Окровавленная красота - Элла Филдс

Я ухмыльнулась.

— Белль — моя любимица. Нас объединяет любовь к книгам. — «И зверям», прошептало что-то внутри меня.

Услышав, как кто-то прочистил горло позади меня, я вздрогнула, а Лу-Лу хихикнула.

— Это просто Мурри.

Выпрямившись, я натянула улыбку и, обернувшись, увидела в дверях Мурри, вытирающего руки полотенцем.

Он не смотрел на меня, и я догадалась, что он все еще не оправился из-за разбитой мной одной из его любимых тарелок.

— Вам пора принимать ванну, мисс Лу.

— Где папа? — спросила она.

— Занят в библиотеке. — Мурри жестом руки показал Лу-Лу поторопиться, отчего она застонала.

— Может ли мисс Клейтон помочь мне вместо него?

— Э-э, — я начала колебаться, когда Мурри поднял свои брови вверх. — Я не знаю…

Тогда Мурри ухмыльнулся, и я постаралась не вздрогнуть, вообще никак не реагировать на то, каким жутким при улыбке становилось его лицо от шрамов.

— Если она захочет, конечно. Я даже позволю тебе показать ей, где что находится.

Даже не оглянувшись, он зашагал прочь, а я от неуверенности открыла и закрыла свой рот, словно рыба, брошенная на берег.

— Готова? — Лу-Лу засунула цветные карандаши обратно в баночку.

— Ах, да.

Взявшись за руки, мы вышли из комнаты и пошли по коридору, и Лу-Лу, видимо из-за приподнятого настроения, начала размахивать нашими сцепленными ладонями. Затем стала принюхиваться и в безудержном восторге сказала:

— Лазанья. Я люблю лазанью!

Вдыхая аппетитный аромат, я поняла, почему она была вне себя от радости.

Я последовала за ней обратно наверх, и мы продолжили путь по противоположной стороне коридора, в то место, где находилась небольшая ванная комната. Зеркальная версия той, что находилась в боковой части дома, и которой я пользовалась, но отличающаяся размером и наличием игрушек и косметики для девочек.

Лу-Лу самостоятельно умылась, но под моим строгим контролем, а затем я помогла ей вылезти из ванны и завернула в фиолетовое полотенце. Пока она натягивала ночную рубашку, которую, должно быть, приготовил Мурри, я вытащила все игрушки из ванны и слила воду. Спустившись вниз, мы пошли на запах лазаньи на кухню, где Мурри раскладывал ее по тарелкам на островке.

Лу-Лу забралась на табурет, притянув к себе тарелку, затем посмотрела на меня. Она похлопала по табурету рядом с собой, но, глядя на спину Мурри, который что-то мыл в раковине, я проигнорировала свой голод.

Я должна вернуться домой, и не было никакого смысла налаживать нормальные отношения с семьей, которая была совсем не такой.

— Ты ешь. Мне нужно кое-что уладить.

Лу-Лу нахмурилась, надув розовые губки.

— Что уладить? Ты не голодна?

— Я поем позже. — Махнув рукой, я начала пятиться назад.

— Ты поможешь мне с одеялом сегодня вечером?

Черт.

Я не медлила с ответом, понимая, что Лу-Лу, как бы многого она ни знала, все равно отличалась проницательностью. Она бы не поняла, что мои колебания не имели к ней никакого отношения — это из-за ее отца.

— Зайдешь за мной, когда почистишь зубы.

Лу-Лу пришла ко мне в восемь часов, прервав игру в гляделки, которую я вела с лесом за окном.

Словно зловещая тень, Томас появился в дверном проеме позади нее.

Он снял пиджак и закатал рукава белой рубашки на загорелых гладких руках. Его вены вздувались при каждом движении рук.

Он прочистил горло, и я вспыхнула из-за того, что была поймана за подглядыванием. Подняв на Томаса взгляд, я наткнулась на его удивленный.

— Лу хочет пожелать спокойной ночи.

— Не-а, — сказала Лу-Лу, уперев руки в бока и возмущенно поджав губы. — Мисс Клейтон сказала, что поправит на мне одеяло.

В одну секунду Томас, казалось, облизал зубы, и вздохнул.

— Пожелай спокойной ночи, Лу, или сказку на ночь ты не получишь.

Лу-Лу выглядела так, словно вот-вот заплачет, и я, наконец, смогла отлепить язык от нёба, где он находился с тех пор, как меня поймали за разглядыванием рук Томаса.

— Все в порядке. — Я встала со своего места. — Я обещала ей.

Томас нахмурил брови.

— Тебе не обязательно выполнять каждый ее каприз. Может, я и богат, но она способна время от времени поступать не так, как ей хочется.

От его сухих слов мне захотелось рассмеяться. Я подавила это желание, пройдя по покрытому ковром полу, и взяла Лу-Лу за руку.

— Я хочу. — Встретилась с ним взглядом. — И я не нарушаю обещаний.

Томас сузил глаза, внимательно глядя на меня, и в его взгляде я уловила нечто, что боялась признавать, затем он кивнул. Я коснулась его руки, когда он не сдвинулся с дверного проема, загораживая нам проход, и почувствовала его горячий взгляд на своей спине, пока мы не вошли в комнату Лу-Лу в другом конце коридора.

Она находилась через две двери от комнаты, которая, как я догадалась, принадлежала Томасу, и была со вкусом оформлена в розовых и пурпурных тонах. Стены были в бело-розовую полоску, ковер — в желтый подсолнух, а художественные работы наклеены на каждую поверхность, как будто ни у кого не хватило духу выбросить что-либо, созданное Лу-Лу за эти годы.

Большое место занимала двуспальная кровать, окруженная шелковыми фиолетовыми занавесками, которые были привязаны к белым столбикам, стоящие у стены. Я помогла ей убрать лишние подушки и собрать игрушки, которые Лу-Лу должна была взять с собой во время сна, пока она перечисляла причину для каждой.

— Мистеру Ходжу-Поджу становится одиноко, а я люблю хорошо выспаться. — Она раздраженно сморщила нос, ткнула игрушку и устроилась поудобнее под пуховым одеялом. — Мне надоело слушать его нытье.

Я фыркнула от смеха, не в силах сдерживаться, а она подняла голову и долго смотрела на меня.

— Как долго вы здесь пробудете, мисс Клейтон?

Этот вопрос одновременно освободил и загнал меня в ловушку. Потому что он напомнил мне, что я могу уйти. Очевидно, я не была заключенной, подвергавшейся пыткам или приговоренная смертью. Именно это осознание поймало меня в сети, потому что, глядя на Лу-Лу — признавая, как сильно кольнуло мое сердце при мысли о возвращении к тому, что осталось от моей жизни за стенами замка, — я поняла, что не готова к реальности.

Меняя тему, я провела руками по обложке книги, которую она выбрала, «Белоснежка», и спросила:

— Ты знаешь мое имя?

— Нет, — зевая, ответила девочка.

Я открыла книгу на первой странице, заметив надпись, и остановилась.

Для моего собственного маленького гнома. Желаю тебе вырасти такой принцессой, которая всегда сможет сама себя спасти.

У меня защипало в глазах, и