его конкурента. – Двадцать с лишним лет сидел в своей Европе, руководил бизнесом оттуда, а сейчас решил вернуться и забрать себе авторынок, – Сеня старается быть спокойным, но я вижу, как он злится.

– Ну шансы у него минимальные, – уверенно говорю, зная своего друга и то, как он отдает себя работе.

– Естественно, – а вот он не особо уверен в этом, судя по тону.

– Сеня? – сжимаю его плечо, заставляя остановиться. – В чём дело? – прищуриваюсь, всматриваясь в его лицо. – Ведь что-то не так.

– Объясню на твоем примере, – нервно хмыкает. – Ты держал три месяца в своем доме девчонку, зачем?

– Защитить от Булатова, – отвечаю, кивнув, уже начиная понимать, куда он ведёт.

– Нет, – мотает головой он. – Потому что на тебя было, чем давить, вернее, кем.

– Ну на тот момент не было, и у Булатова были причины навредить Каролине, не вплетая меня в эту историю, – напоминаю о прошлом.

– Суть та же – пока у тебя нет семьи, близких, тебе нечего терять…

– Ты можешь внятно говорить, а не этими загадками? – перебиваю, взбесившись. – Тебе