Две полоски. Двойная ошибка - Ольга Дашкова

Глава 38

Не знаю, как справилась с собой, когда Клим ушел. Держалась только ради сына, не показывая ему свой страх и слезы. Ванька задавал много вопросов: кто его папа, почему не приходил раньше и почему ушел сейчас, и вообще – вернётся ли он снова? Словно цеплялся за этот краткий миг, что видел его, а мне от этого было еще больнее. Говорила, что он вернется, но сама не верила, а еще не понимала, что произошло с Марком. Чувствовала каким-то обостренным восприятием происходящего, что с ним что-то случилось. Пальцы холодели, пыталась их согреть горячим чаем, обнимая кружку. Но мысли были одна ужасней другой: зная, чем занимаются Шахов и Аверин, – врагов у них должно хватать.

Если за них так всерьез взялись службы, значит, копают уже долго, а зацепиться не за что. И я не просто удобный случай, а последний шанс, судя по нервным действиям козлов, что меня прессовали в подсобке кафе.

В голове не укладывалось, что Гера действительно засланный шпион, и что я могу иметь такую большую ценность. Он все эти годы жил рядом, караулил, втирался в доверие, чтобы вот сейчас выступить со своим сольным номером? Или его умело завербовали и заставили следить за мной в надежде на то, что мои любовники вспомнят обо мне через шесть лет?

Бред.

Когда услышала тихий стук в дверь, вздрогнула от испуга, подошла, аккуратно заглядывая в глазок, но открывать не стала, как велел Клим.

– Оль, это я, открой, поговорить надо.

Поморщилась, чувствуя горечь во рту. О чем вообще мне с ним разговаривать? Но все-таки приоткрыла дверь, оставляя просвет длинной с цепочку.

– Говори и уходи.

– Оля, все не так, как ты подумала…

– А ты откуда знаешь, как я подумала? Тебе откуда знать, что думает человек, за которым, оказывается, следят, втираются в доверие к ребенку и притворяются милашкой и душкой?

– Все не так, но те люди, с которыми ты связалась, они преступники…

– Откуда тебе знать? Для меня ты вообще душка-сосед, помешанный на «железе» и увлеченный компьютерными играми, – перехожу на громкий шепот, накатившее раздражение зашкаливает, не хочу его видеть и слышать.

– Оля, я не враг, как ты решила, я на твоей стороне, и, если ты дашь показания, мы сделаем все, чтобы они не преследовали тебя и твоего сына.

Стою ошарашенная.

Может быть, я реально чего-то не знаю? От кого этот сраный Робин Гуд собирается меня с Ванькой спасать? От чего? Что Марк с Климом могут сделать мне и своему сыну ужасного?

– Послушай меня сюда, тварь лживая, – вцепилась в дверь до ломоты в суставах. – Ты никто в сравнении с ними! И не смей меня пугать, как твои, сука, сраные дружки, вот они как раз и обещали натравить на меня органы опеки, если я не стану сотрудничать и не расскажу им все, что слышала.

Это, по-твоему, помощь?

Даже в полумраке подъезда и тусклого света из прихожей вижу, как Гера побледнел, как дернул подбородком и сделал шаг назад, поджав губы. Правильно, пусть лучше молчит. Может быть, я и дура, каких не видел свет, может быть, я совершаю глупость.

Но именно такую я совершила шесть лет назад, будучи запуганной девчонкой, которая пошла на поводу спецслужб и сделала шаг в номер шикарного отеля Дубая.

Закрыла дверь, не дожидаясь, что ответит сосед, пусть катится к чертям, я не собираюсь ни на кого стучать. Взяла телефон, проверяя сообщения или пропущенные звонки, ни того ни другого не было. Хотела написать Климу сама, но не стала, боясь, что он не ответит, а я начну накручивать себя еще больше.

Ваня уже спал, подошла, убрала игрушки, с которыми он заснул. Фигурки двух супергероев, с которыми он никогда не хотел расставаться. Словно напророчил, что они появятся в его жизни. В нашей жизни.

Я все еще не могу сама понять, кто его отец – именно биологический. Ваня похож на них обоих, и от этого еще сложнее. Перед глазами все еще стоит момент, как Клим сидел на корточках около Вани, как смотрел на него. Пусть я совсем не знаю Шахова, но я уверена: ни он, ни Марк не причинят ему вреда.

Не сразу услышала, как кто-то стучит на дверь. Насторожилась, подошла, стук повторился. Кто бы это мог быть? Заглянула в дверный глазок – это была Лара. Она стояла, опустив голову. Странно, почему она просто не позвонила несколько раз в дверь, как она обычно это делает, громко и настойчиво оповещая всех о своем приходе?

– Лар, что случилось? – открыла дверь, не сняв цепочку.

– Оль, я это, хотела спросить… Масло. Да, мне нужно масло растительное, нет, сливочное, хотела Жорику каши сварить утром, он любит рисовую с маслом.

Лара странно себя вела – всегда шумная, сейчас она что-то мямлила под нос, все так же опуская глаза, и часто смотрела в сторону, растрепанная, взволнованная.

– Так пустишь, нет?

– Да, конечно. Заходи, только я не понимаю…

Я не успела договорить, на кухне зазвонил мой телефон. Но как только я убрала цепочку замка, дверь резко распахнулась, в квартиру вломился незнакомый мужчина, резко оттолкнув Лару в сторону и схватив меня за горло.

– Со мной пойдёшь, сучка.

– Но… – Оля, прости, прости меня, пожалуйста, он сказал, что навредит Жорику, я не могла… Я не могла иначе, Оля, прости меня… Лара говорила, захлебываясь слезами, а меня потащили вниз – необутую, зажав рот, практически перекрывая кислород. Страх парализовал, несколько раз больно ударилась локтем, цепляясь пальцами, ломая ногти о грубую ткань куртки своего похитителя. Не за себя боялась, за Ваньку, он остался один, его некому защитить, и Клим не приехал, хотя обещал. На улице мужчина схватил меня еще сильнее, практически подняв на руки, понес в сторону, дальше я помню лишь отвратительный запах курева, перегара, чей-то еще голос. – Свяжи ее, а то прыткая больно. – Я иначе ее утихомирю. Да, сучка? Ты же не хочешь, чтобы я разложил тебя прямо здесь? Толстые пальцы сжимают челюсть, во мне сейчас лишь дикая паника и парализующий ужас. Я такое видела лишь в кино и не представляла, что все это может случиться со мной в реальной жизни. Где хваленая служба, которая следит, где чертов Гера и, главное – где Шахов, который обещал приехать?

Глава 39

Устало смотрю на часы, потом в мутное большое зеркало напротив одинокого стола и двух стульев. Скудный интерьер помещения