Жестокие игры - Диксон Уиллоу

— Так они дают тебе возможность отследить их, потому что считают, что ты не сможешь их отследить?

— Я бы так предположил.

— Или, может быть, они хотят, чтобы их поймали.

Я бросаю взгляд на Джекса.

— Подумай об этом, — продолжает он. — Видео с бассейна и коридоров были совершенно чистыми, но они добавили бэкдор в телефон? Это огромное отклонение от их обычного способа действия.

— Ты думаешь, что пропустил что-то в других видео? — спрашиваю я Джейса.

— Возможно. — Джейс раскачивается на стуле. — Маловероятно, но возможно.

— Я думаю, нам нужно смотреть на мотивы, стоящие за заданиями, а не на сами задания, — говорит Джекс.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я.

— Первый взлом был связан с тем, что они работали с кем-то, чтобы убрать Феликса. Они так же виновны, как и тот, кто пытался его утопить, поэтому логично, что они постарались замести следы, поскольку были причастны к покушению на убийство. С машиной все, наоборот. Они помогли Феликсу и пошли против тех, с кем работали. Возможно, они встроили туда бэкдор, ошибку или что-то еще, потому что хотят, чтобы мы следовали за ними.

— Возможно, особенно если их заставили помочь с бассейном и теперь они чувствуют себя виноватыми, — задумчиво говорит Джейс. — Но нет смысла пытаться понять, почему это там, пока я не узнаю, куда это ведет и что мы из этого узнаем. Насколько мы знаем, это ловушка, и я уйду в тупик.

— Итак, у нас есть киллер, который охотится за Феликсом, и хакер, который, возможно, передумал и пытается нам помочь, который может просить о помощи, а может и нет, но может и просто издеваться над тобой для развлечения, — подытоживаю я.

— В общем-то да, — подтверждает Джейс.

Джекс откидывается на диван и несколько раз переворачивает телефон в руках.

— Я не знаю, чем Феликс так разозлил кого-то, но это слишком большие усилия, чтобы убить студента колледжа.

— Да, — соглашаюсь я. — И это еще и самый неэффективный способ.

Джейс кивает и щелкает жевательной резинкой.

— Все это похоже на работу дилетанта. Есть десятки способов убить человека, не оставив следов, и еще больше способов, которые сделают это похожим на несчастный случай. Но они выбрали утопление и наезд на машине. Эти методы грязные и оставляют следы. Мы имеем дело не с профессионалом. Это явно заказное убийство.

Я киваю.

— Да. Я тоже так думаю. Ты нашел что-нибудь в файлах студентов или преподавателей?

Джекс качает головой.

— Ничего полезного.

— Я не нашел никаких доказательств того, что файлы были подделаны, — говорит Джейс. — Но это не значит, что они не были изменены вручную или что наш хакер не стер следы, как он сделал с видеозаписями из коридора.

— Ты выяснил, почему кто-то за ним охотится? — спрашивает Джекс. — Потому что я тщательно его изучил, и, черт возьми, он самый скучный человек на планете. У него нет даже штрафа за переход улицы в неположенном месте и никакой связи с темными делишками, которыми занимается компания его деда. И вряд ли они будут использовать его, чтобы добраться до твоего отца, когда ты буквально делишь с ним одну комнату. Так что, если я не упустил что-то важное, он последний человек, на которого я бы посмотрел и подумал: «Знаешь, кто должен умереть? Вот этот парень».

Я вздыхаю и провожу рукой по волосам.

— Я знаю. Это не имеет никакого смысла. Ты нашел что-нибудь в его финансах или в его онлайн-следах? — спрашиваю я Джейса.

— Ничего, что хотя бы отдаленно напоминало бы улику. — Он вытаскивает из кармана нож-бабочку и катает закрытое лезвие по костяшкам пальцев. — Единственное, что может иметь отношение к делу, — это то, что он стал супербогатым, когда его отец оставил ему кучу акций компании.

— Правда? Я думал, он унаследовал только пять процентов, — спрашиваю я.

— Технически да, но нет. До аварии его дед владел пятьюдесятью процентами, а его отец и дядя — по двадцать пять. Его отец оставил Феликсу пять процентов, а по десять — каждому из его сводных братьев и сестер, а также большую часть своих активов. Поскольку Феликс — единственный наследник, он получил все. Сейчас все это находится в трасте, но как только ему исполнится двадцать пять, он войдет в клуб миллиардеров. И я могу только представить, сколько он будет стоить, когда его дед скончается. Речь идет о десятках миллиардов, как минимум.

— Это значит, что семья его мачехи ничего не получила? — спрашивает Джекс.

— В принципе, да. — Джейс выплевывает жвачку и прижимает ее к клочку бумаги на своем столе. — Они получили все, что было на ее имя, но брат либо не хотел делиться с ее семьей, либо не доверял ей, потому что почти все было на его имя. И он позаботился о том, чтобы никто из ее родственников не мог претендовать на что-либо, кроме того, что она принесла в брак.

— Можешь проверить семью его мачехи? — спрашиваю я Джекса. — Посмотри, может, кто-то из них причастен? — Это не первый случай, когда кто-то убивает ради денег.

Он кивает.

— Так что у тебя происходит со сводным братом? — спрашивает Джейс, даже не пытаясь сделать вид, что это естественное продолжение нашей беседы.

— А как ты думаешь, что происходит?

Я смотрю на них обоих.

— Ты либо трахаешься с ним, либо издеваешься над ним, — говорит Джекс.

Я пожимаю плечами.

— Обе вещи могут быть правдой.

Джекс пристально смотрит на меня.

— Что? — Я смотрю на них.

— Те следы укусов на твоем плече на прошлой неделе были от него? — спрашивает Джейс.

Я киваю.

Он снимает телефон Феликса со стола и бросает его мне.

— Всегда самые тихие оказываются самыми интересными.

Я ловлю его и сую в задний карман.

— Правда.

Джейс улыбается и раскачивается на стуле.

— Теперь мы знаем, почему ты в последнее время не был таким засранцем. Надо было догадаться, что ты получил немного секса.

Я бросаю на него взгляд.

Он улыбается еще шире и переводит взгляд на своего брата.

— Я ошибаюсь?

Я смотрю на Джекса, который тоже улыбается мне.

— Он не ошибается, — сообщает мне Джекс.

— Отвали, — ворчу я.

Джейс поднимает руки в знак капитуляции.

— Не нужно так защищаться. Мы просто констатируем факты.

— Да, ну, ваши факты могут пойти на хрен.

Джекс бросает мне улыбку.

— Мне кажется, дама слишком сильно протестует.

Я показываю ему средний палец.

— Я также предполагаю, что это то, чем ты занимался после