Я, ты и любовь - Джасинда Уайлдер

Месяц спустя

Жизнь вернулась в привычное русло, разве что Колтон стал часто бывать у меня. Отношения у нас установились почти платонические, хотя к Колтону меня тянуло по-прежнему, если не больше, и я часто ловила на себе его взгляд. Мы целовались, но в физическом сближении, не сговариваясь, словно взяли паузу. Не знаю почему. Мне это не нравилось. Я хотела Колтона. Мне не хватало его прикосновений.

Я посещала лекции в Нью-Йоркском университете, выходила на пробежки, работала коктейльной официанткой в маленьком баре, занималась музыкой. Виделась с Колтоном, но очень мало. И всячески старалась держать себя в руках — задерживался ответ на мое заявление о приеме на факультет исполнительского искусства. К счастью, от всего, что закрутилось с той встречи на скамейке в парке, мне удалось почти забыть свое нетерпение.

Письмо наконец пришло — его вместе с остальной почтой принес Колтон. Я сидела на кухонном столе, поставив ноги на стул, и разучивала песню, когда Колтон постучал в дверь, вошел, еще не окончив стучать, и подал мне стопку конвертов. Ответ из универа лежал, разумеется, последним. С бьющимся сердцем я выпустила из рук всю стопку, разлетевшуюся по полу.

— Что случилось? — спросил Колтон при виде моей реакции.

— Я подавала заявление о приеме на факультет исполнительского искусства. Туда берут не всех… В этом конверте ответ, подошла ли я им. — Надорвав клапан, я извлекла одинокий листок бумаги. Самообладание меня покинуло, и я замахала руками, пища, как девчонка: — Не могу! Лучше ты посмотри.

И подала письмо Колтону.

Он взял листок, взглянул и протянул обратно.

— Нет, это твои дела. Сама читай.

На его лице появилось странное выражение, которое я не поняла.

— Я слишком волнуюсь, — сказала я. — Ну пожалуйста, прочти вслух!

— Читай сама, Нелли, детка. Иначе весь эффект пропадет.

— Я боюсь не попасть на факультет, — пояснила я, пихая ему письмо уже с раздражением и любопытством. — Ну пожалуйста, прочитай!

Я тут же пожалела о своей настойчивости. По окаменевшему лицу Колтона было видно — что-то готовится. Очередная кнопка, от нажатия на которую он взрывается. Но я, со своей стороны, тоже уперлась и не собиралась уступать.

— Нелл, я читать не буду. Это ответ на твое заявление, а не на мое. — Он отвернулся, сунув кулак в карман и позвякивая мелочью. Спина напряжена, на скулах ходят желваки.

— Брось, Колтон, что за ерунда! Я хочу разделить с тобой торжественный момент.

Он резко обернулся. В глазах гнев, боль и злость.

— Хочешь знать, что за ерунда? Я, блин, читать не умею! Ясно? Вот такая ерунда! Я не умею читать. — Он отвернулся к окну, сжав кулаки.

Я опешила.

— Что-о? Как не умеешь? Что, вообще? Разве так бывает? — Приблизившись сзади, я осторожно положила руку ему на плечо.

Мышцы казались каменными под прикосновением. Колтон заговорил, не поворачивая головы, и голос его звучал так тихо, что мне пришлось напрягать слух:

— У меня дислексия. Ярко выраженная. Читать я могу, но очень плохо, у меня, блин, целая вечность уходит на то, чтобы справиться с самыми простыми предложениями. Чертов первоклашка читает лучше меня, понятно? Если я буду сидеть в абсолютной тишине, да чтобы ничто не отвлекало, и изо всех сил сосредоточусь на час-другой, может, я и одолею одну статью в газете, написанную для пятиклашки, или другую подобную фигню.

Мне сразу многое стало ясно.