Маскарад для маркиза - Анна Мэллори

Рот встал.

– Пойду поймаю лошадь. – Он сел на коня и скрылся за деревьями.

– О нет, постойте... – Каллиопа открыла глаза и нахмурилась.

– Что случилось? – спросил Джеймс.

– Кажется, вы видели не самое изящное приземление.

– Ты ушиблась?

– Рано или поздно так должно было случиться. Но почему Девица так себя повела? Мне казалось, я ей понравилась. – Казалось, больше всего Каллиопу беспокоило не столько падение, сколько предательство лошади.

Она медленно села и поморщилась.

– Кажется, мне надо отдохнуть, если ты не возражаешь.

Какие уж тут возражения! Только это ей и следовало делать.

– Встать можешь?

Каллиопа кивнула, и Джеймс помог ей встать на ноги.

– В общем-то я могу идти. У меня только синяки. Ну, и еще самолюбие получило синяк.

Джеймс дал ей пройтись, чтобы убедиться в отсутствии переломов, а потом подхватил ее на руки и посадил на Аполлона.

В это время, ведя в поводу Девицу, вернулся Рот – вид у него был хмурый.

– Проверь седло.

Но Джеймсу не пришлось снимать седло: он и так увидел, как кровь стекает из-под луки, куда подсунут репейник. Преступнику даже не пришлось снимать седло, чтобы сделать свое черное дело: он отлично знал, что неопытный всадник всегда пригибается вперед.

Ярость охватила Джеймса. Каллиопа могла погибнуть!

– Кто-то потрудился над этим, пока мы находились у озера. Вопрос – зачем? – сказал Рот.

– О чем вы говорите? – требовательно спросила Каллиопа.

Рот переводил взгляд с одного на другого. Джеймс дорого бы дал, чтобы узнать, о чем думает этот человек под своей непроницаемой маской.

– Ладно, оставьте при себе свои тайны, но, может быть, джентльмены, мы все-таки поедем? – Голос Каллиопы слегка дрожал.

Клокоча от ярости, Джеймс сел позади нее, обхватил ее руками, и девушка сразу же расслабилась. К ним быстро подъехали Петтигрю и еще несколько гостей и, не успев осадить лошадей, едва не столкнулись с ними.

– Что случилось? – озабоченно спросил Петтигрю. – С Эсмеральдой все в порядке?

– Да, небольшое потрясение, но в остальном ничего страшного. Мы возвращаемся в дом.

– Конечно. Я поеду с вами. Я не могу оставить гостя в беде.

Они направились к конюшне. Джеймс ехал быстро, прижимая к себе Каллиопу и стараясь уклоняться от расспросов Петтигрю.

Приехав на конюшню, он опустил Каллиопу на руки Роту, спрыгнул и взял Девицу под уздцы. Петтигрю тоже спешился и торопливо подошел к ним. Увидев кровь, он осмотрел седло и закричал:

– Таннер!

Подбежал главный конюх.

– Да, милорд?

– Что это такое? Кто седлал эту лошадь? Он скверно сделал свое дело! – продолжал кричать Петтигрю. – Один из гостей чуть не погиб! Я сниму с кого-то голову! Твою, если не найдется кто-нибудь другой!

С возмущением хозяин дома явно перестарался – если бы он не так кричал, вышло бы убедительнее. И тут же Петтигрю решительно направился к особняку.

Джеймс подошел к ошеломленному конюху:

– Я знаю, что вы и ваши люди не виноваты. Я поговорю с вашим хозяином. Если из-за этого инцидента кого-то из вас выгонят, обратитесь по этому адресу и спросите Стаббинса. Буду очень признателен, если вы позаботитесь о ране Девицы.

– Да, милорд. Спасибо, милорд. – Конюх ожил. Он отер со лба пот и отвел в конюшню Аполлона и Девицу.

Каллиопа стояла, поддерживаемая Ротом, и смотрела на Джеймса со странным выражением, а затем одобрительно кивнула, когда он бережно поднял ее на руки, и понес в дом, и даже положила голову ему на плечо. Их спутник поспешил за ними.

– Рот, ты не мог бы сказать горничной Каллиопы Бетси, чтобы она принесла чай и жаровню?

– Разумеется. А еще я поговорю с Петтигрю.

Джеймс хмуро кивнул. Сейчас он ничего не мог решить с Ротом, они поговорят позже.

– Кажется, лорд Петтигрю был очень взволнован, – пробормотала Каллиопа.

– Да, придется присмотреться к нему поближе.

Каллиопа подняла голову:

– Может быть, он просто как хозяин выражал озабоченность?

– Лучше поговорим у тебя в комнате.

Каллиопа опять уткнулась ему в плечо. Ее тело было уже не таким холодным – хороший знак.

Джеймс отпер комнату и посадил ее на кровать.

– Сними этот костюм. Поспи немного и будешь лучше себя чувствовать.

– Нет, я хочу чаю. Ты же послал за ним Рота.

– Переоденься и залезь под одеяло, а то я сам это за тебя сделаю.

Каллиопа недовольно нахмурилась, но, поняв, что он все равно не отстанет, торопливо переоделась. Хотя Джеймс в это время и смотрел в окно, уголком глаза он все равно мог ее видеть.

В дверь постучали.

– Войдите.

Горничная Каллиопы поставила на чайный столик поднос и разожгла огонь в камине. Тело Джеймса горело и без камина, но лишнее тепло ему никогда не мешало.

Горничная ушла, и Каллиопа босиком протопала к подносу.

– Я подам тебе чай в постель. – Голос Джеймса прозвучал как-то неуверенно.

Каллиопа хотела поспорить, но передумала. Вернувшись обратно, она села на кровать и воинственно положила руки поверх пушистого одеяла.

Джеймс налил чай в две чашки и, взяв одну, присел на край кровати, заставив Каллиопу подвинуться. Она хмуро посмотрела на него и приняла чашку.

– Ты никого не видела возле Девицы? Кто-то засунул репейник под седло, – сказал он.

Каллиопа медленно поставила чашку и попыталась вспомнить.

– Какие-то мужчины толкались возле Аполлона перед самым нашим приходом.

– Да, я не обратил особого внимания, а следовало бы. – Он тогда наблюдал за Каллиопой и слишком легкомысленно наслаждался ее весельем.

– И что теперь?

– Едва ли сейчас многое можно сделать. Я, конечно, посмотрю возле озера, но тот, кто это сделал, давным-давно ушел, а улики уничтожены.

– Возвращайся поскорее, сразу, как только закончишь...

– Я пришлю сюда горничную – она будет отгонять посетителей.

Энджелфорд вышел, и к нему тут же подошел Рот. Да, как всегда, этот человек явно знает больше, чем говорит.

Джеймс проинструктировал горничную, и она скрылась за дверью. Рот выжидательно смотрел на Джеймса.

– Я на озеро. Поедешь со мной?

Рот кивнул, и они пошли на конюшню.

Они заговорили только после того, как выехали на дорогу, ведущую к озеру.